Помолвлены понарошку (СИ)

Невинная игра, безобидное (вроде как) дурачество Бена вмиг стало чем-то сродни жонглированию факелами. Одно неосторожное движение — и гарантирован ожог. Одно неверное слово — и отношения станут еще страннее, чем после того треклятого утра, последовавшего за вечеринкой Форда.
— Мне не стоило, — выдавила почему-то осипшим голосом.
Сил слезть с мужчины не было. Тело будто окаменело, отказываясь помогать разрулить ситуацию. Однако и Бен не спешил что-либо предпринимать. Лишь изучал меня с нечитаемым выражением на лице.
Я решила, что лучше притвориться дурочкой и сделать вид, будто ничего не заметила. Безусловно, это «ничего» не заметить крайне сложно, но что поделать. В конце концов, тут просто сработала физиология. Глупо из-за нее снова поднимать канитель «В глаза смотреть не могу — буду прятаться по углам!». Домик маленький — тут особо не спрячешься.
Прокашлявшись, я натянула улыбку и, стараясь смеяться как можно естественнее, хлопнула ладошкой по поджарому торсу.
— Мне не стоило так на тебя кидаться, Бенджамин. Я совершенно забыла, что у нас был уговор.
Хмурый вид, сосредоточенный прищур, тяжелое дыхание — он тоже не знает, как бы выкрутиться из столь несуразного положения. Ничего, я накуролесила, я и верну все восвояси.
К слову о положении. Быстро, но осторожно, чтобы лишний раз не задеть кхм… мужское достоинство, я переместилась и оказалась по правую сторону от Бена. В целях придания незначительности смене позиций сделала вид, что тянулась к подушке. Подмяла ее под себя и поудобнее устроила голову.
Бен спешно сел, подтягивая ноги к корпусу и возлагая руки на колени — скрывая от меня оружие в полной боевой готовности.
— Во сне ведь я бегать не могла, — продолжила мысль я, уже увереннее изображая непринужденность. — Ты честно получил место на кровати. Зря взъелась на тебя после пробуждения.
— Ага, — как-то рассеянно кивнул Бен, мазнув по мне взглядом.
— Прости.
Еще один кивок и невидящий взгляд перед собой. Вина заскребла где-то в районе груди.
Бен же не дурак. Конечно, понял, то, что его подставило собственное тело, не осталось незамеченным. Он привык держать подколы надо мной под контролем, а тут взял и упустил поводья. Первый файл в папке «Бену неловко» официально создан, но руки так и чешутся его уничтожить.
Я поднялась, коснулась сильного плеча, сжала его пальцами, привлекая к себе внимание.
— Эй, Бен, выкинь из головы то, что только что произошло, — ободряюще улыбнулась другу. — Как видишь, подыгрывать тебе у меня не выходит и…
Я запнулась, стоило шоколадной брови скептически изогнуться. Нет, надо менять риторику, а то еще, чего доброго, скинет на меня вину.
— Давай впредь без вот этих штук а-ля «поглядим, как Лоис изображает помидор», окей? В любой момент сюда может зайти твой брат и…
— Так ты поэтому с меня спрыгнула? — отчего-то посветлел лицом Бен. — Я могу запереть дверь, если хочешь.
— Не смешно, Бенджамин, — выставила предупреждающий палец я, пока губы друга бессовестно тянулись к ушам.
— Малышка-стесняшка Лоис Лиз, — улюлюкал он, вновь обращаясь ко мне всем корпусом, сокращая расстояние между нами.
Оно и к лучшему — удобнее было вмазать ему подушкой.
Все же Бен невыносим! Я его, понимаешь ли, оправдываю, а он принимает это без должной благодарности и тут же начинает изводить меня новыми подколами.
— Зак на тебя плохо влияет, — констатировала я, еще раз прикладываясь к сотрясающимся от смеха широким плечам подушкой.
— Ты это постоянно говоришь, — вступил в бой мужчина. — Но с тобой каждый раз как первый.
Двусмысленность. Она стала неизменным спутником каждой последующей фразы Бена, после которой он отхватывал очередной удар пуховым снарядом. Минут через пятнадцать я уже и сама во всю хохотала, отмахиваясь от пыли, что поднялась в результате сражения.
Бен успел еще пару раз прижать меня то там, то тут — реально большая кровать. А чтобы выбраться из последнего захвата (уже на полу), мне пришлось применить шантаж.
Всем ведь известно, что с человеком, который имеет доступ к твоей еде, лучше не шутить? Когда я начала расписывать Бену картины с кусочками тыквы в его салате, изюмом в каждой его булочке и черным чаем в его соке, он сказал, что я садист и выпустил меня из клетки рук.
 
