Сделка с Чернокнижником (СИ)

Димитрий направился к боковому креслу. Развернул его и присел. Сделал жест на кресло, напротив. Я послушно присоединилась.
— Расскажите о себе, Ольга. Я привык знать о своих сотрудников все, и думаю это будет справедливо. Уверен в поисковике вы достаточно о нас проинформировались.
— Если честно нет, — еще больше смутилась я, чувствуя, как к моим щекам приливает краска.
Его брови в удивлении приподнялись.
— Это правда?
— Да.
Он склоняет голову набок и внимательно на меня смотрит.
— Вы первый человек кто проявил такое равнодушие. Это интересно.
Я не знаю, что ответить. Замечание это или нет определить тяжело. Держится он прекрасно — спокойно, будто сознательно скрывая всякие эмоции.
— Я не любопытна, — и решила сменить тему. — Могу вам распечатать анкету. Там все обо мне указано.
— Лучше расскажите, — одну руку он положил на свое колено, вторая обхватила подбородок. — Считайте, что это собеседование при приеме на работу.
— Вы каждого сотрудника будете допрашивать? — вырвалось у меня, чувствуя, как ускоряется ритм сердца.
— Это не допрос, Ольга, — мне показалось, что он забавляется моей растерянностью. — Я хочу быть уверен, что могу вам доверять.
— Да-да, конечно, — тут же произнесла я, не совсем понимая, как моя биография может повлиять на его доверие. Если было бы темное пятно, меня бы сюда на работу служба безопасности не пропустила. — Простите. Что вы хотите знать?
— Все, — и сразу добавил. — Где родились, учились. О вашей семье, планах на будущее…
— Родилась здесь, — я пожала плечами, опуская глаза на его руку, расслабленно покоящуюся на колене. Длинные пальцы медленно двигались, словно отбивали какую-то композицию, известную только ему. — Как и все закончила среднюю школу, потом университет по специальности — юриспруденция. Сейчас живу со старшей сестрой. Все банально и очевидно.
— Родители? — спрашивает он.
— Отец. Мама умерла, когда я была еще очень мала, — бормочу я. — Он занимается грузоперевозками. Видимся мы редко, но каждый праздник стараемся встречать в семейном кругу. А когда он снова уезжает опорой и надеждой для меня становится сестра… — замолчала я, немного погрузившись в свои мысли. — Как и я для нее, — добавила чуть еле слышно.
— Вы любите сестру, но почему-то она приносит вам боль, — констатировал он больше для себя, пребывая в легкой задумчивости.
Я вскинула голову, не зная, что сказать. Он только что озвучил мои мысли.
— Скорее переживаю, но это личное.
Аккуратно намекнула, о своем нежелании рассказывать о семье.
— Хорошо, — Димитрий Романович кивнул, продолжая смотреть на меня своей фирменной невозмутимостью. — Ну а как на счет планов на будущее? Хотите стать хорошим юристом и восстанавливать справедливость?
В его тоне нет ни капли шутки. Вопрос был задан на полном серьезе.
— Слишком большая конкуренция, — усмехнулась я.
Телефон в приемной издал звонкую трель. Аллилуйя! Как же я была этому рада.
— Нужно ответить, — с извиняющим видом поднялась из-за стола.
— Да, пора бы уже заняться делами, — он тоже встал и направился к своему положенному кожаному «трону».
Испытывая облегчение, я пошла к себе.
— Ольга?
Остановилась и развернулась.
— Максим Романович сам поедет в магазин, а вы останетесь здесь.
Я сдержала улыбку.
— Это все, — сказал Димитрий Романович и занял главенствующий пост.
  
Глава 6
 
— А теперь, родная, за тебя, — подняла Ника рюмку. — Чтобы хватило сил приручить не одного, а целых два… — хихикнула она. Ее чуть захмелевшие серые глаза блестели.
— Скорее приручат меня, — чокнулась с ней, выпила коньяк залпом и заела лимоном.
Жили мы на окраине города. В небольшой двухкомнатной квартире, доставшаяся нам от бабушки. Отец переезд воспринял спокойно. Мы уже были взрослые и сами вольны выбирать, как жить и куда направить свой путь. Думаю, он был даже рад, узнав наше решение остаться вместе. Разумеется, пока. А дальше посмотрим, как все сложится. Это я сейчас о личной жизни.
 
