Мой чужой ребенок (СИ)

- Что-то не так? — тут же включаюсь в рабочий режим.
- Здесь нет перечня, — говорит она, поднимая на меня встревоженные лисьи глазки. — Без него эти документы — просто непонятная кучка, которую разбирать пару часов. И это я еще почту отделила, а ведь и на нее нужно время.
В некоторых случаях мы пользуемся сугубо бумажной почтой в целях безопасности, так как уже пару раз случалась утечка информации через сеть. Это занимает дополнительное время моего ассистента, так что неудивительно, что она волнуется — у нас сегодня очень много дел.
 
- Когда вернемся в офис позови себе кого-нибудь на помощь, — говорю ей. — Если не уверена насчет кандидатуры, спроси у Миши. Мне нужно, чтобы к туру ты была готова. Скажи своему помощнику, что он получит поощрительную премию.
- Хорошо, Стас Сергеевич, — благодарно улыбается Маря и я готов сделать что угодно, лишь бы она делала это почаще.
Марина — очень серьезная молодая девушка. А еще, очень грустная. Не знаю, что такого сделал ее бывший муж, но сама мысль о том, что она настолько несчастна из-за недавнего развода, заставляет меня желать хорошенько набить ему морду.
Только большим усилием воли я удерживаюсь от того, чтобы начать наводить справки о ее прошлом. Возможно, это только в моем воображении между нами может что-то начаться, но мне бы хотелось, чтобы она сама поделилась тем, что сочтет нужным. Почему-то, с каждым днем во мне растет уверенность, что Маря смягчается по отношению ко мне и я надеюсь, что приближающийся тур моего подопечного, во время которого я буду его сопровождать вместе со своей личной ассистенткой, сблизит нас.
- Ты готова к поездке, Маря? — спрашиваю у нее.
- Маря? — вопросительно приподнимает бровь девушка.
- Оговорился, — быстро поправляюсь я.
- Да, я готова. А дочку с собой возьмете?
- Конечно, куда я без нее? Я единственный родитель и оставлять ребенка на няню на целых три недели было бы бесчувственно. Боишься неудобств?
- Нет, что Вы, — улыбается Марина. — Я люблю детей, а Ваша дочь очаровательна. Думаю, мы сможем поближе пообщаться в этой поездке.
«Очень надеюсь на это, Маришка» — думаю я.
Стас
Маря ведет себя странно, но я списываю это на неловкость. Все-таки, не каждый день приходится бывать в доме начальника и видеть его в таком непрезентабельном виде.
Несу Аришку в ее комнату, чтобы переодеть и уложить спать. Маленькая негодница не только себя, но и меня умудрилась всего обмазать своим овощным пюре.
- Па! — радостно восклицает мой робкий ребенок, как только мы уходим от Мари.
К незнакомым людям она привыкает трудно и относится с опаской, именно поэтому я принял нелегкое решение отдать ее в ясли на полдня. А то весь мир моей девочки вращается вокруг меня и няни.
- Я тебе покажу па, хулиганка! — рычу ей в животик и она заливисто смеется.
Быстро умываю ее личико и крошечные ручки в ванной, а заляпанную одежду скидываю в стирку, включая и свою футболку, после чего переодеваю вертящуюся малышку в крошечную пижамку и укладываю в кроватку. Она обычно засыпает в течение пяти-десяти минут. Сижу рядом, пока это не происходит, слегка покачивая кроватку, как она любит, и, когда ее большие голубые глазки закрываются, а маленький ротик, наоборот, приоткрывается, понимаю, что все — заснула.
Как бы мне не хотелось заявиться к Маришке полуголым и увидеть ее шокированный взгляд, все же, надеваю чистую футболку, прежде чем вернуться к ней. Она сидит на диване и копошится в папке, которую принесла с собой, явно что-то разыскивая и выглядя обеспокоенной.
- Что-то не так? — тут же включаюсь в рабочий режим.
- Здесь нет перечня, — говорит она, поднимая на меня встревоженные лисьи глазки. — Без него эти документы — просто непонятная кучка, которую разбирать пару часов. И это я еще почту отделила, а ведь и на нее нужно время.
В некоторых случаях мы пользуемся сугубо бумажной почтой в целях безопасности, так как уже пару раз случалась утечка информации через сеть. Это занимает дополнительное время моего ассистента, так что неудивительно, что она волнуется — у нас сегодня очень много дел.
 
