Служить цели (ЛП)

Например, ребенка.
Или жизнь.
В комнату вошли копы, один из них оценил взглядом обстановку и принялся звонить в скорую. Другой стоял в дверях и разговаривал с Джессикой.
Рауль тараном протолкнулся мимо него и прошел в гостиную.
Ким покачала головой, глядя на него.
— Ты опоздал.
Мгновение его взгляд задержался на валяющихся на полу огромных мужиках.
— Ты пострадала, gatita? — он внимательно осмотрел Ким в поисках повреждений.
— Я в порядке.
— Взломщики?
— Абьюзер, искавший приют для женщин, переживших насилие, — объяснила Ким.
Его лицо потемнело от ярости. Тем не менее, он привлек ее к себе с большой осторожностью. Его цепкий взгляд остановился на царапине на подбородке Узури, затем он проверил Джессику, а в конце задержался на щеке Анны.
— С тобой все в порядке?
— Мы все легко отделались. И Ким держалась молодцом. На самом деле у нее отличный удар.
Ким засияла от похвалы.
— Но такие ситуации возвращают в прошлое… — Анна замолчала, но он уловил, что она имела в виду. Расправа могла воскресить ночные кошмары из прошлого сабы.
Он понимающе кивнул.
Анна посмотрела на подругу.
— Ким, прости меня.
— За что? — спросила Ким.
— Из-за моей работы в приюте ты оказалась в опасности. — Хотя она не могла понять, как ублюдки нашли ее дом.
Рауль покачал головой.
— Мы все там волонтерим, Анна. Мы понимаем степень опасности.
— Это не твоя вина, — добавила Ким. — И я очень рада, что мы были здесь в этот момент.
Анна похолодела от этой мысли. У нее действительно были бы проблемы, будь она одна. Через секунду она улыбнулась.
— В таком случае, я очень благодарна за визит, за совет, за помощь с… мусором, — она взглянула на мужчину, которого заковывал в наручники офицер, — и за уборку после этого неприятного инцидента.
Ким высвободилась из объятий Мастера и обхватила руками Анну. Джессика и Узури тоже подошли, чтобы присоединиться к обнимашкам.
Моя банда.
— Спасибо вам всем, — прошептала она, и на ее глазах появились слезы.
После очередной порции объятий женщины ушли. Ким и Джессика показывали руками импровизированные удары по воздуху, сравнивая свои боевые умения, и дразнили Узури, что ей придется наверстать упущенное.
Рауль все еще стоял в центре комнаты.
Анна нахмурилась.
— Как ты успел приехать так быстро?
— Я уже был на острове. А затем предложил забрать их отсюда, чтобы иметь возможность поговорить с тобой.
— Рауль…
— Моя дорогая подруга, пожалуйста, прости меня за прошлую субботу, — сказал он мягко. — Мои опасения заставили меня…
— Я знаю, — перебила она его. — Твое беспокойство было обоснованно. Я сама не проявила должного внимания к ситуации. — Она помнила, как огорошила Рауля его бывшая жена. Как он винил себя за то, что не видел происходящего у него прямо перед носом. — Ты все понял, правда?
— Я советовал ему поговорить с тобой, — он поджал губы. — Той ночью в клубе…
— Ты ничего плохого не сделал. И с этим покончено, — сказала она. — Спасибо, что был там ради Бена.
— Покончено? — он улыбнулся. — Ты понимаешь, что если я не сообщу Зету, что ты возвращаешься, он появится у тебя на пороге через час… если не раньше.
Она подняла глаза к потолку, прося у Вселенной терпения.
В этот момент появился Бен и привлек ее к себе, такой твердый и теплый, и она обняла его за талию, чтобы притянуть еще ближе.
Взгляд Руля потеплел.
Бен поцеловал ее в макушку и обратился к Раулю:
— Передай Зету, что, если он помешает нам с Анной, я научу Узури, как заминировать все оборудование в «Царстве Теней».
— Вот это весьма эффективная угроза, — Рауль с уважением кивнул. — Я дам ему знать.
— Мисс Десмараис? Можете ответить на несколько вопросов? — вместе с парамедиками приехали и другие полицейские.
— Конечно, — одной рукой обнимая Бена, она поцеловала Рауля в щеку и пошла отвечать на вопросы.
  
Глава 29
 
Через час, дом был, наконец-то, пуст. Рауль увез женщин, пообещав Госпоже, что Узури переночует в его доме.
 
