Капкан (СИ)

– Прекрати вести себя как клоун, – хмурится и скидывает мою руку. Ее серьезный тон действует на меня отрезвляюще и рушит мою защиту. Я виновато опускаю голову.
– Прости, – какой же я все-таки жалкий идиот. – Маш, зачем ты здесь? – тихо спрашиваю я.
– А ты не догадываешься, Сережа? – маленькая надежда просыпается во мне. Резко поднимаю голову. Перед глазами все плывет. Сосредотачиваюсь и всматриваюсь в ее глаза. Она отводит взгляд и тяжело вздыхает. Как же так случилось, что наши пути разошлись, едва соприкоснувшись?
– Ты знаешь, что Лина заболела?
Чувство вины накатывает на меня с такой силой, что сдавливает грудь. Какай же я ублюдок. Тру лицо руками.
– Маш…
– Мне пришлось вызвать скорую, – продолжает она.
Черт! Как я мог так поступить с ними?
– Ты пропал на неделю, Сережа, и если бы я не пришла к тебе, то вряд ли появился. Я права? – осуждающе смотрит мне в глаза. Ее пристальный взгляд прожигает меня насквозь.
– Я собирался прийти, – оправдываюсь я. Провожу ладонями по лицу. Мне надо придти в себя от недельного запоя. Голова гудит, и меня все еще пошатывает. Но я должен все ей объяснить, иначе сойду с ума, – идем, – осторожно беру ее за руку и веду на кухню.
Начинаю убирать со стола бутылки, грязную посуду и остатки еды.
– Ничего себе, – она внимательно наблюдает за моей поспешной уборкой, – у тебя тут такой бардак, – пытается пошутить Маша, но я вижу в ее глазах осуждение и даже презрение. Я облажался по полной программе.
– Ты прости за все это, – показываю ей рукой на свой “свинарник”, – мне надо привести себя в порядок. Ты не против немного подождать? – она кивает головой в знак согласия.
Оставляю ее одну, иду в ванную. Открываю холодную воду на всю и подставляю голову. Брр… Вода меня чуть отрезвляет. По-хорошему, мне нужен холодный душ, чтобы прийти в себя после продолжительного запоя, но я боюсь, что Маша не дождется и уйдет, поэтому сейчас не до душа. Хватаю полотенце, вытираюсь и выхожу из ванной.
Когда я возвращаюсь на кухню, то застаю Машу у окна. Даже не верится, что она здесь, а ведь мы могли быть вместе, а теперь… я потерял ее. Тяжело даже думать об этом.
Сглатываю подступивший к горлу ком. Сажусь на стул и просто любуюсь ее стройной фигурой. Маша оборачивается и смотрит на меня с грустью в глазах. Я помню, какой она приехала неуверенной, забитой и молчаливой девушкой, а сейчас она другая. Появился в ней какой-то “стальной” стержень.
– Таня звонила сегодня, – прерывает молчание Маша, – она тебя тоже потеряла, – тяжело вздыхает, медленно подходит к столу и садится напротив меня.
Я забил на всё и на всех. Меня точно уволят.
– Я сказала, что у тебя проблемы в семье, и ты уехал домой, – не дождавшись от меня ни единого слова, Маша пересказывает разговор с тетей. Понятия не имею почему она меня выгораживает, тем более после того, как я подвел их с сестренкой.
– Как Лина? – спрашиваю я и залпом выпиваю стакан воды. Я начинаю трезветь, и меня мучает сушняк и все еще непроходящая головная боль.
– Уже лучше. Она скучает по тебе.
Какой же я м*дак!
– А ты? – мне нужно знать о ее чувствах.
– Сережа, я думаю эти вопросы ни к чему, – строго смотрит на меня, – у тебя есть девушка, которая ждет от тебя ребенка, – опять в ее глазах вижу презрение. Твою ж мать! Черт меня дернул связаться с Лариской. Да я видеть ее не хочу, не то чтобы жениться на ней. Не надо было пить тогда. Идиот! Теперь придется расхлебывать последствия.
– Маш, – умоляюще смотрю ей в глаза, – выслушай меня. Прошу, дай нам шанс, – беру ее за руки. Она отрицательно качает головой.
– Сережа, о каком шансе ты сейчас говоришь? Не может быть никаких шансов, – повышает голос Маша и вырывает руки, – твоя девушка ждет ребенка, – тяжело вздыхает и опускает глаза.
Я вскакиваю со стула и сжимаю голову. Мерю шагами кухню, как загнанный зверь в клетке.
