Служить цели (ЛП)
Джессика рассмеялась.
— Пф-ф, каждый читающий мысли доминант облажается, когда в дело окажутся замешаны его собственные эмоции. И той ночью она не могла усидеть на всех стульях, — Джессика обернулась. — Прости, Анна.
— Это правда, — сейчас Анна колебалась, внутри нее боролись страх и надежда. — Что я упустила?
Узури нахмурилась.
— Я была в гостиной сабмиссивов в тот момент и все видела. Ты наклонилась над Джоуи, держа его за подбородок, так сладко и доминантно, и просто… смотрела на него. Очень долго. И Бен это видел, меняясь в лице: бешенство, ревность и боль. Он думал, ты вернулась обратно к Джоуи.
Анна подняла руку. Воспоминание было ярким и чистым, как кристалл.
— Он сказал мне: «Вижу, ты нашла мальчика». Я думала, он имеет в виду, что я нашла Джоуи, чтобы поговорить с ним. Но он подумал, что я предпочла ему Джоуи. И потом… его понесло.
— Как обычного уязвленного парня, — сказала Джессика.
— Да, как раненый мужчина, он не только швырнул карты, но и стол заодно перевернул, — согласилась Узури.
— Он лгал насчет своих желаний, — с уверенностью добавила Ким. — Он — не раб, но и не ванильный. Он сам говорил это Раулю.
— Эй, я видела его после одной из твоих сцен. Он выглядел получившим удовлетворение и весьма блаженствующим. Очевидно, ему нравится эта часть подчинения, — улыбнулась Джессика.
— Блаженствующим, — от этого чудесного описания Анна почувствовала себя отлично.
Ким кивнула.
— Вам обоим надо поговорить. Я думаю, вы созданы друг для друга.
На их лицах была написана такая убежденность, что глаза Анны стало жечь подступающими слезами. Она избегала мыслей о Бене и о том, что делать дальше. Может быть, вот по этой причине — потому что в ее воспоминаниях смешались боль и потерянные надежды.
Но эти женщины были ее… бандой, как сказала Джессика. Они не стали бы ее обманывать.
— Хорошо. Я…
Звук рвущейся ткани привлек внимание Анны к веранде.
Рука просунулась в разрыв москитной сетки и открыла замок. Огромный мужчина открыл дверь и вошел внутрь.
Анна поднялась на ноги.
— Кто… — она остановилась, увидев его лицо.
Хотя чулок на голове скрадывал черты лица, было видно, что мужчина в ярости.
— Тут не одна сука, бро, — он махнул ножом в их сторону.
Еще несколько мужчин вошли через дверь, все в масках. Вооруженные грабители?
От адреналина горло Анны пересохло.
Узури взвизгнула от страха.
Сердце бешено билось о ребра. Анна встала перед мужчинами, заняв не атакующую позицию, которая все же готовила ее к битве.
— Что вы хотите? — Анна насчитала пятерых мужчин. Слишком много для драки в ее пользу. Черт. Ее желудок свело от приступа тошноты.
Краем глаза она увидела, что Ким обхватила лампу.
Джессика отступила за стул, держа телефон так, что его не было видно. Будем надеяться, она выключит звук, когда будет набирать 9-1-1.
Чтобы отвлечь внимание мужчин от Джессики, Анна медленно отступала на кухню.
— Что вы хотите? — повторила она спокойным голосом. Чем дольше они не будут применять насилие, тем лучше.
Пятеро мужчин. Служба 9-1-1 может не успеть.
У стоявшего впереди мужчины было грузное тело, размером как у Бена, очень большая голова и рык, как у злобного питбуля.
— Где ты прячешь мою жену и сына, пизда?
О, дело плохо. Проникновения в дома были широко распространены в Тампе, но это не была попытка взлома. Перед ней был абьюзер, который пытался найти свою жертву. У Анны засосало под ложечкой. Маски на лицах давали ей надежду, но эти ребята не могли оставить свидетелей.
Мой ребенок. Анна начала накрывать рукой живот в защитном жесте, но затем заставила себя опустить руку. Никогда нельзя привлекать внимание к своей уязвимости. Я не беременна. Нет, не беременна.
От страха во рту пересохло. Шторм и сопутствующие аварии замедлят приезд полиции? Как долго она сможет выигрывать время?
— Кто твоя жена?
