Четвёртое измерение: повторение пройденного (СИ)
— Прикроешь, если что, — не то спросил, не то констатировал непреложный факт Смерч, вытягивая из люка одноразовый гранатомет. — Мне хоть пару секунд на прицелиться, ладно?
— Угу, — дослав в патронник первый в ленте патрон, я проверил, свободно ли ходит пулемет. — Степа, а без гранаты никак нельзя было? А то как-то больно, больно и обидно мне…
— Извини, командир. Не хотелось, чтоб эти красавцы всей толпой на нас ломанулись — я ж думал, их там все двенадцать рыл, да при оружии.
— А оказалось? — я срезал выскочившего из сборного домика солдата и на всякий случай прочертил очередью хлипкую стену. Нда, к оборонительным боям вы тут явно не готовились…
— Пятеро, — смутился Степан, вскидывая эргэдэ на плечо. — Слушай, может мне по вышке шмальнуть? Че-то мы протормозили.
Я проследил за его взглядом и с досадой вынужден был признать, что мы именно протормозили: вышку связи надо было уничтожить еще в самом начале нападения. Причем, не нам, а майору.
— Давай, — скомандовал я, разворачивая пулемет и запрокидывая ствол вверх — одной гранатой такую махину не завалишь, разве что попасть в саму несущую конструкцию. Зато попортить можно и из пулемета. — Стреляй первым.
Снайпером Смерч числился отнюдь не зря, в чем я имел возможность убедиться в следующую секунду. Даже с учетом того, что РПГ мало похож на его любимый «Вал», а стрелять пришлось в движении: граната аккуратно снесла верхушку, лишив вышку как минимум половины всех ее антенн и ретрансляторов. Я же лишь довершил картину разрушения, спалив оставшиеся в ленте патроны по уцелевшим спутниковым тарелкам.
Высунувшийся из соседнего люка Иракец одобрительно хмыкнул и протянул мне слегка помятую недавним взрывом пулеметную патронную коробку. Нет, ну что за команда у нас, а? С полуслова друг друга понимаем, с полувзгляда. Ай да мы, ай да я, ай…
Ага, вот именно «ай» — лафа кончилась, едва начавшись. И наши супротивники показали, что их тоже кой чему учили — откуда-то из-за вертолетного ангара стартовала ответная ракета, и единственное, что нам оставалось — покрепче держаться. Я, правда, нырнул в люк, пытаясь успеть перехватить у ничего не подозревающего Марка управление, но ракета почему-то меня опередила. Наверное, это была неправильная ракета…
— Все живы? — дурацкий, какой-то слишком уж киношный вопрос, но и не задать его я не мог. Особенно, учитывая плачевное состояние нашего транспортного средства — кумулятивный заряд попал прямехонько в двигатель, сбросив БТР с дороги и основательно всех нас встряхнув.
Видимо, нет: выползающие из накренившегося бэтээра ребята мне ответили — Смерч, Турист, Иракец — и мною собственноручно изъятый из затянутой дымом кабины Марк. Все живы и даже почти не ранены. И до вертолетной площадки добраться успели. Работаем!
А работать, похоже, предстояло по полной программе — нас явно собирались не допустить до ближайшего вертолета. Того самого пузатого транспортника, на который я имел определенные полетные планы. Догадались, значит! Что ж, разочаровывать уверовавшего в скорую победу противника — и есть наша первоочередная задача. Жаль только, что особо тут не постреляешь: повредить собственный вертолет было бы глупо.
— Прикройте, мужики! Пошли Олежка, — успев заметить удивленный взгляд не терпящего скоропалительных решений Туриста, я рывком вынесся из-за корпуса БТРа. Три метра… пять… семь… пора! Словно споткнувшись на полном ходу, я нырнул головой вперед, пропуская над собой первые вражеские пули. Разок перекатился — и оказался точно там, где и собирался: за штабелем каких-то контейнеров в двух десятках шагов от вертолета. И с левого фланга от атакующих. Рядом с размаху врезался плечом в дюралевый бок одного из контейнеров Иракец:
— Ну, ты горазд бегать, командир, я прям отвык. На мировой идешь? Или пока только тренируешься?
