Капкан (СИ)

– Пост сдал – пост принял, – широко улыбается и делает шаг в мою сторону.
Отступаю на два шага назад.
– Прости, я должен был давно прийти, – оправдывается он, – но встретил старого друга и задержался.
От его наглой лжи во мне закипает гнев. Фыркаю и закатываю глаза. Ложь. Почему люди всегда лгут? Молча, разворачиваюсь и ухожу на кухню.
– Ага, конечно друг. Рассказывай мне сказки, – бормочу я, злясь.
Хватает меня за руку и разворачивает к себе.
– Что ты сказала? – сокращает между нами расстояние и смотрит на меня сердито.
– Что слышал! – выпаливаю я, – ты эти байки расскажешь Инге, – его ложь просто выводит меня из себя.
– Какие байки, милая? – наши лица слишком близко, и я улавливаю запах спиртного.
– Байки о своем друге, – он может обманывать свою сестру, но со мной этот номер не пройдет, – и я тебе не милая.
Все повторяется вновь, за несколько секунд мы из друзей превращаемся в заклятых врагов.
– А для кого ты милая? – рычит он, и мне приходится отступить назад. Натыкаюсь спиной на стену. По телу пробегает холодок, и я начинаю дрожать.
– Не твое дело! – делаю шаг в сторону кухни, но Марк останавливает меня, припечатав к стене и поставив свои руки по обе стороны от моего лица.
– С ума сошел! Отойди, – возмущенно говорю я. Злость сменяется волнением. Мне необходимо личное пространство.
– А если я не хочу отходить, – хриплым голосом произносит он и проводит пальцем по моей нижней губе.
– Марк, – пересохшими губами произношу я и непроизвольно облизываю. Его глаза фокусируются на моих губах и, прежде чем он успевает что-то сделать, отворачиваюсь. Цепляет пальцами подбородок и заставляет посмотреть ему в глаза.
– Ты только Сереже позволяешь себя целовать? – ехидно произносит Марк.
Что он там себе напридумывал?
– Что? Не говори ерунды. Сережа просто друг.
Смеется, запрокинув голову.
– Друг, с которым ты целуешься на глазах у всех, – констатирует он с упреком, – слушай, так мы же с тобой тоже вроде как друзья, – встает со мной вплотную.
Я задыхаюсь от злости, обиды и его парфюма…
– Ты неправильно все понял, – шепчу я. Если он не отойдет от меня сейчас, то я сама его поцелую.
– А ты поясни, – также шепотом говорит он. От его голоса тело предательски покрывается мурашками.
– Марк, – с надеждой, что он прекратит свое давление на меня, смотрю на него, затаив дыхание. Но вместо слов он наклоняется и проводит языком по моей губе, заставляя все внутри сжаться от волнения и возбуждения.
– Пожалуйста, – прошу я отпустить меня, но он неправильно понимает суть моих слов и целует меня. Это так неожиданно и так приятно на вкус, что я издаю легкий стон. Марк врывается своим языком в мой рот и жадно целует. И я не сопротивляюсь, удивляясь тому, что мне это нравится. Обнимаю его за шею и отвечаю на поцелуй, посасывая его язык и переплетая со своим. Никогда прежде страсть не охватывала меня с такой силой, что мне хотелось бы раствориться в другом человеке и стать его частью. Марк прижимается ко мне всем телом, и я чувствую его возбуждение. Он кладет руки на мои ягодицы, сжимает их, прижимая к себе. Отрывается от моих губ и учащенно дышит. У меня вырывается стон. Он проводит губами по виску, опускаясь все ниже. Я вся горю, а главное, совсем не хочу, чтобы он останавливался. Мое тело дрожит от возбуждения.
Боже, что со мной происходит? Он целует меня за ухом, берет в рот мочку и слегка прикусывает. Я опять издаю протяжный стон. В низу живота ощущаю нарастающую приятную и тянущую боль.
– Как давно я хотел это сделать, – произносит он, хаотично целуя и посасывая мою кожу, заставляя меня еще больше дрожать от его страстных прикосновений. Внезапный звонок в дверь действует на нас отрезвляюще. Тяжело дыша, смотрим друг на друга, постепенно отстраняясь.
– Открой, – говорю ему, когда звон грозит разбудить детей и ухожу на кухню.
 Глава 3 
 
Мое тело дрожит. Трясущимися руками беру стакан с водой. Она проливается, пока я подношу стакан ко рту.
 
