Капкан (СИ)

– Дядя Малк, пливет! – Лина подбегает к нему и начинает рассказывать об утках, которых видела в парке. Он садится перед ней на корточки и слушает, улыбаясь.
– Иди домой. Я заберу Лину, – говорит Сережа.
Я признательна ему за заботу обо мне, но я должна поговорить с Марком и выдвинуть тому свой ультиматум.
– Нет. Просто забери Лину, а я вас догоню.
– Уверена?
– Более чем, – пытаюсь улыбнуться. Сердце гулко стучит в груди. Мы подходим с ним к Марку и Лине. Сережа бросает недовольный взгляд в сторону Марка и, взяв Лину за руку, уводит в подъезд.
– Привет, – голос Марка отдает хрипотцой.
– Привет, – наши взгляды встречаются, и я чувствую невероятное притяжение к этому мужчине.
– Поговорим? – его руки в карманах брюк, и он смотрит из-под бровей.
– Да.
Марк идет к машине и открывает для меня заднюю пассажирскую дверь.
– Нет, – машу отрицательно головой. – Давай тут поговорим, – настаиваю я.
– Хорошо, – резко хлопает дверью. Я вздрагиваю. – Маш, я хотел извиниться… – вздыхает и опускает голову, – и сказать, что ты тогда неправильно всё поняла.
Набираюсь храбрости и спокойно начинаю говорить, хотя внутри у меня бушует настоящее “извержение вулкана”. Мне хочется сказать ему правду, но тогда я буду уязвима, а этого допустить нельзя. Я должна защитить себя всеми правдами и неправдами.
– Марк… Все, что случилось тогда в твоем кабинете – это недоразумение, глупость, ошибка. Называй как хочешь. Мне очень жаль, что я дала тебе повод подумать, что я одна из твоих… – прикусываю губу, горло сжимается спазмом, голос срывается.
Стоит только представить сколько женщин прошло через его руки, его губы, его…
Моментально щеки начинают гореть. Отворачиваюсь. Вдох. Выдох. – Я не подстилка, – только от одного этого слова на языке появляется горечь. Сглатываю.
– Маша…Ты… Я… Никогда… – нервно запускает руку в волосы. Сжимает челюсть.
Замолкает. Смотрит в сторону.
Полная решимости поставить жирную точку во всей нашей с ним скоротечной истории, набираю больше воздуха в легкие и окончательно выношу свой вердикт: – Марк, давай забудем об этом нелепом инциденте. Я очень жалею о случившемся, и это никогда больше не повторится, – его глаза вспыхивают после моих слов, а губы вытягиваются в тонкую линию. – Я прошу тебя оставить меня в покое навсегда. Я благодарна тебе за помощь с Линой. Правда, очень благодарна. Если бы не ты… но больше не хочу ничего от тебя. Оказалось, что я тебя совсем не знаю. Не знаю, из-за чего ты все время злился на меня. Не знаю, почему ты меня все время пытался оскорбить. Почему ты напился и устроил драку с Вадимом, – Марк резко вскидывает голову, когда я упоминаю имя Вадима. – Почему ты выбрал меня для своих игр и утех, – его лицо бледнеет. – Я даже не знаю, что сделала тебе плохого, почему ты решил позабавиться надо мной? – Он нервно сглатывает, и у него дергается кадык. По его “окаменевшему” лицу трудно что-либо разобрать, какие эмоции он сейчас испытывает, и испытывает ли он вообще их. – Выбери себе другой объект для своих издевательств и забав, – заключаю я свою речь.
Ему требуется несколько минут, чтобы ответить. Понятия не имею, о чем он думает.
– Хорошо. Я все понял и больше не побеспокою тебя. Обещаю, – ровным голосом произносит он. И от этих слов мое сердце разбивается на тысячу мелких осколков, которые жалят все внутри. Я же это и хотела услышать. Так почему же так больно от его равнодушных слов? Значит, вот так все для него просто. А ты Маша навыдумывала там себе, что он что-то чувствует к тебе? Глупая. Какая же я глупая. Жизнь меня ничему не научила. Втягиваю воздух. Только бы продержаться и не расплакаться при нем.
– Спасибо, – шепчу я, поворачиваюсь и иду домой.
– Маш…
Замираю от его голоса полного грусти. Оборачиваюсь. Мне стоит не малых усилий, чтобы сдержаться и не показать своих истинных чувств и сожаления от его слов.
