Магия ответа (СИ)

Красная — Огонь.
Белая — Воздух.
Синяя — Вода.
Жёлтая — Земля.
Я на миг удивился, чётко вспомнив, что у Василия-то она чёрная. Но духи даже не стали на этом зацикливаться, сказав, что это «цвет оракулов и привратников».
И продолжили обучение.
— Эй, то есть, оракулов? — выкрикнул я в пустоту, переполненную мыслеформами, но никому уже не было дела.
Мне показывали, как Утренний Маг, осознав свою стихию, осваивает вторую чакру. В этом ему помогает энергия Вертуна, рядом с которым ученики всегда показывали лучшие результаты.
Картинки начали ускоряться. Освоена вторая чакра, и маг становится Полуденным. Поток энергии, впитываемый учеником, увеличивается.
Третья чакра — путь к Вечернему магу.
Она открыта, и теперь надо учиться контролировать поток энергии через все три чакры. Маг, который смог открыть этот канал полностью, переходит к рангу Первого Дня.
Что такое знания? Это информация.
И когда знания приобретаются через трудности, то становятся очень ценным личным опытом. Без трудностей они не задерживаются в голове, не проникают в мышечную память, чтобы закрепиться навыком…
Вот и я, когда вдруг оказался лицом к лицу с противником, понял — обучение продолжается.
***
Я стою в большом зале. Деревянный пол, толстые брусья-колонны.
Стены зала утопают в темноте, будто источник света только над нами. Я знаком с такой формой записи событий — в фокус попадает только то, что важно, что имеет смысл.
Напротив меня тёмный силуэт. Вот через несколько секунд он проявляется, и очерчиваются глаза, нос, короткая бородка. Фокус внимания переводится на него.
Передо мной зрелый мужчина в самом расцвете сил. С величавой осанкой, высокий, он одет в простые серые штаны и толстовку.
Он наносит удар мне в лицо, и я хочу перехватить его отработанным движением… но творю какую-то лютую хрень. До меня не сразу доходит, что это тело не то, что не моё, но даже не Василия.
Кулак замирает в нескольких сантиметрах от моего виска.
— Я тебе сказал, Дима, — бородатый качает пальцем, — Тебе не стать Вечерником, если не научишься контролировать эмоции…
— Но я стараюсь… — искренне возмущаюсь я.
Эх, жаль, рядом нет зеркал. Взглянуть бы, в чьём теле ведётся запись событий.
Это какая-то тренировка, здесь магия постигается на практике. И этот, впереди, вроде учителя или наставника…
— Ух, твою луну! — ругается на меня этот наставник, — Какая пословица?!
— Но я уже десятый раз…
— Дмитрий, ты сомневаешься в моих указаниях?
— Нет, — отвечаю я.
— Пословицу!
Судя по всему, я очень молодой, и во мне бурлят эмоции. Но приходится наступить на горло подростковой гордости и начать произносить:
— Даже тому, кто повесил голову, из лужи светит луна.
— Во-о-от. Но только это всё-таки лужа, и нам такая луна не нужна, — улыбается бородатый, — Выше голову. Выше, я сказал! Спина прямая, ноги расставил. Так, а теперь ощути потоки из земли. Они всегда там, Красная Луна сегодня достаточно напитала и землю, и Вертуны.
И я представляю потоки, старательно запоминая, как у этого Дмитрия обстоят дела с чакрами.
Он начал осваивать третью чакру, и тут надо похвалить местных учителей — нижние две у парня развиты хорошо, и достаточно тренированы.
— А теперь ощути эту защитную плёнку, которой ты покрываешь себя, — голос бородатого подёргивается дымкой, звучит словно сквозь вату, — Тот, кто носит магические побрякушки для защиты, всегда будет на чакру ниже тебя.
Духи стали отдалять картинку…
Я весь чуть из орбит не вылез, пытаясь вслушаться в затихающий разговор. Они говорили про защитную магию?!
— ЭЙ! — возмущённо закричал я, — Мне нужно больше!!!
«Терпи».
Но духи всё же выполнили мою просьбу, сделав бородатого на миг погромче.
Я на миг уловил от призраков Борзовых чувство гордости. Им не нравилась моя наглость, но им нравилось, что их знания не умирают вместе с ними. Им очень льстило, что я оценил их наследие.
