Любовь на спор (СИ)

Но именно сейчас, глядя на гневного Марка я впервые в своей жизни задумалась об охране. Я еще тогда не знала, что опасаться мне нужно будет совсем другого человека.
  
Глава 3
 
Когда я решила, что мне стоит опасаться Марка, то и не представляла, как же я ошибалась. Всякий раз, когда я проходила мимо него одного или мимо в ей компанией спорщиков, они неизменно замолкали и провожали взглядами. Я обычно здоровалась с ними, желала удачного дня или комментировала погоду, но они все молчали и лишь провожали взглядами.
Но если Марк смотрел на меня с тоской и чувством вины, то Джон провожал меня взглядом полным злобы и неприкрытой ненависти.
Однажды прогуливаясь в парке, он подошёл ко мне со спины схватил под локоть и резко развернул к себе.
— Если ты думаешь, что сумела обвести меня вокруг пальца, то ошибаешься. Я все равно получу свое, — прошипел он мне в лицо, а после свободной рукой закрылся в мои волосы, собрал их в кулак и оттянул назад, ничуть не заботясь о том, что мне больно, а после впился в мои губы поцелуем, кусая их до крови. Он держал меня так крепко, что я не могла ни вырваться, ни дать отпор. — Будь готова, детка.
С этими словами он опустил меня, развернулся и ушёл не оборачиваясь.
Самым правильным решением было бы собрать вещи и уехать. Я путешествовала по странам, городам и нигде не задерживалась надолго, и сейчас могла спокойно собрать чемоданы и уехать. Но почему-то этого не сделала. Сама не понимаю, что меня остановило.
Сразу после разговора с Джоном я вернулась домой и первым делом бросилась чемодану, но… остановилась.
Смотрела на свое отражение в зеркале: бледное лицо, испуганные глаза, распухшие от укуса губы, а рядом на полу лежал раскрытый пустой чемодан.
Я судорожно выдохнула, убрала чемодан и заварила чай.
Тётя Нелли всегда говорила, что не стоит действовать на эмоциях. Паника ни к чему не приведёт. Нужно успокоиться, выдохнуть и оставить принятие решение на потом, когда ум будет чистым и ясным.
Я так и поступила. Сидела на ступеньках террасы заднего двора, пила чай и просматривала наши с тётей совместные фото, временами вытирая набегающие слезы.
— Натали, с тобой все в порядке? — послышался встревоженный голос Марка с соседнего участка. Я оторвала взгляд от телефона. Марк стоял у ограды и с беспокойством всматривался в моё лицо.
Я решила проигнорировать его и снова уставилась в телефон.
— Натали, мы можем поговорить? Я хочу извиниться.
Я усмехнулась. Поспорили с друзьями на девушку, оценив её возможную доступность в сто баксов, а когда все раскрылось один угрожает, второй решил извиниться. Может все-таки упаковать чемодан и уехать? Кажется, я достаточно набралась впечатлений в этом городе…
Я продолжила листать фото. Запустила одно из видео, где мы с тётей гуляли по городу.
— Никогда и никому не позволяй мешать своим желаниям, если они истинные, конечно. Всегда будут встречаться отрицательные персонажи в твоей жизни. Они лишь уроки для тебя. Не стоит от них бежать, главное не то, что они говорят, а то принимаешь ли ты эти слова или нет.
Я остановила запись. Прослушала её ещё раз и улыбнулась. Да кто такие эти Джон и Марк, пусть идут на все четыре стороны, а если угрозы со стороны Джона повторятся запишу на видео и напишу заявление в полицию.
Я, совершенно спокойная и довольная своим решением, встала, подхватила кружку с уже остывшим чаем и зашла домой, и только тогда заметила, что Марк все ещё стоял у ограды и смотрел на мою дверь. Он стоял так ещё какое-то время, а после, взъерошив рукой волосы, направился домой. Его образ весь вечер не выходил у меня из головы, и я никак не могла уснуть, пока среди ночи не встала с постели и не нарисовала его.
  
Глава 4
 
Последнее время работа идёт с огромным трудом и у меня такое чувство, что впереди меня ждёт провал, а именно срыв контракта. Потому что книгу написать к сроку я не успеваю.
 
