Паучья вдова 2 (СИ)

— Это не более, чем совпадение, — продолжая приветливо улыбаться, качаю головой, — у меня было простое обезвоживание.
— Обморок и лихорадка не могут быть симптомами обезвоживания. У моей семьи отличный лекарь — и первое, что он сказал, когда я спросил его…
— Я беременна, Хан, — перебиваю его, устав играть по правилам «местного этикета».
Я всё ещё лгу ему. Но теперь моя ложь не будет вызывать у молодого Мастера желание проверять её.
Теперь у него вообще пропадет желание что-либо знать обо мне.
— Беременны?.. — медленно переспрашивает Хан.
Да-да, прощай, милый Мастер. Я, правда, хотела, чтобы у нас что-то получилось, но план Охотника, — которому я согласилась следовать, — не позволит мне быть рядом с тобой…
На такую подлость я просто не пойду.
— От кого? — опустив взгляд в землю, уточняет молодой человек.
— Вам не нужно знать, — качаю головой.
— Я приму этого ребёнка.
Широко раскрываю глаза, не успевая скрыть реакцию.
— Что? — переспрашиваю, откровенно ошалев от предложения.
— Я скажу всем, что он мой. Вы — свободная женщина. И уже больше месяца, как разведены. Я понимаю, что… вы могли позволить себе некоторую вольность… — продолжая смотреть в землю, произносит Хан, как я его перебиваю:
— Я спала с другим мужчиной. Не так давно. Вы это осознаёте? — серьёзным голосом спрашиваю у него.
— Осознаю, — всё также не поднимая взгляда, отвечает тот.
И я понимаю — не осознаёт. Просто не хочет отпускать.
Какой бы ни была причина…
— Хан, я благодарна вам за заботу. Честно, — пытаясь поймать его глаза, протягиваю, — но совесть не позволит мне принять такое предложение.
— Вас не страшит позор? — наконец, подняв на меня взгляд, серьёзным голосом спрашивает молодой Мастер.
— Меня вообще ничего не страшит. Только процесс родов через восемь месяцев, — признаюсь абсолютно честно.
— Так это было месяц назад? Вы… вы зачали от Тай-Вэя?! — изумляется молодой человек.
— Боже упаси! — поднимаю руки вверх.
— Что? — переспрашивает Хан.
— Нет, не от него, — ровно отвечаю на предыдущий вопрос.
— Но, тогда как…
— Хан, я прошу прощения, но вас это не касается, — произношу четким голосом.
— Вы тогда ещё не были так близки со мной, — качает головой Мастер, пытаясь найти причину сохранить наши отношения, — это не имеет ко мне никакого…
— Имеет, — отрезаю абсолютно серьёзно; затем встречаю растерянный взгляд молодого человека и добавляю чуть мягче, — или будет иметь меньше, чем через год. Вы не понимаете, под чем хотите подписаться. Это будет не ваш ребёнок. И вы всегда будете знать об этом.
— И что вы предлагаете? Бросить вас? Вот так? Одну?.. — с болью в голосе спрашивает Хан.
Бедный рыцарь в сияющих доспехах…
— Я не буду одна, — отвечаю аккуратно.
— Отец… ребёнка… будет рядом? — вновь отводя взгляд, уточняет молодой Мастер.
Если не отец, то другой не менее выдающийся мужчина…
Надеюсь…
— Кто-нибудь непременно будет, — с невеселой улыбкой отвечаю.
— Вы понимаете, на что обрекаете себя? Все от вас отвернутся, — негромко произносит Хан.
— Мне никогда не требовалось одобрение общественности. Моим единственным желанием было, чтобы меня оставили в покое, — мягко произношу.
— Я тоже?.. Вы хотите, чтобы и я оставил вас в покое?
Глубоко вздыхаю, понимая, что от меня требуется, но не имея в себе сил так сильно обидеть молодого человека.
— Я думаю, так будет лучше, — наконец, решаюсь на компромисс.
— Я с этим не согласен. Но это ваше решение. А в принятии решений вы всегда руководствуетесь только своим мнением… — Хан склоняет голову, прощаясь, и отворачивается от меня, — я не стал спрашивать, почему у меня не получилось открыть портал в ваш замок. Но теперь думаю, что вы уже давно всё решили, поэтому обезопасили себя, как могли. Однако… я надеялся, что вы не станете воспринимать меня, как своего врага.
— Вы не враг мне, Хан, — произношу ему в спину, — и это защита не от вас.
— А от кого? — обернувшись на меня, уточняет он.
— Ото всех, — отвечаю чуть тише, понимая, что он совершенно прав. И что он знает это.
 
