Всё - за Викторию (СИ)

Кончики его губ чуть дернулись в улыбке, Адам медленно поглаживал своими длинными пальцами статуэтку.
Настроение у Виктории испортилось, и ей больше не хотелось его заигрываний.
— Но вы же не хотели говорить и даже заплатили Джулиане за молчание, — интерес все-таки вернулся. Виктория совершенно терялась в догадках, не зная, что и думать.
— Умоляю вас, — усмехнулся он. — Эта маленькая пиявка не ушла бы, не получив деньги. Зато теперь я смогу жить спокойно… целую неделю. Ей этого хватит.
— Я тоже хочу шляпку, — заявила Виктория. Может, он и ей денег даст, и она сможет уехать во Францию к тетке, не грабя его.
Адам засмеялся и поставил статуэтку на стол.
— Боюсь, у вас это не пройдет. Ну, выходите уже из угла, вам там не место, — мягко улыбнулся он.
— Мне не место так же в этом доме, — бросила Виктория и гордо удалилась из комнаты, стараясь выкинуть из головы шляпки, углы и несостоявшиеся поцелуи.
  
ГЛАВА 10 — О «заботе» Виктории
 
Весь день Виктория дулась на Адама, не желала с ним разговаривать и воротила от него свой маленький носик. Ни разу даже не взглянула на него за ужином, а попытки завести разговор игнорировала. Немного раздосадованный ее поведением, Адам ушел в свою комнату, решив пораньше лечь спать.
Каково же было его удивление, когда, услышав нерешительный стук в дверь и открыв ее, он обнаружил на пороге Викторию. Девушка стояла, скромно потупившись, являя собой образец кротости и смирения. Она подняла на Адама свои большие глаза и тихо молвила:
— Простите, что я посмела побеспокоить вас в столь поздний час, мистер Фокс.
— В любое время дня и ночи я к вашим услугам, мисс Виже, — заверил ее он, от неожиданности переходя на официальный тон.
Виктория заметно волновалась, и речь ее стала поспешной.
— Я не хочу, чтобы вы истолковали мой визит превратно…
— Никогда! Я помню о вашей святой непорочности, — не без иронии ответил ей Адам. Визит ее все же взволновал его, потому, прочистив горло, он уточнил: — Вы хотите сказать мне нечто важное?
— Я все время думаю о вашем ранении, и оно не дает мне покоя. О вас совсем некому позаботиться! Моррис… Где, кстати, он? — девушка неодобрительно поджала губы, говоря о моряке, и внимательным взглядом обвела комнату, ища того взглядом.
— Его нет, — пожал плечами Адам. — Да и что ему здесь делать ночью? Поверьте, к лучшему, что Морриса здесь нет.
Брови Виктории сошлись на переносице.
— Камердинера тоже нет, — скорее заключила, нежели спросила она. — Они хотя бы перевязали вас? Сомневаюсь!
— Джон перевязывал меня с утра.
— Всего один раз! Вы слишком добры к нему!
— Ох, Виктория, теперь я еще больше хочу, чтобы вы стали моей женой!
— А я хочу осмотреть вашу рану.
— Моя царапина не стоит вашего волнения, и она скоро заживет, — сказал Адам — и тут же пожалел о своих словах. Мысль о том, что Виктория окажется рядом с ним, будет касаться его своими нежными пальчиками, оказалась весьма заманчива. Поэтому он быстро добавил: — Впрочем, немного побаливает.
— Я так и знала, что вам необходима помощь!
Девушка решительно шагнула через порог и потребовала:
— Покажите руку.
Адам послушно расстегнул сорочку и оголил раненую руку. Пока он разоблачался, Виктория старательно смотрела в сторону; теперь она размотала старые бинты и стала придирчиво рассматривать рану, которая, по мнению Фокса, выглядела намного лучше; но гостья неожиданно подозрительно прищурилась и тревожно сказала:
— По-моему, она загноилась.
Адам тоже рассматривал рану и не видел в ней даже намека на гной.
— А, по-моему, нет.
— Вам просто не видно! — не сдавалась Виктория. — Но это ужасно — так запустить болезнь! Я сейчас же позову мадам Жози! Пусть она взглянет.
— Не стоит ее будить! — Адам попытался остановить девушку, но та решительно направилась к двери.
— Я видела, мадам с Джулианой играли в карты в Морской гостиной, так что я никого не разбужу, — заверила она его, выскальзывая из спальни.
— Виктория, постойте! Мне не нужна помощь! — попытался вернуть ее Фокс, но она, словно не слыша его, быстрым шагом удалилась по коридору.
 