За последние несколько месяцев я практически ничего не написала, а срок сдачи книги неумолимо приближался, о чем Игорь мне регулярно напоминал, раздражая и напрягая ещё больше. Я начинала паниковать, от этого становилось ещё хуже.
То, что написано мне не нравится категорически. Я не удаляю, написанное только потому, что это мой запасной вариант на случай срыва контракта. Какие там у меня неустойки? Нужно уточнить у Игоря и в случае чего быть готовой к штрафам, чем так изводить себя.
Я переживаю, Игорь почти каждый день звонит и спрашивает, как продвигаются дела, а ещё тётя Нелли… Она жутко переживает каждый раз, когда у меня что-то не получается… И все это наваливается на меня огромной лавиной жуткого стресса, от которого писать становится просто страшно… Уж лучше выплатить неустойку за срыв контракта и перестать себя истязать.
Да, так лучше.
Нужно связаться с Игорем.
Подумаешь… отчитает.
Подумаешь… Возможен разрыв с издательством…
Подумаешь…
Зато у меня есть аудитория в интернете, люди с удовольствием покупают мои книги в электронном формате. И мои читатели более человечные, и понимающие, чем пункты в договоре, которые сводят меня с ума… Особенно те самые пункты, в которых значится период сдачи новых книг…
Я сидела на ступеньках террасы и с напряжением слушала телефонные гудки. Этот звонок дался мне очень тяжело, но дальше тянуть нельзя было.
— Таша, привет, — ответил Игорь. — Как твои дела? Звонишь обрадовать меня?
Игорь начал задорно, впрочем, как и всегда, и мне совсем не хотелось его огорчать, но сегодня придётся.
— Напомни пожалуйста, — начала я, не здороваясь, — какие у меня штрафы за не сдачу книги в срок?
Повисла пауза, тяжёлая нагнетающая пауза, на том конце провода вскоре послышался шумный выдох, а потом:
— Все так плохо?
— Хуже некуда. Я списалась.
— Почему раньше не сказала?
— Надеялась, что, все образуется.
Игорь усмехнулся… Возможно это хороший знак.
— Я как чувствовал, что случится что-то подобное.
— И почему раньше не спросил?
— Я звоню тебе практически каждый день, Таша. Интересуюсь книгой.
— Скорее нагнетаешь.
— Скорее ждал правды.
Я облокотилась на перила, запрокинула голову, разглядывая проплывающие облака и ждала вердикта. Я ещё ни разу не скрывала сроки, и для меня это было… переломный, моментом.
— Ты в прошлом полугодие много написала, — начал Игорь. — Очень много. По моему опыту знаю, после такой продуктивности часто бывает спад.
— И ты подстраховаться? — задала я мучивший меня вопрос.
— Подстраховался.
Я почти рассмеялась, несмотря на бегущие по щекам слезы.
— Отдыхай. У тебя есть две книги в запасе.
— Две? — Я не верила своим ушам.
— Две, Таша, две.
— Но… почему так много?
— Я ожидал услышать слова благодарности, Натали, — наигранно возмутился Игорь.
— Я их собиралась произнести сразу, как только ты мне расскажешь откуда две книги в запасе.
— Ты по договору пишешь две книги в год, порой ты бываешь продуктивнее, и сдаёшь три, иногда четыре книги, которые я оставляю в стол или выдаю как эксклюзив. В общем имей в виду, что всегда есть запас. Точнее был. Сейчас отдыхай, я разберусь.
— Игорь, я благодарю тебя.
— Я знаю. Отдыхай. Пообщайся с кем-нибудь. Развейся.
Хм… Общаться… С этим у меня как раз проблемы и дело не в знании языка. Английским я владею прекрасно, а в том, что с людьми нужно разговаривать, отвечать на их вопросы, типа: откуда ты, чем занимаешься и прочее. Казалось бы, что в этом такого, но о себе я рассказывать не люблю. И порой мне легче притвориться, что я не знаю языка. В этот момент люди раскрываются и начинают активнее общаться между собой, не стесняясь, меня иностранки, совсем чужой в этом мире, в их мире. А я могу слушать и наблюдать. Я люблю наблюдать за людьми, которые в последствии становятся героями моих книг.