Дозоры: Последний Дозор. Новый Дозор. Шестой Дозор
Валентина Ильинична уже звонила. Я снова выглянул в окно. Солдаты ждали, присев за штакетником. Дула автоматов молча смотрели на домик. Из чего тут стены? Если и впрямь из прессованного камыша – пробьет насквозь…
– Ай, как красиво сказал! – неожиданно произнес Афанди. Он по-прежнему сидел за столом и с аппетитом жевал колбасу. Бокал у него был полон, а бутылка коньяка на столе – пуста. – Нарушение базового Приложения! Теперь все понятно, да, совсем понятно! Приказывай, начальник!
Я отвернулся от Афанди. Вот уж повезло так повезло – тот, на кого вся надежда, глуп, как девона до знакомства с Гесером…
– Ребята, надо уходить, – сказал я. – Извините, что так получилось.
– Антон, вы можете их разогнать? – с робкой надеждой спросил Нодир.
– Убить – запросто. Разогнать – нет.
В дверь, ведущую в офис Темных, принялись колотить. Тимур подошел к двери, что-то спросил, открыл. Вбежали двое дежуривших там Темных. Судя по растерянным физиономиям, они только что обнаружили оцепление и жаждали объяснений.
– Что делаешь, Светлый? – завопил тот, что постарше. – Зачем людей привел?
– Тихо. – Я поднял руку. – Молчать!
Ему хватило ума замолкнуть.
– Данная ситуация попадает под пункт первый Приложения к Великому Договору, – сказал я. Афанди громко крякнул. Я невольно покосился на него, но старик всего лишь проглотил полный бокал коньяка и теперь часто дышал, прижимая ладонь ко рту. Я продолжил: – Людям предположительно сообщили о нашем существовании. В данной ситуации, согласно Пражскому соглашению, я, как наиболее сильный маг, принимаю на себя общее руководство присутствующими Иными. Всеми присутствующими!
Молодой Темный посмотрел на старшего. Тот поморщился, кивнул и сказал:
– Приказывайте, Высший.
– Полная эвакуация Дозоров, – сказал я. – Все документы и магические артефакты уничтожить. Приступайте.
– Как будем уходить? – спросил молодой Темный. – Поставим Щиты?
Я покачал головой:
– Боюсь, у них заговоренные пули. Уходить только через сумрак.
– О, Афанди бывал в сумраке! – громко изрек старик. – Афанди может ходить в сумраке!
– Афанди, ты пойдешь со мной и Алишером, – велел я. – Остальные…
Алишер тревожно посмотрел на меня и одними губами произнес:
– Дэв…
– Остальные прикрывают нас, – велел я.
– Да с какой стати! – все-таки возмутился молодой Темный. – Мы…
Я взмахнул рукой – и Темный скорчился, взвизгнув от боли и прижимая ладони к животу.
– Потому что я так велел, – снимая боль, пояснил я. – Потому что я Высший, а ты – пятый уровень. Понял?
– Понял. – Как ни ужасно, но в голосе Темного даже не было возмущения. Он попытался качать права, был наказан и признал мое право сильного. Потом, конечно, он напишет кучу жалоб в Инквизицию. Но сейчас будет подчиняться.
Тем временем дозорные уничтожали офисы. Старший Темный работал в одиночку, но у него там, похоже, все было под контролем, заклинания уничтожения были загодя привязаны к сейфу – из замочной скважины вовсю валил дым – и наложены на все бумаги – документы на столах скручивались, желтели и рассыпались прахом. Светлые все жгли вручную. И жгли с энтузиазмом: на моих глазах Тимур вогнал в сейф лихо закрученный файербол, насквозь пронзивший металл и разорвавшийся внутри.
– Что-то они притихли, – с тревогой сказал Алишер, выглядывая в окно. – Сейчас дым увидят…
Они и увидели. Раздался усиленный мегафоном голос, с сильным акцентом приказывающий:
– Террористы! Сложите оружие и выходите из здания по одному! Вы окружены! В противном случае будем штурмовать!
– Какой бред… – возмущенно произнесла Валентина Ильинична. – Террористы, надо же!
В следующую секунду Алишер отпрянул от окна, а стекло со звоном разлетелось. На пол упал, вращаясь вокруг оси, маленький металлический цилиндр.
– Уходим! – крикнул я, ныряя в сумрак. После самаркандской жары холод первого слоя был даже приятен.