— Сью Эллен. А сейчас, где, блять, она? — он взмахнул рукой и швырнул лампу в стену.
Прижав руку ко рту, Узури закричала тонким голосом.
Сью Эллен. Эту женщину душили, а на щеке её сына был синяк размером с кулак. «Билли придет за мной», — сказала она тогда.
— Мне жаль, — встретив яростный взгляд Билли, Анна беспомощно протянула руки. — Я не знаю, кто это. Как охотница за головами, я встречаю каждый день много людей.
— Сука, ты отвезла ее в какое-то гребаное убежище для женщин. Ты пытаешься спрятать ее, спрятать ее от меня — ее законного мужа, — злобно выплюнул он.
Мужчина, который тоже мог бы посоперничать с Беном в росте и мускулатуре, выдвинулся вперед.
Он впился в нее взглядом.
— Это она, чувак.
Билли сделал шаг вперед.
— Ты гребаная…
— Нет времени шутить, — парень схватил Узури за волосы и ударил с такой жестокостью, что ее голова откинулась назад.
Слезы выступили у нее на глазах. Она пыталась вырваться из захвата.
Он ухмыльнулся Анне, наслаждаясь криками Узури.
— Скажи нам адрес, или мы попортим твоих девчонок, — он снова поднял руку, и Узури сжалась.
— Стоп, — скрывая ярость, Анна заговорила дрожащим голосом. Это было не сложно, ведь волны страха охлаждали ее кровь. — Я скажу. Пожалуйста, не причиняйте нам вреда.
— Так-то лучше, — один из мужчин подошел к Анне. Выцветшая рубашка. Темный загар. Тошнотворный сладкий запах жевательного табака не мог перебить вонь пота. — Дай мне гребаный адрес.
Людоед, как мысленно обозначила его Анна, отпихнул Узури в сторону. Она упала на четвереньки, плача и дрожа.
Анна сжала челюсти. Эти милые мальчики, которые думали, что насилие в браке — это Богом данное им право, могли быть не столь глупы, чтобы на слово поверить ей насчет адреса.
Так что у нее был небольшой выбор. Вопреки всему надеясь, она выдала выдуманный номер дома на большой улице Сэнт-Питерсберга.
Теперь оставьте нас и езжайте проверить.
****
Гребаный дождь. Гребаное наводнение. Бен, наконец, добрался до Клируотер-Айленда по петляющим улицам, заваленным ветками и обломками, объезжая неизбежные мелкие ДТП, и медленно тащился за другой машиной прямиком двигающейся в тупичок Анны. К его удивлению, два побитых пикапа были припаркованы на улице, по обеим сторонам от ее парковки.
У нее вечеринка?
Самое отвратительное, что машина перед ним заехала на ее парковку. Блять. Объезд, который он вынужден был преодолеть, чтобы выехать из Сэнт-Питерсберга, дал время приехать Тревису и отцу Анны.
Черт с ними, он просто собирался увидеть ее.
Узнав место, Бронкс заскулил. Он хотел увидеть Анну.
Я тоже. Он взъерошил мех Бронкса.
— Ты должен подождать, приятель. Нам с Анной нужно кое-что решить, прежде чем ты запрыгнешь на нее.
Он закрыл дверь и вздрогнул от удара молнии, сопровождаемого раскатом грома. Медленно вдохнув, он подошел к Тревису.
— Я задержался.
— Я догадался. На дорогах черти что творится, — Тревис кивнул на своего отца, который обходил машину. — Папа, это Бен Хауген. Бен, это мой отец, Стефан Десмараис.
Десмараис был ростом примерно шесть футов, с темными волосами, поджарым телом, как у его сыновей, и с военной выправкой.
— Рад познакомиться, — он пожал Бену руку. Затем его рот сжался в твердую линию. — Я так понимаю, ты тут, наверное, для того чтобы увидеться с моей дочерью. Я хочу первым поговорить с ней.
Бен остановился.
— У нас у всех есть причины ее увидеть. Я считаю, что она должна сама выбрать, с кем поговорить первым. Не я. И не вы. Я зайду вместе с вами.
Тревис закашлялся, словно скрывая смех.
Но отцу Анны было не смешно. И его свирепый взгляд нельзя было не заметить. Не то чтобы Бен изменил свое мнение, но это был превосходный свирепый взгляд.
Хотя у Анны свирепые взгляды получались лучше.