***
Вскоре в спальню Фокса нагрянула целая рота обитательниц дома под предводительством Виктории. Девушка привела с собой Жозефину, Джулиану и любопытную Бетти, и все они жаждали оказать Адаму помощь. Не слушая его возражений, женщины обступили его, рассматривая рану. Они охали, вздыхали, ругали его, что он умолчал о столь страшном ранении.
— Здесь слишком темно, почему бы вам не прилечь, мистер Фокс? Тогда рану будет лучше видно, — подала идею Виктория, указывая на большой подсвечник с множеством горящих свечей, стоящий недалеко от кровати.
Женщины одобрительно встретили ее идею, и сопротивляющегося Адама чуть ли не силой уложили на кровать. В пылу боя он лишился сорочки, которую самым бесстыжим образом сорвала с него сестра. После чего три женщины продолжили осмотр раны, а Виктория тихонько покинула их круг и отступила в сторону.
— Что-то мне сделалось нехорошо от вида крови, я присяду, — сказала она, опускаясь на стул, на котором висел жюстокор Фокса. Тот самый жюстокор, который был на нем сегодня, и в карман которого Адам убрал ключ от ящика стола.
Убедившись в том, что Фокс слишком занят, отбиваясь от ее беспощадных помощниц, и не может ее видеть за пышными юбками дам, Виктория сунула руку в карман жюстокора. Сердце екнуло от счастья, — в руку буквально скользнул ключ, — и она очень надеялась, что это именно тот, что ей нужен.
Чтобы он не мешался в руке, она попыталась засунуть его в лиф платья, — другого места девушка придумать не смогла; ну, не глотать же его, — он был довольно большой. Но проклятый ключ не слишком-то хотел помещаться в лифе.
И в эту секунду Адам бесом выскочил из круга обступивших его галдящих наседок.
— Виктория! — вопль его был похож на рев дикого самца гориллы, коего Виктории как-то довелось лицезреть на ярмарке.
Сердце девушки екнуло от ужаса, — она поняла, что он видел ее преступление. Ключ же самым наглым образом проскользнул меж ее грудей куда-то вниз.
— Отойдите от меня! — рычал тем временем Фокс на трех женщин. — Подите прочь! Прочь!
Он был так разъярен, что никто не посмел ему перечить, и ошеломленные и разобиженные дамы направились к двери, — но, опережая всех, к спасительному выходу спешила Виктория.
— Нет, Виктория! Вы не уходите! — догнал ее голос Адама, но она не собиралась его слушаться. Впрочем, обладатель голоса очень быстро оказался рядом с ней и схватил за руку чуть выше локтя.
— Мистер Фокс, что вы себе позволяете? — возмущенно ахнула Жозефина.
— Мисс Виже должна закончить то, что начала, а вы идите, — приказал Адам.
— Но мы могли бы ей помочь! — вмешалась Джулиана, ошарашено глядя на взбешенного брата; нечасто ей приходилось видеть Адама в таком состоянии.
— Идите! И, если я узнаю, что кто-то из вас остался и подслушивал под дверью, — я запру вас втроем в одной комнате на неделю!
Угроза подействовала, и дамы покинули спальню, оставив перепуганную Викторию на растерзание разъяренному хозяину дома.
  
ГЛАВА 11 — О боевых действиях в спальне мистера Фокса
 
Фокс выпустил руку Виктории, как только стихли шаги дам в коридоре. Она тут же шарахнулась от него в сторону, но бежать было некуда.
Девушка почти теряла сознание от страха. И неизвестно, что ее больше пугало — гнев Фокса или его полуобнаженное тело. Вид его торса смущал и волновал в тоже время. Она никогда не видела обнаженного мужчину, и мысль, что она осталась с ним наедине в его же спальне, повергала ее в панику.
— Ах, Виктория, как я в вас ошибся! А ведь я только утром велел Моррису не ругаться в вашем присутствии, потому что вы приличная, воспитанная девица. И что же вы делаете? Пытаетесь меня обворовать! — на губах Фокса играла едкая усмешка. У девушки сложилось впечатление, что он даже рад своему открытию: разочарованным и расстроенным он не выглядел.