– Маш, открой сама дверь, пожалуйста, – раздается за спиной голос Марка. Его дыхание щекочет мою кожу. На ватных ногах разворачиваюсь к нему лицом.
– Что? – я смотрю на его грудь, не в силах поднять глаза.
Он касается пальцем подбородка и заставляет посмотреть на него, как в прошлый раз, перед… Нет. Я должна это забыть и больше никогда не допускать…
– Я слегка не в том состоянии, чтобы предстать перед людьми, – виновато улыбается и глазами указывает на выпирающую часть в области паха.
Мои щеки моментально вспыхивают, и я вылетаю из кухни. Стараюсь привести дыхание в норму, пока иду к входной двери.
– Привет, – натягиваю улыбку, пропуская хозяев в квартиру, – как отдохнули?
– Маша? – подруга удивленно смотрит на меня, – а Марк не пришел?
– Он здесь, зашел перед вами.
Никита внимательно изучает мое лицо, уголки его губ приподнимаются, и он подмигивает мне.
– Ладно, – Инга улыбается, – девочки спят?
Киваю в ответ.
– Никит, проводишь Машу?
– Конечно.
– Ребят, как дела? – к нам присоединятся Марк. Он выглядит спокойным, и нет никаких признаков, что пару минут назад он был возбужден. Чего не скажешь обо мне. Только от одного его появления меня бросает в жар.
– Я же звонила тебе пару часов назад, – укоризненно произносит его сестра.
– Прости, Леху встретил. Он пригласил в гости, и я совсем забыл о времени. Мы с ним лет десять не виделись.
Инга начинает расспрашивать о его друге. Либо Марк искусный лжец, либо он действительно виделся со старым приятелем. Пока они разговаривают, Никита наблюдает за мной, и мне становится неловко от его пристального взгляда.
– Мне пора, – извиняясь, говорю им и иду в детскую.
– Я провожу вас, – слова Марка заставляют обернуться. Сердце бешено колотится.
Пытаюсь возразить, понимая, что это не лучшая идея, а затем замечаю на губах Никиты улыбку, которую он пытается скрыть. В отличие от жены, он всё понял, и я хочу быстрее покинуть их дом.
Марк аккуратно берет Лину на руки и выходит из комнаты. Прощаемся с Ингой и Никитой и идем к лифту. Опять лифт… Мы спускаемся в полной тишине. Я старательно рассматриваю стены, потолок, пол, настойчиво игнорируя его взгляд и аромат… Если с первым я справляюсь легко, то со вторым намного сложнее. Мне кажется, этот запах въелся мне в кожу. Мои рецепторы оголены до предела. Лифт останавливается, и я облегченно вздыхаю. Мы так же в полном безмолвии идем к моему подъезду. Ну и хорошо. Мне сейчас не хотелось бы с ним ничего обсуждать. А когда я подхожу к лифту, то издаю отчаянный вздох.
– У тебя клаустрофобия? – шепчет Марк, становясь рядом со мной.
– Нет, – отрицательно машу головой, несмотря на него.
“Только не смотри на него”, – повторяю я себе.
– Значит, это я, – утверждает он.
– Ты? – резко разворачиваюсь к нему лицом.
– Да, – наклоняется к моему уху, – это я так на тебя действую, что ты вся дрожишь, – констатирует он с победной улыбкой на губах.
Я не успеваю возразить. Двери лифта открываются, и мы заходим. Я злюсь на Марка, на себя, на свое тело, которое предательски выдает меня.
Наконец-то мы приезжаем на наш этаж. Я выхожу первая, чтобы открыть дверь квартиры. От волнения с первой попытки мне не удается вставить ключ в замок, и он падает. Слышу за спиной смешок. Поднимаю ключ и открываю дверь. Марк проходит сразу в комнату Лину и ждет, когда я расправлю кровать. Я медлю, понимая, что Лина была все это время моим щитом от Марка, а сейчас мне придется остаться с ним наедине. Как вести себя? Но вот постель готова, Лина уложена, и я остаюсь поправить одеяло и поцеловать ее перед сном. Может он сам сейчас уйдет, и мои волнения напрасны? Прикусываю губу.
Машинально провожу руками по волосам. Пожалуйста, пожалуйста, уйди…
– Ты до утра собралась здесь сидеть? – вздрагиваю от его голоса. Не ушел…