Копы тоже уехали.
Как и Тревис.
Бен остался наедине с Анной. Давно, черт возьми, пора.
Достав напитки из холодильника, он вошел в гостиную и оглянулся. Несмотря на расстроенные чувства, друзья Анны отлично убрались в комнате.
Анна, в конце концов, успокоилась. К завершению вечера она была измотана, ее нервы были на пределе, и она ни разу не присела, пока он не впустил Бронкса в дом. Тогда она упала на кушетку, чтобы обнять восторженного пса.
В этой женщине было столько любви.
Бронкс все еще лежал у нее на коленях, будто не мог перестать ее касаться.
Бен знал это чувство. Как хорошо, что в доме было достаточно комнат для того, чтобы второй человек мог переночевать на кушетке. Передав ей газировку, он сел и притянул ее ближе к себе.
Было время, когда он позволял себе усаживать ее на свои колени.
Времена изменились. И его вновь охватило чувство потери. Черт, он скучал по ее объятьям. Она ощущалась его неотъемлемой частью, как солнце на небесах.
— Готова поговорить?
Она слегка ссутулилась, будто не была уверена, что сможет вынести то, что он собирался ей сказать.
Он чувствовал то же самое. Она могла с легкостью уничтожить его.
Затягивая время, он сделал большой глоток холодного лагера, чтобы успокоиться. Она не выбросила из дома его пиво. И сказала, что любит его. Бен спросил хриплым голосом:
— С чего начнем?
Она посмотрела ему в глаза прямым честным взглядом.
— Меня жаль, Бен.
Она не собиралась дать им шанс? Она не думает, что любви достаточно, чтобы преодолеть различия? С потяжелевшим сердцем он подавил рвущийся из него протест.
Секунду спустя он прочистил горло.
— И мне тоже. Я надеялся, что ты дашь нам шанс.
Она хмуро сдвинула брови, а потом покачала головой и улыбнулась.
— У нас отлично получается не понимать друг друга, правда? — Анна взяла его за руку, при этом коснувшись грудью его плеча. Ее пожатие было крепким и теплым. — Я имею в виду, что сожалею о недопонимании ситуации с Джоуи. Узури рассказала мне, что ты решил, будто я возвращаю Джоуи обратно. Потому что смотрела на него.
— Я… ага
— Все было не так. На самом деле я полностью отключилась и думала о тебе.
Его мозг не поспевал за ней.
— Я уже нашла Джоуи пару Домин, которые подходят ему лучше.
Джессика была права. Черт. Бен чувствовал себя, как если бы он толкал валун на вершину горы и сам не понял, как оказался на ее вершине. Через несколько тысяч секунд до него дошло.
— Прости, что поспешил с выводами, — он уставился в окно, устремив взгляд на черную океанскую воду. Пенистая кромка волн белела в темноте словно проблеск надежды.
Но сначала нужно было прояснить прошлое. Он взял ее за руку.
— У тебя даже не было соблазна вернуть Джоуи?
— Не было. Наши потребности больше не совпадают. Хотя я не хочу признавать, как сильно я…
— Изменилась?
Она издала тихий рык.
— Опять это слово. Ты знаешь, как я отношусь к переменам.
Он фыркнул.
— Примерно так, как и большинство людей относится к некрофилии.
Она нервно рассмеялась и теснее прижалась к нему. Блять, да. Он отпустил ее руку и усадил себе на колени. Бронкс недовольно на него посмотрел.
Но это было место, где ей следовало быть. Она отлично умещалась в его руках.
— Но, да, поскольку мой гнев на мужчин угас, ушло и удовольствие от того, чтобы причинять им боль, — она взяла его за подбородок. Хватка была достаточно крепкой, чтобы по нему пронеслась волна удовольствия. — Однако я по-прежнему весьма и весьма люблю доминировать.
— Я ни разу и ни на минуту в этом не усомнился, Мэм, — он счел это исповедью, потому что ее слова прозвучали именно так. Он усмехнулся, вспомнив, как однажды она сказала, что ее гнев начинался с Бога, который не сделал ее мужчиной, затем распространился на отца, братьев и дядюшек, и дорос до правительства, которое не позволяло женщинам участвовать в боевых действиях, и так далее. — Значит, ты вымещала всю свою досаду на этих бедных беспомощных рабах?