Магия ответа (СИ)

Бумажка не сгорела, как в прошлый раз у тех отморозков. И я некоторое время сидел, рассматривая чёрно-белую тусклую карточку. Потом перевернул её… С другой стороны была подпись: «Ветров Василий».
И нарисована та самая монетка, моя родовая вещица.
— Ага… — только и вырвалось у меня.
Появилось острое желание вернуться в тот закоулок и разбудить того полицейского. Какого, спрашивается, хрена у него тоже оказалось моё фото?
Я снова посмотрел на монетку, подвешенную на шнурке. Кажется, в ней-то и кроется весь секрет.
Возможно, сам Василий никому и не нужен?
А кирпич в чакре тогда зачем?
***
Ловец Удачи снова светился…
Перышко, выгравированное на мутном камешке, ярко горело. При этом моя интуиция молчала, не предвещая никакой беды.
В прошлый раз, в лавке зубника, светящееся пёрышко не принесло никакой удачи. Меня чуть не поймали, и только чудом удалось сбежать.
Так что теперь я ждал только подвоха. В какой-то момент я даже заподозрил, что Перовская тоже как-то связана с этими Вепревыми, и подсунула мне артефакт, вставляющий палки в колёса.
Я в очередной раз выбрался на скалы, чтобы понаблюдать за железной дорогой вдалеке. Там как раз двигался паровоз, только он вёз гружёные товарные вагоны.
Грунтовая дорога, наверняка та самая, по которой я выехал из Маловратска, здесь пролегала совсем недалеко от холмов. По ней двигалась карета, и скакали несколько всадников рядом.
Я прилёг за камень. Как жаль, что нет подзорной трубы или ещё чего.
Вполне возможно, это погоня за мной. Ну, для того я и направился в горы, чтобы можно было легко уйти, если что.
Я осторожно стал отодвигаться назад, но тут услышал неприятный хруст под ладонями. И вот в этот момент моя интуиция взревела сиреной…
Только я не успел ничего сделать, потому что целый пласт горной породы ухнул вниз. Вместе со мной.
***
Когда я открыл глаза, то, к счастью, понял, что живой.
А к несчастью, что рядом люди.
— Живой он, что ли?
— А, видишь. Пошевелился…
Ногу мне придавило каким-то камнем, и любое движение в ней вызывало боль. Я подвигал руками, вроде целые. Стёр с лица налипшую пыль, потряс головой, кое-как продрал глаза.
— Да не может быть…
— Сгинь моя луна!
Пыль жгла веки, я проморгался, рассматривая незнакомцев. Они подошли как можно ближе к обвалу, скатившемуся вместе со мной.
Запряжённая в двойку карета стояла неподалёку. По сравнению с той полицейской повозкой это был просто шикарный лимузин.
Твою мать, доигрался, называется… Повинуясь порыву, я протёр перстенёк на пальце — пёрышко больше не горело. Жжёный псарь, и это Ловец Удачи?!
Лошади фыркали, а всадники на них осторожно смотрели на меня, боясь пускать животное по камням. Они то и дело вскидывали голову вверх, боясь ещё одного обвала.
— Господин Вепрев! Вам надо взглянуть! — громко крикнул один из них.
В карете вдруг распахнулась дверца, оттуда спрыгнул мужчина. Довольно молодой, с чёрными длинными волосами, связанными в хвост, и с выразительно длинным носом.
Тоже холёный, одним словом, в шикарном расшитом камзоле. Он быстро прошагал по траве до самых камней…
— Твою луну, Василий, — он поставил ногу в полированном кожаном сапоге на валун, вытащил портсигар, сверкнул пальцем по сигарете и закурил, — Ну, здравствуй, горе-братец.
Я машинально потянулся к карману за ножом, но тут всадники спрыгнули на землю. У многих засветились руки.
— Столько времени прошло, Вася, а мозгов у тебя не прибавилось, — засмеялся носатый.
***
Я ехал в карете, связанный, и хмуро рассматривал своего якобы брата. Ну совершенно он непохож на Василия… ну, то есть, на меня. Какой же он брат, если должны быть общие черты?
Тот в ответ с улыбкой рассматривал меня.
— Убьёте? — спросил я наконец.
— Учитывая, почему ты от нас сбежал, это самый глупый вопрос, который я от тебя надеялся услышать, — черноволосый, покручивая в руках мою родовую вещицу и время от времени шумно нюхая её, усмехнулся, — И скажи честно, неужели ты надеялся, как Ульян Зумакин, самостоятельно овладеть техникой Пса, при этом являясь «пустым»?
