Сделка с Чернокнижником (СИ)
— А я уж подумала, что от меня наконец-то отстали, — сказала с усмешкой, наклоняясь к обуви.
Аркадий молчал.
— Сегодня с головокружением или на машине?
— Машина.
— Это хорошо.
Всю дорогу пока мы ехали в офис, я смотрела в окно. Передо мной мелькали дома, магазины, улочки. Проходящие мимо люди и не люди тоже. Например, остановившись на перекрестке, я увидела молодого человека, помогающего пожилой женщине перейти на другую сторону. За его спиной светились огромные белые крылья. Двинувшись дальше, заприметила броско одетую девушку в короткой юбке и безрукавке. Ее руки покрывали татуировки с какими-то иероглифами. Подняв на меня глаза, я поняла, что это особь явно из ведьм. Потом огромную белую собаку, восседавшую на ступенях трехэтажного старого здания. Вместо глаз только белки. И подобное было практически каждые сто метров. И видела их только я, так как все остальные люди спокойно проходили мимо.
Дима был прав. Теперь я стала частью другого мира, его мира и с этим придется смириться. По крайнее мере попытаться не вздрагивать на каждом шагу, а просто жить.
Кстати, на счет Димитрия, вчера он ушел с ведьмой. И, разумеется, не для того, чтобы проводить домой, и пожелать спокойной ночи. Не скрою, меня это задело. Впрочем, больше потому, что так легко перескочил на более доступную девушку. Хотя Максим обмолвился что это было сделано в целях защитить… но внутри все равно цепляет…ревность? Нет, просто женская обида… На что? Кто он мне?.. Черт, я запуталась. Да и шеф два хорош. Вечно удивляет, смешит, успокаивает. Да уж. Надо признаться, похоже мне нравятся оба.
Глава 27
— Вызывали Дмитрий Романович, — я вошла в кабинет и закрыла за собой дверь.
— Да, Оля. Сегодня ты переезжаешь жить ко мне.
— Точнее к нам, — поправил Максим, расположившись на кожаном диване. — У нас хорошо, — улыбнулся он.
Мне вдруг стало неловко, и я с опаской посмотрела на братьев. Максим провел со мной ночь и Дима наверняка уже в курсе.
— Максим, у тебя есть жил площадь, — сказал чернокнижник.
— У всех есть свой уголок, но это наш общий дом, так что у нас.
Дмитрий неохотно кивнул.
— Оля о вещах можешь не беспокоиться, купишь новые.
— Так, подождите, — ко мне наконец-то вернулся дар речи. — Я никуда не поеду.
— Поедешь.
Дима снова включил свое «Я решаю все».
— Но… я не могу… так сразу.
— Можешь.
— Нет. Я должна быть дома. Приедет Ника, за ней в любом случае нужен уход. Папа, что я ему скажу, где его дочь и главное с кем?
— Ника вернется еще не скоро, отец поймет. Не маленькая.
Наступила тишина. Я смотрела на Димитрия, он на меня.
— Оля, соглашайся, — неожиданно прервал нашу молчаливую борьбу взглядами Макс. Он встал и направился ко мне. — Так надо, Марина…
— Максим, — грубо остановил его брат.
— Эй…ладно, выйду, наверное. Вам нужно поговорить.
Мы продолжали сверлить друг друга глазами, пока младший не закрыл за собой дверь. И даже после этого еще несколько секунд мы стояли молча. Потом Димитрий уселся в кресло и рукой указал на любое свободное. Этот кабинет меня вдруг почему-то стал раздражать.
— Дима я не хочу переезжать.
Я подошла к окну и посмотрела вниз на серую улицу.
— Придется. Так будет безопаснее.
— Это из-за Марины?
— Отчасти да. Но со временем ты бы все равно переехала.
— Потому что ты так решил?
— Да.
Я положила ладони на стекло и не заметила, как Дима оказался за спиной. Почувствовала его дыхание на шее.
— Мне трудно находится рядом с тобой и сдерживаться, но еще труднее без тебя, — прошептал он на ухо отчего по телу пробежала мелкая дрожь. — Оленька, перестань капризничать. Я хочу тебя и хочу постоянно.
— Вчера заметила другое.
Он развернул меня и не отпуская приблизился. Наши лица практически соприкасались.
— Если я это не сделал бы, она не отстала б.
— Мне сказать спасибо?