— Что, совсем плохо? — Ника встала, подошла к столешнице, чтобы наготовить еще закуски. Взяла нож и принялась нарезать сыр. — Видела-видела. Красавцы, а не мужчины.
— Скорее удушливые контролисты … — ответила я, вспоминая допрос Димитрия Романовича, смотря ей в спину. — Один по крайней мере точно. На счет Максима еще не поняла с какого поля ягода.
— Ого, уже Максим, — обернулась Ника и подмигнула. — Понравился?
— Нет, — ответила, нахмурившись. — Мне, кажется, он еще не показал свое истинное лицо. Но я могу ошибаться. Пристал ко мне со своим диваном, так и хотелось в него чем-нибудь швырнуть. Не кабинет, а конура, — воспроизвела я его фразу коверкая голос, для пущего эффекта, изображая деловитость брата-позитива.
Ника заливисто рассмеялась. Потом взяла наполненную тарелку яствами и поставила на середину кухонного стола. На свободную табуретку, рядом с кухонным столом, запрыгнула Люси. Мяукнув, она начала принюхиваться. Я взяла тонкий диск копченной колбасы и поднесла к ее усатой мордашке. Кошка, будто сомневаясь, приняла угощение не сразу. Вначале посмотрела на меня, потом на сестру и, наконец-то, забрала пахнущей кусок, решив покромсать его на полу.
— Не знаю, Ник, — вздохнула я, поднимая вновь наполненную рюмку. — Сегодня Димитрий Романович хотел поговорить о моих обязанностях, но после обеда сразу куда-то уехал. Конечно, он держится строго, официально, но, если честно я его побаиваюсь. Есть в нем что-то… — запнулась, подбирая верное определение, — дьявольское. А эти глаза…я не знаю куда от них спрятаться, правда.
— Ты накручиваешь, — Ника пожала плечами. — Все будет хорошо. Вот увидишь, нужно просто привыкнуть. Люди разные бывают. Впереди два выходных. Успокоишься, обдумаешься все и дальше в бой, — подняла она рюмку.
— Димитрий Романович попросил рассказать о себе, — начала я после того, как выпила.
— И ты рассказала?
— А у меня был выбор?! Он настойчив, как тот верблюд в зоопарке, вечно тянущийся к еде. Сколько не корми, все равно мало.
— Главное, чтобы не выплевывал. Нет, он точно тобой заинтересовался, — Ника негромко хлопнула по столу рукой. — Уверена, дальше пойдет флирт, — и будто учитель подняла указательный палец вверх наигранно сощурив глаза. — Смотри, Оля, служебные романы до добра не доведут.
Я кисло улыбнулась.
— Будь с ним осторожна. Эти братья очень известные и богатые личности. Такие привыкли только брать, ничего не давая взамен. Собранные, целеустремленные, высокомерные, — и будто в знак подтверждения ее слов, свет на кухне на несколько секунд заморгал.
Похоже на перебои с напряжением.
— Откуда ты о них все знаешь? — удивилась я, наблюдая, как Ника угощает Люси еще одним копченым куском.
— Наташка рассказала, — ответила она с безразличием. — А ей администратор. Как обычно.
— Ну да, — согласилась я. — Так, давай не будем о работе мы забываемся или что?
— Или что и забываемся.
Больше мы в этот вечер братьев не обсуждали. А через час я свернулась калачиком в своей мягкой кровати и моментально уснула.
* * *
Димитрий смотрел на огонь. Его черная шелковая рубашка была расстегнута, наполовину обнажая широкую рельефную грудь и плоский живот. Длинные рукава засучены. Колени раздвинуты в стороны, руки расслабленно лежали на подлокотниках немалого кресла.
«Скорее удушливые контролисты …» услышал он ответ Ольги. Девушка нахмурилась.
Димитрий наблюдал за ней сквозь рыжее пламя, из-под полуопущенных век, так как его голова была откинута на высокий подголовник. Со стороны он походил на уставшего после изнурительного рабочего дня простого смертного, рухнувшего в первый аэродром, что попался под его задницу, но это было не так. Глядя на Ольгу, он чувствовал близость энергии. Особой. Пропитанной мучениями и отчаянным страхом. Димитрия жаждал утоления до самой последней капли.