Усмехнувшись, я призывно отмахнул остальным и поудобнее пристроил автомат цевьем на угол ящика. Вот теперь пора и нам пострелять…
Вертолет тяжело шел почти над самыми горными вершинами: подниматься выше мы не рисковали, стараясь по мере сил облегчить участь перегретого мотора, все-таки не избежавшего нескольких попаданий. Не во время боя около подбитого бронетранспортера, а позже, когда вслед нам с земли стреляли все, кому не лень. Мы улетали с Кавказа. Осталось позади благословенное Приэльбрусье, баксанская долина, руины обсерваторского комплекса и несуществующий в этой реальности поселок Нейтрино. Остался короткий бой на КПП, столбы жирного черного дыма от сожженной майорской группой техники и три на всякий случай расстрелянных нами вертолета. Остались невозбранно двигающиеся к перевалам главного кавказского хребта немецкие дивизии.
Как бы то ни было, мы выполнили первоначальный план. Захватили вертолет, вместе с прорвавшимися к нам майорскими ребятами погрузились в него и подобрали полковников. Пленных, правда, пришлось бросить — вертолета они по-прежнему в упор не видели, а летать самостоятельно пока не научились.
Мы ушли все.
«Все» — потому что спецназ, как известно, своих не бросает даже мертвыми. Завернутые в брезентовый чехол от вертолетного двигателя тела обоих Марков уложили в самом хвосте. Погибли они при посадке, одновременно и, как ни дико это звучит, от одной и той же пули: трехмиллиметровая игла, пройдя навылет через защищенную бронежилетом грудь Володьки из моей группы, ушла рикошетом от стойки шасси прямо в висок майорскому. Рана была совсем крошечной, даже без выходного отверстия. Пробивая бронежилет и рикошетируя, пуля растеряла почти всю свою убийственную мощь, но Вовке с лихвой хватило и этого.
Странные законы существования параллельных миров (или, скорее, четвёртого измерения) продолжали вносить в наши планы свои неподвластные пониманию коррективы.
И все-таки мы вырвались.
Лишившиеся радиовышки швейцарцы никому не могли об этом сообщить и вызвать подкрепление, например, парочку всепогодных истребителей-перехватчиков. И это была пусть небольшая, но все-таки фора. К сожалению, надолго ее хватить не могло: поврежденный движок и потихоньку вытекающее из пробитых баков топливо стремительно уменьшали разрыв между нами и нашими непонятными оппонентами.
Но некоторое время у нас еще все-таки было.
Так мы думали…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ПОВТОРЕНИЕ ПРОЙДЕННОГО:ВНЕ ВРЕМЕНИ. ИСПРАВЛЕНИЕ ОШИБОК. ВОЗВРАЩЕНИЕ
…Ученый уже в ранней молодости должен примириться с мыслью о том, что об окружающем его мире ему суждено знать очень немногое…
Анатоль Франс.
Глава 1
Несмотря на набухшие дождем грозовые тучи за окном, Леночка с самого утра пребывала в прекрасном настроении. Гроза — это не страшно, это ненадолго, все-таки лето на дворе. Зато целых два свободных дня впереди и… может ей кое-кто позвонит из Москвы? Между прочим, этот «кое-кто» обещал!
Поставив на газовую плиту чайник, девушка уселась напротив и, облокотившись на край кухонного стола, задумалась, вспоминая недавний визит столичного гостя. Второй за прошедший год. Всего лишь второй — или, быть может, уже второй?
Нет, никаких особых иллюзий она не испытывала и далеко идущих планов не строила, но разве она не имеет права на свой маленький кусочек сказки? На что-нибудь, выходящее за пределы кассового окна, глючного компьютера с заляпанной сменщицей лаком для ногтей клавиатурой и бесконечных прямоугольничков оформляемых железнодорожных билетов? Имеет полное право!
Конечно, жаль, что он не бизнесмен, как говорил при первой встрече, но зато офицер, майор, в самом настоящем спецназе служит. И если так подумать — так это даже и лучше. Он будет ловить опасных террористов, и обезвреживать заложенные ими бомбы — как в том сериале, жаль названия не запомнила! — а она, в прошлом простая кассирша Леночка, а ныне — верная офицерская жена Елена Сергеевна — ждать его с очередного опасного задания. А там, глядишь, нам и подполковника дадут, или даже сразу полковника — за особые заслуги перед Родиной…