– Прости меня за все, если сможешь, конечно. Я хочу, чтобы ты была счастлива, – своими словами он выбивает остатки воздуха из моей груди. На какое-то мгновение наши глаза встречаются. Что это? Обман зрения или я действительно вижу в его взгляде боль?
 
Разочарование? Нет. Я опять ошибаюсь. Я больше не верю ему.
– И ты будь счастлив, Марк, – искренне желаю я.
На его губах появляется горькая улыбка. Бросаю на него в последний раз беглый взгляд, чтобы запечатлеть в памяти этот момент и быстрым шагом направляюсь к подъезду.
– Маш, – опять окликает он меня. Молча жду, что он еще скажет, – могу я попросить тебя об одолжении?
– Да, – с опаской смотрю на него.
– Не увольняйся из кафе, пожалуйста.
Не знаю, почему он меня об этом просит, но точного ответа я сейчас не могу дать.
– Я подумаю, – разворачиваюсь и захожу в подъезд.
***
– Даже не верится, что я дома, – тетя обводит взглядом кухню и с радостью выдыхает.
Лина сидит между нами крепко сжимая в руках свой подарок, привезенный ей Таней, куклу-пупса. Я удивлена, что она не тянется к маме, а льнет ко мне.
– Она отвыкла от меня, – с грустью произносит Таня и проводит ласково рукой по ее головке.
– Дай ей время, – успокаиваю я.
– Ладно, ты права. Ну, а вы как? – переводит взгляд от меня к Сереже, – у тебя дома всё хорошо? Уладил проблемы?
Переглядываемся с ним и пытаемся скрыть улыбки.
– Да, почти решил проблему.
– Если что обращайся. Помогу, чем смогу, – предлагает тетя.
– О! Здесь вы вряд ли сможете помочь. Спасибо за ужин. Было очень вкусно, но мне пора, – встает из-за стола Сергей и я вслед за ним.
Прощается с Таней и Линой, а я иду его провожать.
– Спасибо тебе за все. Ты настоящий друг, – искренне благодарю его за помощь и поддержку.
– Знала бы ты, как твои слова разрывают мне сердце, – целует меня в лоб.
– Сереж…
– Помню. Друзья и не больше, – улыбается и выходит из квартиры.
Все же хороший он парень. Жаль, что у нас с ним ничего серьезного не получилось, кроме дружбы, конечно. Тяжело вздыхаю. Хороший, но не твой.
Возвращаюсь на кухню и наблюдаю за Линой и Таней. Эта поездка дала понять тете, что дочь – это главное в жизни. Никакая карьера не стоит того, чтобы с ней расставаться так надолго. Раньше я не замечала, как она дорожит своей дочкой, но думаю, теперь она правильно расставит приоритеты.
– Давай еще выпьем вина, – предлагает Таня.
– Давай, – от двух бокалов я чувствую легкое головокружение.
Я рассказываю тете, как мы жили пока ее не было. Она делится впечатлениями о поездке.
– Представляешь, за полтора месяца я практически объездила всю Европу. Садишься в поезд и ты уже во Франции, Германии, Нидерландах. Нам нужно обязательно съездить туда втроем. Ты должна увидеть все своими глазами.
– Когда-нибудь может и съездим, – со скепсисом произношу я.
– Эй, я планирую это на следующий год и никаких возражений не принимаю, – смеется. – А как с учебой? Собрала документы?
Ерзаю на стуле.
– Да, все собрала, на днях пойду подавать.
– Слушай, теперь, когда ты начнешь учиться, надо устроить Лину в детский сад. Завтра посмотрю какие поблизости есть сады и узнаю, что к чему. Ну, а как там мама? – интересуется Таня.
В течении получаса мы болтаем обо всем на свете. А потом я напоминаю, что пора купать Лину.
– Маса, я пойду с тобой купаться, – тихо произносит сестренка, прижимаясь ко мне.
Целую ее в макушку. Беру за руку и веду в ванную, подмигивая тете.
Уложив Лину спать, я иду на поиски тети. Нахожу ее в спальне. Она сидит возле чемодана и перебирает вещи.
– Совсем забыла отдать подарки тебе и Сереже. Вы, ребята, меня так выручили, даже не представляете себе как.
– Ух ты! Спасибо, – целую Таню в щеку и беру свои пакеты.
Минут двадцать я примеряю на себя все, что привезла тетя. Все вещи очень красивые, подобрано со вкусом. У меня никогда раньше таких не было.
– Ты устала, отдыхай, – смотрю, как Таня пытается подавить очередной зевок.