Брови Димитрия поползли вверх.
— Ревнуешь?
— Нет, — мой голос прозвучал ровно.
Он усмехнулся и нежно провел пальцем по щеке.
— Ревнуешь. Это приятно.
Дима слегка коснулся моих губ своими губами.
— Никогда. Мне все равно, — произнесла тихо.
— Врешь, — поцеловал он еще раз, и не выдержав, я ответила.
Поцелуй разгорался с каждой секундой, кружа голову и увлекая за собой. Руки Димы гладили спину, прижимали к себе теснее. Сквозь его черную рубашку я ощущала тепло. И оно становилось горячее. Надо остановиться верещал мой мозг, но не могла. Мне очень хотелось продолжить. И Дима это почувствовал, так как забрался под блузку и дотронулся до кожи. Словно эклектический импульс пронесся по телу после его прикосновения. Из горла вырвался стон, на что он обхватил талию и будто пушинку поднял. Развернулся, посадил меня на стол, продолжая страстно целовать и задрал юбку. Я обхватила ногами его талию и не соображая, что делаю принялась растягивать пуговицы. С моими же он расправился намного быстрее. Просто дернул и разорвал блузку.
— Оля, Оля, Оля, — говорил он, целуя щеки, шею, снова губы. — Ты моя. Только моя.
Я ничего не ответила. Голова попросту не хотела слушаться в этот момент.
— Кхе…Кхе…
Дима резко поднял голову и из его горла в буквальном смысле вырвался рык.
— Что ты тут делаешь?
Испугавшись, я машинально прикрыла руками грудь и посмотрела на незваного визитера. Возле двери стоял уже знакомый мне Сергей Светлый, все в том же белом мерцающем костюме.
— Дела осложнились, нужно поговорить, — ответил он спокойным тоном, будто внезапное представление, открывшееся перед ним, было само собой разумеющимся.
Сгорая от стыда, я сползла со стола и повернулась ко всем спиной. Мои плечи тут же накрыл пиджак Димы. Захотелось уйти… или еще лучше убежать, но легкий шепот шефа остановил.
— Останься.
— Издеваешься? — прошипела я.
— Нет. Тебе нужно прийти в себя.
— Не думаю, что Ольге стоит присутствовать, — подметил Сергей осторожно.
— Она теперь одна из нас, пусть привыкает, что в мире не все так радужно, как бы ей этого хотелось.
Запахнув пиджак, я бросила взгляд на Сергея, тот развел руки и кивнул.
— Хорошо, — прошел вперед и уселся в кресло. — В городе происходит что-то странное.
— Ты уже говорил про отрицательную энергию, — сказал Димитрий. — В этом мы не помощники.
Я присела на другое кресло, старательно избегая глаз Димитрия, впрочем, и Светлого тоже, потупив взор, уставившись на картину над диваном.
— Помню и мы контролируем равновесие, но не за всем можно уследить. Поэтому хотим подстраховаться. Быть более чем уверенными, что это всего лишь проделки очередного нижнего демона, а не нечто большее.
— О каких проделках ты говоришь?
— Пропадают люди. Чаще всего они становятся одержимыми.
Дима просто пожал плечами.
— Извечная проблема добра и зла. Ищите, исцеляйте, не понимаю какое-то это имеет отношение к нам.
— Мы сопротивляемся и делаем, что можем.
— Вообще-то это ваша работа.
— Да, но люди исчезают гораздо быстрее, чем я думал. В этот раз все гораздо серьезнее. Поэтому наш совет решил не рассеивать внимание, а сконцентрироваться на главном — найти того, кто это затеял и подавить бунт.
— Так вперед, мы здесь причем? — Дима, как и положено уже сидел во главе стола, сцепив руки в замок.
— У нас нет зацепки. Нужен тот, кто сможет проникнуть к темным и разведать…
— Нет, — оборвал колдун. — У тебя все?
Я посмотрела на Светлого. Его лицо напряглось, а губы превратились в тонкую линию.
— Димитрий, я обратился к тебе, потому что вы с братом единственные из темных, кто сохраняют нейтралитет и соблюдают правила.
— И поэтому ты решил, что нас можно легко перетянуть на свою сторону?! Ты забываешься Сергей. Мы друг другу враги, и очень рискованно заявляться сюда с подобными просьбами.
— Мы могли бы договориться, назови свою цену.