На лоне природы

Мне нужно дальше углубиться в дебри.
* * *
Сегодняшний поход был намного легче, чем вчерашний. Во-первых, тропа шла вверх и вниз равномерно, а не только круто вверх. Во-вторых, мой рюкзак стал намного легче. Я оставил палатку.
После завтрака снял ее, свернул и спрятал среди камней на берегу озера. Я заберу ее на обратном пути.
Вероятно, будут грозы.
Кому какое дело? Мне легче будет передвигаться без палатки.
Сегодня я столкнулся с несколькими группами туристов. Всего человек двадцать. Все изменилось со вчерашнего дня. И эти перемены я не приветствовал. Проблема в том, что за моим озером сходилось довольно много троп.
Несмотря на то, что мне хотелось побыть одному, я вел себя дружелюбно. Я мило побеседовал почти со всеми. В основном об одном и том же. Как долго вы отсутствовали? Где вы провели прошлую ночь? Куда вы направляетесь и каким маршрутом? Если кто-то шел из того места, куда вы направлялись, вы хотели узнать, какая там тропа и где можно разбить лагерь. Я внимательно прислушивался к рассказам обо всех маршрутах, потому что хотел провести ночь без компании.
Вот еще одна из основных тем в разговорах. Никто не мог удержаться, чтобы не прокомментировать тот факт, что я был здесь один. Реакции были самые разные. Некоторые люди бросали на меня странные взгляды и вскоре спешили уйти. Другим было просто любопытно. Некоторые восхищались моей храбростью. Некоторые, казалось, завидовали - как будто они предпочли бы остаться здесь одни, а не торчать в компании надоедливых друзей или родственников. Но чаще всего я получал замечания вроде этого:
- Ты, должно быть, спятил. Что, если ты сломаешь ногу? Кто придет на помощь?
и,
- Ты идешь против первого правила выживания в дикой местности, парень.
и,
- Тебе лучше оставаться здоровым, вот и все, что я могу сказать.
Четверо парней из Калифорнийского университета в Беркли пригласили меня присоединиться к их группе. Я отказался. Процитировал высказывание Торо об одиночестве, которое, казалось, произвело впечатление на одного парня, но заставила двух других ухмыльнуться. Четвертый член их группы сказал следующее:
- Что за придурок.
Сегодня на моем пути встретилось немало женщин. Мне нравилось на них смотреть. Одни были полными, другие стройными. Некоторые из них были довольно симпатичными, в то время как другие выглядели обычными или еще хуже. Но я видел множество голых, загорелых ног, шорты с упругими ягодицами и животы парочки девушек, которые носили свои рубашки завязанными под грудью. Лучшее, что я видел за весь день, была блондинка в рубашке с бретельками. Лицо у нее было так себе, но ее рубашка была почти прозрачной, и под ней ничего не было.
Это был самый яркий момент дня.
Около полудня я подошел к прекрасному озеру. К сожалению, люди уже прибыли и поставили свои палатки. Поэтому я продолжал идти. Возле соседнего озера тоже была группа отдыхающих. Судя по карте, в радиусе пяти миль больше не было ни одного озера. Сегодня я ни за что не зайду так далеко. Но я продолжал идти, и все встало на свои места.
Тропу пересекал ручей. Через него был перекинут мостик в виде старого упавшего дерева. Вместо того, чтобы перейти ручей, я поднялся вверх по течению и нашел хорошее место для ночлега. Хорошее, уединенное место.
Тропа лежит далеко внизу, скрытая от глаз валунами и деревьями.
Меня немного беспокоит, что я сделал это – сделал крюк в сторону от тропы, чтобы найти уединенное место для ночевки. Это заставляет меня чувствовать себя скрытным, как будто я прячусь.
Я просто хочу, чтобы все остальные люди исчезли, чтобы горы целиком были моими.
Может это случится, если я пойду дальше. Еще глубже.
Проблема в том, что я взял еды только на десять дней, так что мне придется возвращаться после пятого. Что дает мне только два дня.
Прямо сейчас я не чувствую, что хочу вернуться так скоро.
Но это может измениться. Если здесь и дальше будет так же, как на Центральном вокзале, я буду рад уехать.
 