Хан растягивает на губах сухую улыбку и открывает портал, мгновенно исчезая.
…
Некоторое время смотрю туда, где он стоял…
…
Пытаюсь отыскать в себе хоть немного грусти, но у меня не получается: мне не хотелось обидеть молодого Мастера, это так, но его уход из моей жизни не нанёс мне большой раны. Почему?..
Я могла ответить на этот вопрос.
Ха Ру вновь вернулся в мою жизнь.
Пусть наскоком, пусть лишь на мгновение. Но я знала, что он жив. И я знала, что он что-то испытывает ко мне. Что-то, не относящееся к ненависти и желанию мстить.
Страшно подумать, но мне было этого достаточно.
Вот, по кому я действительно скучала, и чьё отсутствие ощущала так остро.
Теперь у меня словно открылось второе дыхание. Да, я беременна вне брака в чужом мире. Да, мне предстоит проделать большую работу по уничтожению реликвий местной знати и, возможно, снискать славу самой опасной преступницы в империи. Да, я вообще не понимаю, каким будет моё будущее, когда мы закончим реализовывать план Охотника. Но одно я знаю точно — в этом будущем будет Ха Ру. А это значит, что всё не так плохо.
…
«Всё не так плохо» …
Довольно неоптимистичное заявление, если подумать. Даже для той, у кого «открылось второе дыхание».
И я хорошо знаю причину американских горок своего настроения: я понятия не имею, как скоро вновь увижу его. Вот, откуда этот пессимизм. У меня всё также полная неопределённость в жизни, и я всё также ни в чём не уверена.
Как же бесит.
Ещё и Хана отсекла от себя.
Опускаю голову и бреду к замку, глядя под ноги. Стоит ли корить себя за такое сухое прощание с Мастером?.. В конце концов, мы могли бы стать друзьями…
Останавливаюсь и глубоко вздыхаю, поднимая взгляд на темнеющее небо.
О чём я вообще? Какие друзья?! Парень совершенно точно не планировал быть моим другом: свою цель относительно меня он обозначил едва ли не на первой нашей встрече. Он желал брака. Я тоже была не против.
После таких общих мыслей довольно неловко делать вид, что у нас у обоих амнезия. Да и общаться с молодым Мастером, как с приятелем, зная, чего он на самом деле от меня хочет… нет, я так не могу. Вообще не люблю пользоваться чувствами людей и не планирую грешить этим ни сейчас, ни потом. Даже если в данном случае суть не столько в чувствах, сколько в желании.
…
И, тем не менее, хочется близости. Как же хочется близости! Хоть с кем-нибудь уже, наконец!.. Наворачиваю круги вокруг замка, попинывая травку. Трачу время впустую и нисколько в этом не раскаиваюсь. Как долго будет длиться вся эта неопределённость? Как долго я буду одна в этом мире? В этом замке? В этой своей спальне?.. Ещё раз пинаю по траве, ещё раз глубоко вздыхаю, поднимаю взгляд на каменную кладку стены… и иду ко входу: на улице уже не только темно, но и холодно. Поднимаюсь в покои, продолжая парить где-то в своих мыслях. Когда вхожу, залипаю на огонь от свечи. Некоторое время стою, жамкаю шторы у своего окна. Затем сижу в кресле и слушаю сверчков за окном. Нет, не нужно мне думать о том, что с Ханом я явно поторопилась. Нужно быть сильной и не забывать о принципах. «Хоть кто-нибудь» — это не выход. Это вообще позорное допущение и свидетельство слабости. Это…
Почувствовав колебание силы, поднимаю взгляд и встречаюсь глазами с Ха Ру.
Ну, наконец-то!
Поднимаюсь на ноги, подхожу к углу гостиной, где в тени стоял мой телохранитель, кладу ладони на стену по разные стороны от его головы и целую в губы.
 
Я не хочу быть одинокой, несмотря на всю свою браваду о «независимости». И ждать семь лет у моря погоды я тоже не хочу. Я хочу ощутить себя желанной — прямо сейчас. И, если такова воля небес, отрезать от себя единственно возможный, кроме Охотника, вариант.
Ведь если Ха Ру не ответит…