Парень, в теле которого я оказался, пытается впитать энергию. И хочет окружить своё тело, представляя, что он стоит в костре, и языки пламени окутывают его.
 
Мне не надо было говорить, что будет дальше…
— А-А-А!!! — кричу я, понимая, что обжёг самого себя.
— Ну, не вылунь ты, а?! — наставник смеётся, — Ты хочешь сжечь себя, что ли?
Я упрямо качаю головой.
— Что это за маг, который не может защитить себя самостоятельно? Эти Вепревы, которые хвалятся своими артефактами… — тут наставник, который снова уже превращался в тёмный силуэт, вскидывает ладонь, и шарик огня слетает куда-то в сторону.
Я смотрю туда, вслед магическому снаряду. У стены стоит деревянный манекен, на руке которого нацеплен… серебрянный браслет! Такой же, какой таскали охранники у Вепревых.
Вот огонёк бородатого влетает в цель, прямо в грудь манекену, и тот мерцает, словно на нём искрится мыльная плёнка. Но защита не рвётся, судя по тому, что повреждений нет.
— Такой артефакт хорош, когда маг и сам может за себя постоять, — продолжает бородач, посылая ещё один снаряд.
Тот влетает в цель, и теперь мыльная плёнка вокруг манекена, заискрив, вспыхивает и исчезает. В месте попадания второго шарика уже виднеется пятно копоти.
— Но если у тебя нет своих навыков, — и наставник выпускает третий пламенный сгусток…
В этот раз манекену очень не поздоровилось. Снаряд сбивает его с места, толкая в стену, и прожигает в груди дыру.
— Какую ошибку допустил этот манекен? — вдруг спрашивает бородатый, повернувшись ко мне.
— Он использовал защитный артефакт Вепревых? — неуверенно отвечает мой парнишка.
Я же, проникшись атмосферой обучения, вспоминал своих наставников в корпусе псиоников. Те подходили к обучению с подобной креативностью, иногда выдумывая такие мудрости, что некоторые из них становились потом у нас крылатыми фразами.
И на месте парня я бы ответил по-другому: «Он не защищался».
— Он не нападал, — вдруг говорит бородач, немного удивив меня. Потом наставник, задумавшись, добавляет, — И не защищался.
— Понятно, — киваю я.
— Представляя костёр, ты активируешь магию нападения. Огонь сжигает, разрушает, съедает дрова без остатка… А ты себя в костёр суёшь!
Меня немного удивиляет сравнение, но я снова киваю. Он был в чём-то прав.
— Но… — мой парнишка растерян, — А чего делать-то? Я маг огня, и когда атакую, то представляю, как мой огонь пожирает и обжигает врага.
— Так ты атакуешь или защищаешься сейчас?
— Эээ… защищаюсь. Но как?! Огонь — он же раскалённый. Как я могу им защититься?
Духи хотели перейти к другому воспоминанию, но я удерживал картинку, вызывая у них раздражение. Впрочем, даже эта запись уже подходила к концу.
— Что ты делаешь, когда хочешь согреться? Лезешь в камин?
— Я… сажусь рядом.
— А вот теперь подумай, — наставник звучал уже глухо, — Костёр — это не только пламя. Это и тепло, и круг света, отпугивающий хищников.
Мой парнишка, к счастью, догадался, чем отличается энергия нападения от энергии защиты. И перестал представлять себя внутри костра. Достаточно вообразить его тепло, окружить себя светом…
— От этих побрякушек только одна польза, — с неохотой добавил наставник, глядя на поваленный манекен, — Заговорённый «тхэлус» хоть как-то защищает от Стражей Душ. Чёртовы раки!
Я сразу вспомнил, как Борис Вепрев, когда выходил из кареты говорить со Стражами Душ, устроившими засаду, надевал на голову обруч с чёрным камешком.
Интересно, а где этот камушек можно получить.
Духи Борзовых явно уловили мою мысль, и промелькнула необычная картинка. Я едва успел перехватить её и снова стал замедлять биоритмы, пытаясь за доли секунды рассмотреть, что находится в том воспоминании.
***
— Пульсары? — удивлённо спрашиваю я.
— Ну да, — седой старик сидит передо мной, с длинной серой бородой, показывает зелёный круглый камушек.