 
Кто такой Зумакин, я не знал, но прищурился, с новым интересом рассматривая артефакт в руках. Значит, я был прав, это и есть Пёс, который был так нужен Плетнёву.
И что это ещё за техника, которой мой Василий так хотел овладеть?
— Тебе же ещё в детстве сказали, что шанс твоего пробуждения просто мизерный, — со скукой произнёс Вепрев.
— А точно ли я пустой, а, братец? — ехидно спросил я.
Тот вздохнул, потёр подбородок.
— Честно, не ожидал, что в каком-то Мухосранске… извини, Маловратске, смогут рассмотреть «вето». Значит, это тот оракул тебе сказал, да?
Я промолчал, потому что не знал, о каком оракуле идёт речь. Но то, что «вето» — это запрет, было мне хорошо известно.
— Ну, это он зря, конечно, дольше бы прожил, — поморщился Вепрев, — Ты чего там натворил в Маловратске, а, братец?
Я поджал губы. Уже начинало раздражать вот это его «братец».
То, что они не собираются убивать, стало понятно сразу, как только меня вытащили. Всадники, которые полезли по завалу за мной, то и дело оглядывались в сторону Маловратска.
Они явно спешили, а их носатый предводитель-дворянин всё время покрикивал, чтоб те были порасторопней. Камень, сломавший мне ногу, аккуратно отвалили, а меня на руках вынесли, отряхнули, связали, и сунули в ту самую карету.
Хотя зачем было связывать, если я со сломанной ногой и так далеко не уйду…
На дверях кареты были изображены золотые головы кабанов, и сомнений в том, что это именно Вепревы, у меня не осталось. Этот же герб покачивался на полотне за затылком носатого.
И вот этот факт, что я до сих пор жив, рушил все мои теории. А кто тогда пытался убить меня до этого?!
— А что там произошло, в Маловратске? — наивно спросил я.
— Все ищут Василия Ветрова, жестокого убийцу, — без улыбки ответил Вепрев, — Ты убил Стража Душ. Ты вообще понимаешь, что это значит?
А про Плетнёва он ничего не сказал. Неужели выжил, говнюк?
Я ничего не отвечал носатому, и только сам задавал вопросы:
— А вы откуда тут взялись?
— Ну, мы спешили тебя перехватить, — усмехнулся тот, — Мы ведь тебя полтора года искали, дурень…
— Нашли же.
Тут карету тряхнуло на кочке, и я поморщился. В сломанной ноге стрельнуло так, что в глазах потемнело.
— Ничего, потерпишь, ума наберёшься, — заметив мои мучения, сказал черноволосый, — Братец…
Я снова не ответил.
Мне было ужасно обидно, что мой Василий на поверку оказался взбалмошным дворянским сынком, который устроил весь этот концерт с подделкой документов только ради какого-то каприза.
Ещё и кольцо это… Перовская на хрена мне его подарила? Чтобы в самый ответственный момент, когда я уже был на свободе, просто лохануться?
Василий внутри меня ответил какой-то затаившейся обидой. Кажется, их ссора с Еленой была не только из-за её пробуждения.
Твою псину, как же мало я знал, когда начал планировать свои действия…
— Надо сказать, ты такого наворотил, что из города бы мы тебя не вытащили, — носатый опять закурил, — А впрочем, хорошо, что ты был Ветровым в том Мухосранске. У нас же в Магославском крае ты — Вепрев.
— Документы у Гранного… — буркнул я.
— Да, неувязочка, — улыбнулся тот, а потом тронул бумажный пакет рядом на сиденье, — Только если есть деньги, всегда есть и тот, кого можно купить.
Я выпятил глаза на пакет.
— Это документы? Но зачем?
— Ты убил Стража Душ. Полицейские изъяли документы из академии в эту же ночь…
— И вы их… кхм… украли?
— Фи, как грубо для Лунного, Василий. Мы их выкупили, с правильной заменой. Пусть Ветровы разбираются.
— Это чтобы к Вепревым не было никаких претензий? — я откинулся на спинку, чтобы ногу так не дёргало на кочках.
— Ну, всё же, мозги у тебя появились, — кивнул Вепрев, — Правда, я так и не понимаю, что у тебя с ними? Тот бедняга, который нам эти документы отдал, говорил про какого-то Иного…