Здесь мое место, по крайней мере, личное. Это здорово. Первым делом я разделся и вошел в воду. Холодная вода в ручье причиняет боль. Я не могу долго этого выдержать. Но я нашел выбоину в скале. В ней была теплая вода, должно быть, после ливня. К счастью, она еще не совсем застоялась. Это было замечательно. Я пробыл в ней довольно долго. Вероятно, она была не такой уж свежей и чистой, поэтому, выйдя, я ополоснулся в холодной воде.
Теперь мне снова тепло. Я сижу на солнышке и пишу все это уже около часа. Наверное, сильно обгорел на солнце. А может, и нет. Может быть, уже слишком поздно для солнечных ожогов.
Лучше прекратить писать. Нужно кое-что сделать до наступления темноты.
 20 июня 
 
Вчера ранним вечером я приготовил ужин, затем потушил костер и сел у ручья, чтобы поесть. Были проблемы с комарами на закате, когда я чистил котелок и все остальное. Пришлось одеться и побрызгаться репеллентом. Когда поднялся ветер, комары исчезли.
Рано лег спать. Спал отлично. Должно быть, я и вправду очень устал, потому что даже не обратил внимание на твердый камень под спальным мешком с поролоновой подкладкой. Даже шум бегущей воды не беспокоил меня. Он тоже был громким. Судя по журчанию ручья, можно было подумать, что я расстелил свой спальный мешок посреди автострады.
Сегодня утром я проснулся с ужасным желанием поскорее уехать. Всего два дня, а потом мне нужно будет возвращаться. Я даже не развел костер и не выпил кофе, а просто собрал вещи и отправился в путь так быстро, как только мог.
Сейчас уже полдень. Наконец-то я остановился, чтобы отдохнуть, поесть и заняться дневником.
Очень хорошо провел время. А число незваных гостей со вчерашнего дня сократилось, слава Богу. Это очевидный прогресс.
* * *
Происходит что-то смешное. Хотя на самом деле это не так уж и смешно. Не знаю почему, но мне все больше и больше не хочется встречаться с другими людьми.
Сегодня утром, когда на тропе появились туристы, я почувствовал тревогу. Я поприветствовал их, улыбаясь, но не остановился поболтать. Моей главной заботой было уйти от них. Дело в том, что с этими людьми все было в порядке. Они казались вполне милыми и обычными.
Примерно через час после моего обеденного перерыва я услышал, что приближается еще больше людей. Они все еще были вне поля зрения за поворотом тропы, но я мог их слышать.
Поэтому я спрятался.
Я поспешил сойти с тропы, забрался на скалу и спрятался там.
В то время я говорил себе, что я просто предпочитаю свою собственную компанию. Это все равно, что отказаться от приглашения на вечеринку, потому что ты предпочитаешь сидеть дома и читать книгу.
Но пока я прятался там, скорчившись, мне стало страшно. Боялся, что незнакомцы, идущие по тропе, найдут меня. У меня пересохло во рту. Мое сердце бешено колотилось. Я весь дрожал. Это было просто нелепо. У них не было причин охотиться за мной. Если бы я не сбежал, мы бы встретились на тропе, улыбнулись друг другу и поболтали. Ничего страшного.
После того, как они прошли мимо моего укрытия, во мне произошла перемена. Казалось, что-то выросло из моего страха.
Волнение.
Они не видели меня, и понятия не имели, что я сидел на корточках всего в нескольких ярдах от них. Я был невидим.
Человек-невидимка.
Чувствуя прилив бодрости, я вернулся на тропу. Я довольно много смеялся. Чувствовал себя прямо-таки ликующим.
 
Все меняется, если ты невидим.
Позже в этот же день я услышал, что приближается еще одна группа людей. Я соскочил с тропы, вскарабкался по склону и спрятался среди камней. Как и в прошлый раз. Но несколько иначе. На этот раз я не просто прятался, пока незнакомцы не прошли мимо, я поднял голову и посмотрел на них сверху вниз.
Шпионил за ними.