В тот же миг серая мгла вокруг ярко осветилась. Насколько ослепительно полыхнуло в человеческом мире, даже думать не хотелось. Раскалывающего уши визга, к счастью, я из сумрака совсем не услышал.
Никогда не думал, что светозвуковая спецназовская граната настолько страшна против Иных. Вместе со мной в сумрак успела уйти только Валентина Ильинична – здесь она выглядела молодой стройной женщиной не старше тридцати.
Остальные дозорные беспомощно кружили по комнате: кто пытался протереть глаза, кто держался за уши. Светозвуковая граната ослепляет секунд на десять – двадцать. А значит, в сумрак они сейчас уйти не могут.
– Помоги ребятам! – крикнул я Валентине. Сам бросился к дверям. Распахнул их – не в обычном мире, в сумраке, выглянул во двор.
Ну да, конечно, нас уже штурмовали. Бестолково, но массированно – десяток спецназовцев бежали ко входу, а солдатики за изгородью открыли пальбу по окнам. Штурм был несогласованный, как всегда и происходит, если в чью-то умную голову приходит мысль создать совместный отряд из милиционеров, военнослужащих и спецназовцев. На моих глазах один из спецназовцев раскинул руки и упал – в спину ему попала пуля. Скорее всего отделается синяками – штурмующие были в бронежилетах.
А вот то, что несколько стрелков принялись прицельно садить по мне, было очень нехорошо. Это либо Ясный Взгляд, либо Истинное Зрение. Это очень, очень серьезно. И пули действительно были заговорены на славу: мало того что существовали одновременно и в реальном мире, и на первом слое сумрака, так еще и были наполнены смертоносной магией!
Я пригнулся – к счастью, враги не были убыстрены и преимущество в скорости оставалось за мной. Взмахнул рукой, позволяя Силе стекать с кончиков пальцев. На землю пролился огненный дождь, перед нападающими выросла стена дымного пламени. Ну-ка, ребята, готовы ли вы лезть в огонь?
Они не были готовы. Остановились (один слишком разогнался, сунулся мордой в огонь и отпрянул с воплем), отступили и стали поднимать автоматы.
Разумеется, я не дожидался стрельбы. Ворвался обратно в дом, по пути файерболом превратив в шлак сомнительную вывеску Ночного Дозора. В крови бурлил адреналин.
Войнушка? Прекрасно, будем играть в войнушку!
На дверь – заклинание Абсолютного Запора (этих заклинаний на самом деле два, но другое не дало бы никакого эффекта, будь оно применено к неодушевленному предмету). На всю стену – легкий Щит, чтобы продержался под автоматным огнем минут пять. Конечно, атакующие заметят неладное. Но у нас уже нет возможности уходить совершенно скрытно.
В сумрак один за другим вошли оба Темных – они стояли спиной к взорвавшейся гранате. Старший тут же вознамерился чем-то ударить в окно, я поймал его за руку.
– Что у тебя?
Он оскалил в улыбке длинные кривые зубы. Надо же, обычный слабый Темный маг, а какую челюсть отрастил!
– В штаны наложат. Немножко.
– Валяй, – согласился я. – Только не здесь, свою сторону прикрывай!
В сумрак вошел Тимур, следом – Алишер, волочащий за собой Мурата. Только Нодир тер глаза и все никак не мог опомниться, его ослепило сильнее всех.
– Алишер, берем Афанди! – крикнул я.
Мы подошли к старику, по-прежнему сидевшему за столом и норовившему присосаться прямо к горлышку непочатой коньячной бутылки.
– На счет «два», – сказал я. – Раз, два…
Выскочив из сумрака, мы подхватили Афанди под руки и подняли со стула. Свободной рукой я еще успел подобрать сумку со своими пожитками и набросить ремень на плечо. В ушах гремели автоматные очереди, звякали рикошетирующие от Щита пули, за окнами колыхалось багровое пламя. Ловким движением старик успел-таки еще разок приложиться к бутылке – в тот самый миг, когда мы втащили его в сумрак.
– Ай! – огорченно воскликнул он. Бутылка так и осталась в обычном мире, ладонь Афанди сомкнулась на пустоте. – Ай, продукт пропадает!
– Дедушка, нам не до продукта, – с немыслимым терпением произнес Алишер. – Враги напали, уходим!
– Врагам не сдадимся! – бодро воскликнул Афанди. – В бой!