- Когда вернемся в офис позови себе кого-нибудь на помощь, — говорю ей. — Если не уверена насчет кандидатуры, спроси у Миши. Мне нужно, чтобы к туру ты была готова. Скажи своему помощнику, что он получит поощрительную премию.
- Хорошо, Станислав Сергеевич, — благодарно улыбается Маря и я готов сделать что угодно, лишь бы она делала это почаще.
Марина — очень серьезная молодая девушка. А еще, очень грустная. Не знаю, что такого сделал ее бывший муж, но сама мысль о том, что она настолько несчастна из-за недавнего развода, заставляет меня желать хорошенько набить ему морду.
Только большим усилием воли я удерживаюсь от того, чтобы начать наводить справки о ее прошлом. Возможно, это только в моем воображении между нами может что-то начаться, но мне бы хотелось, чтобы она сама поделилась тем, что сочтет нужным. Почему-то, с каждым днем во мне растет уверенность, что Маря смягчается по отношению ко мне и я надеюсь, что приближающийся тур моего подопечного, во время которого я буду его сопровождать вместе со своей личной ассистенткой, сблизит нас.
- Ты готова к поездке, Маря? — спрашиваю у нее.
- Маря? — вопросительно приподнимает бровь девушка.
- Оговорился, — быстро поправляюсь я.
- Да, я готова. А дочку с собой возьмете?
- Конечно, куда я без нее? Я единственный родитель и оставлять ребенка на няню на целых три недели было бы бесчувственно. Боишься неудобств?
- Нет, что Вы, — улыбается Марина. — Я люблю детей, а Ваша дочь очаровательна. Думаю, мы сможем поближе пообщаться в этой поездке.
«Очень надеюсь на это, Маришка» — думаю я.
Марина
Я не ожидала, что Дубов возьмет меня с собой в тур, но оказалось, что он всегда берет с собой ассистента. Еще я не думала, что продюсеры, тем более такие знаменитые, в принципе ездят по турам, но тут скорее одно из многих исключений. Дубов сопровождает Ярослава Владимирова — очень знаменитого, но, к сожалению, скандального исполнителя, печально известного своими выходками.
- На флирт и всякие сомнительные предложения не реагируй, — предупредил меня насчет него начальник. — Он ленивый, так что, если девушка не проявляет интерес, переключается на вариант попроще.
Я не слишком переживаю насчет Владимирова, думая только о том, что стану ближе к Аришке. Моей Аришке. А она точно моя. И дело не только во внешности и имени, которые совпадают. В тот момент, когда я увидела ее так близко, прикоснулась к ней, я поняла, что это мой ребенок. По-другому и быть не может.
Мысль о том, что Дубов каким-то образом получил мою дочь убивает меня. Я хочу потребовать у него ответа, как и зачем он это сделал. Потом смотрю в его голубые глаза — такие же, как у моей дочери, и понимаю, что он ее отец. Не Валера, а он. В Аришке нет ничего от моего бывшего мужа. Мы думали, что она похожа на других родственников, свекровь утверждала, что Арина вся в прабабушку. А она в своего настоящего отца. Тот же изгиб рта, те же глаза. А может даже цвет волос, ведь мы оба с Дубовым блондины, а Валера брюнет.
Валера перестал поднимать трубку уже после первой недели моих звонков, во время которых я требовала рассказать мне правду. С порога клиники бывшей свекрови меня разворачивает охрана. Наконец, за неделю до нашего отъезда в тур, я все же сторожу Марту у ее дома, потому что больше не могу строить предположения одно безумнее другого. Она возвращается к восьми вечера и как только подходит к подъезду, я выхожу ей навстречу из такси, которое заставила прождать час, чтобы было где спрятаться до ее появления.
 
- Марина, — при виде меня напрягается женщина, останавливаясь на полушаге.
- Нам нужно поговорить, — без предисловий заявляю ей.
- У меня нет желания выслушивать твои бредни. Вы с моим сыном официально разведены. Я не обязана больше вникать в твои проблемы, особенно в свете твоего неуважительного отношения ко мне.