– Я понимаю, как это мерзко выглядит со стороны. И я прошу тебя только выслушать меня, – подхожу к ней и сажусь на корточки, – пожалуйста, просто выслушай, а потом делай выводы. Хорошо? – Маша поднимает глаза, и я вижу, что в них стоят слезы, пытаясь их сдерживать, она прикусывает нижнею губу.
 
– Хорошо, – шепчет Маша.
– Спасибо, – облегченно выдыхаю. Беру ее руки в свои и покрываю легкими поцелуями, она пытается их вырвать.
– Хватит, или я уйду, – слова Маши останавливают меня. Я не могу этого допустить. За последние несколько дней ее появление, как глоток свежего воздуха для меня. Кладу голову на ее колени, она не сбрасывает ее и не отстраняется. Глубоко вздыхаю и начинаю свой рассказ, о том как я попал в такую ситуацию.
– Я ничего не обещал Ларисе, мы даже не встречались с ней.
– Но… – перебивает Маша.
– Я никогда ее не любил и уж тем более не собирался жениться на ней и заводить детей. И она всегда об этом знала, – интонацией голоса подчеркиваю “знала”, – я не обманывал ее. Это получилось случайно. Мне позвонила Даша. Начала просить прощение за все, говорить, что сожалеет о случившемся, что ей тоже нелегко и плакала. Я не дослушал до конца и бросил трубку. Пошел в бар и тупо напился. Смутно помню только появление Ларисы в баре, и потом темнота. А когда проснулся, обнаружил ее в своей кровати, – от воспоминания меня всего передергивает. Придурок. Как можно было так напиться и ничего не помнить?
– Подожди. Какая Даша? Ничего не понимаю, – перебивает меня Маша. Тяжело вздыхаю.
– Мы учились в одном классе.
– С Дашей? – уточняет она.
– С Ларисой и с Дашей. Они были лучшими подругами. Мы начали встречаться с Дашей в девятом классе. Три года были вместе. Первая любовь, первые свидания, первые поцелуи, первые друг у друга, понимаешь? – поднимаю голову и смотрю на Машу. Она с сочувствием кивает.
– А потом меня забрали в армию. Черт бы ее побрал! Она меня провожала и обещала ждать. В общем, все у нас было хорошо, даже строили планы на будущее. А спустя три месяца Даша написала мне письмо, что выходит замуж и все. Будто и не было ничего. Просто вычеркнула меня из своей жизни.
– Мне очень жаль, Сереж, – Маша касается ладонью моей головы и проводит по волосам.
– Я не видел ее семь лет, а в прошлом году мы встретились на вечере выпускников. Она не изменилась, – воспоминание о Даше, как лезвие ножа, острое и болезненное.
– Вы поговорили? – интересуется Маша.
– Практически нет, – отрицательно качаю головой, – она избегала меня весь вечер, хотя пришла одна. Я как дурак надеялся на разговор. Хотел узнать, почему она вышла замуж за другого? Любила ли она меня вообще? Пытался подкараулить ее и поговорить с ней тет-а-тет, но так и не удалось. А потом явился ее муж. Я думал, придушу его собственными руками. Этот урод всячески показывал, кому принадлежит Даша. У меня крышу снесло от ревности, и тут Лариска подвернулась. Начала липнуть ко мне, а я позволил. Назло Даше. Хотел, чтобы она почувствовала тоже, что и я. Понимаешь, я видел боль в ее глазах. Через месяц Лариска появилась в дверях моей квартиры. Я сразу дал ей понять, что ничего ей не светит, но она оказалась настойчивой и терпеливой. Дождалась своего часа. Сука! После этого дня мы с ней время от времени встречались, но я не планировал с ней ничего серьезного. Абсолютно ничего. Нас связывал секс и не более, – лицо Маши искажается болью от моих слов, но это правда.
– А потом приехала ты. После долгих лет одиночества и тоски моя жизнь, наконец, обрела смысл, – наблюдаю за тем, как щеки Маши заливаются румянцем, – я хотел быть с тобой, но видя, в каком состоянии ты была, не стал торопить события. Я не хотел давить на тебя и быть напористым, – вздыхаю, – а стоило. Если бы я знал, что так выйдет, – поднимаюсь на ноги и начинаю опять ходить по кухне. Эта дурацкая привычка. Резко останавливаюсь напротив нее.
– Маш, я не обманывал тебя, – искренне признаюсь ей. Она моргает несколько раз.
– Сережа, я… пожалуйста, давай не будем… давай забудем, пожалуйста, – в ее глазах столько боли, а когда-то она смотрела на меня с надеждой.