Полезно знать вкусовые предпочтения друга. Иногда их можно использовать против него.
— Лоис! — окликнул он, когда я уже покинула домик, спеша к Келли.
Бен стоял на пороге. Растрепанный и раскрасневшийся, но до невозможности довольный. Можно подумать, мы и правда занимались непотребствами, естественными для настоящих жениха и невесты.
— Да?
— Вечером повторим?
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍27
 
Мы с Келли, Евой и Роуз решили перенести шоппинг на понедельник, так как полдня и без того потратили на сон (в моем случае на пуховые войны), а ведь выходные было логичнее провести семьей. Большую часть уикенда мы находились на улице. Разговаривали, ели, играли в настольные игры и смотрели фильмы на проекторе, лежа под звездами.
Я единственная пила кофе на кинопоказах. Не люблю кофе. Да и на ночь, наверное, пить его не стоит. Однако без крепкого напитка я рисковала снова уснуть и на утро оказаться в кровати с Беном.
Он быстро позабыл об инциденте с неподобающей твердостью специфических частей тела и теперь периодически намекает, что после дивана у него болит спина. Нагло врет, разумеется. Диван-то раскладной и матрас на нем ортопедический.
А на кровати Бену со мной делать нечего. К тому же, в отличие от друга, я от того «внушительного и непоколебимого» еще не отошла: иногда ненароком натыкаюсь взглядом на его ширинку — и испытываю неуместную тяжесть внизу живота.
Все-таки годы воздержания дают о себе знать. Совсем одичала — уже о друге фантазирую!
Плюс, даже если Бен будет держать слово и просто лежать рядом, это к добру не приведет. Вдруг услышит, как я бормочу во сне? Не уверена, что делаю это, но, учитывая, какие сны с его непосредственным участием мне в последнее время снятся, перестраховка не помешает.
Сбежать от девчонок и вибратор купить, что ли?
— Давайте зайдем за канцелярией, — предложила Келли.
— Там и заночуем, — едва слышно буркнула я.
Мы уже три часа бродили по магазинам и меня это начало немного утомлять.
Я получила нагоняй от Келли за то, что не взяла солнцезащитный крем — она вычислила это по новым веснушкам, что обильно усыпали мои нос и щеки — пришлось раскошелиться на новый. Ева отыскала необходимые ей нитки. Она занимается вышивкой, каким-то чудом умудряясь не распространять свою неуклюжесть на это и не выкалывать себе глаза иглой. Мы так же нашли добротный отрезок льняной ткани персикового цвета, из которого я планировала сшить платье, и книгу по нумерологии для Роуз. Последнее немного пугало.
Миссис Бенкс уже предоставила нам с Беном общий и отдельный для каждого гороскопы. Подробное описание всего и вся заняло у нее пятнадцать — пятнадцать, Карл! [19] — страниц формата А4. Мне было страшно даже подумать, сколько новой информации она предоставит теперь, когда у нее появилась еще одна книга псевдоучений.
Что касается Келли, то она хотела выбрать себе новый комплект белья, но вместо этого отобрала у консультантки работу, подбирая одеяния для посетительниц. Развлекается ребенок, что тут скажешь? Совершенно не заботится о том, что из-за ее действий прогрессирует халатное отношение к работе.
 
За время, проведенное у Бенксов, мои уши успели отвыкнуть от шума города, а нос — от запаха бензина. Я напоминала кошку, которую кинули в воду, и хотела поскорее вернуться в наш с Беном домик.
Вероятно, сейчас мужчина сидит, уткнувшись в свой ноутбук, и как одержимый пишет код под классическую музыку. В такие моменты он редко замечает происходящее вокруг. Для него это своего рода транс. Я могла бы умоститься рядом, закинуть ноги на его бедра (он как обогреватель, а мои ступни вечно мерзнут, даже в жару) и подремать, расслабляясь под сонаты Бетховена.