Начало Новой Мировой (СИ)

— А Серёга где? — спросил Дима, опустившись в бруствер.
— В окопе, в котором первый танк подбили.
— Можно попробовать до него, а потом к реке, под прикрытием. Ваня заодно поможет.
Трое санитаров появились одновременно с первыми попаданиями союзной артиллерии. Первым из пришедших заговорил мужчина в звании сержанта, в маске до половины лица и с повязкой Красного Креста на плече:
— Мои ребята готовы. Кто с нами?
— Я и этот чудик с автоматом. — отозвался Стас, кивнув на Диму. — Ещё прикроет «Утёс» и пулемёт чуть впереди. Нас двоих хватит?
— Вполне. — кивнул санитар. — Нас ещё снайпер прикроет. Когда выдвигаемся?
Все снова пригнулись от короткого свиста и последовавшего за ним взрыва чуть позади. Снаряды вражеской артиллерии сыпались не реже, чем союзной. Не заставили себя ждать и крики тех, кто не вовремя покинул укрытия.
— Лучше сейчас. — отозвался Стас и подтащил к себе Диму, взяв за плечо. — Беги к Ване и Серёге, договорись, чтобы прикрыли. Потом жди нас у танкового.
— Понял.
Пригнувшись подобно Стасу ранее, рванул в сторону крупнокалиберного пулемёта нового друга. Двенадцатимиллиметровое орудие, несмотря на обстрел и отсутствие защиты от осколков, продолжало плеваться по врагу короткими очередями зажигательных боеприпасов. Когда Дима наконец добрался до края бруствера, на несколько секунд замер. Возникло мимолётное облегчение: Ваня был на своём месте и занимался привычным делом. Очередной взрыв протрезвил солдата и он, после короткой перебежки, через несколько секунд оказался у пулемётной точки.
— Ты чего по позиции носишься? — спросил Ваня, не отрываясь от прицела.
— Нужно будет… — у самого уха гремит очередь пулемёта, от которой Дима прикрывает ухо и ждёт, когда она закончится. — Нужно будет нас прикрыть. К вертолёту ведём санитаров.
— Устроим! — воскликнул Ваня, помогая помощнику заряжать новую ленту. — Только осторожнее будьте, под наши пули не киньтесь!
Следующий короткий рывок состоялся после пары неприцельных очередей в сторону пришельцев, которых будто не становилось меньше. До окопа, ранее занятого танком, добрался довольно быстро. От неожиданного взрыва позади и пары пуль в землю у самых ног Дима упал, будто на подбитых ногах, однако быстро опомнился и заполз в укрытие очередной группы солдат.
— Ты ещё что тут забыл!? — возмутился чей-то голос перед Димой.
После пропажи отсюда повреждённого танка позицию первоначально отдали небольшому отделению, которое состояло из пулемётчика, пары стрелков, гранатомётчика с РПГ-7 и огнемётчиков. От последних здесь прибавились ящики с незнакомыми продолговатыми трубами. С началом боёв выносить раненных с окопов поблизости стало трудно из-за концентрации огня на санитарах. Этому способствовало как расстояние, так и рельеф: полностью открытый для стрельбы с противоположной стороны. Поэтому свободная часть траншеи наполнилась раненными, а среди обитателей появился санитарный инструктор. Он-то и окликнул нежданного гостя. Отвлекаться на него Дима не стал и сразу направился к противоположному краю, где продолжал растрачивать боезапас старый советский пулемёт.
— Серёга! — на подходе к краю бросил Дима и тут же опустился за насыпь, загнанный очередью в свою сторону.
— Ты-то что тут забыл!? — поинтересовался пулемётчик, узнавший друга.
— Мы сейчас санитаров поведём к вертушке. Нужно будет твоё прикрытие.
— Сделаю. — кивнул Сергей и выпустил ещё пару очередей.
После пары попыток поддержать перестрелку и смены магазина Дима глянул за спину. Как раз к ним спустились долгожданные санитары и Стас. Выбираться вперёд они не спешили, ожидая напарника.
— Всё, Серёга! — воскликнул Дима и хлопнул того по плечу. — Мы пошли!
— Давай, удачи!
Их окоп и выступ реки, который здесь был ближе, чем на остальных участках, разделяли тридцать метров усыпанного снегом пустого пространства. Скрыться здесь было негде и ближайшим укрытием окажется берег речки, образующий низину с обледеневшим водоёмом.
— Все готовы? — спросил Стас, когда к их группе присоединился Дима.
 
Услышав от всех утвердительный ответ, он высунулся из окопа слегка сильнее и скомандовал, указывая на нужный участок берега:
— Тогда по очереди выползаем отсюда и ползком к тому берегу! Ни в коем случае не останавливаемся, друг за другом не движемся!
— Я первый! — неожиданно для самого себя бросил Дима и принялся выползать.
Он даже не успел сообразить, как оказался посреди открытого со всех сторон поля. Передумывать было поздно: вместо страха им двигала мысль, что пилоты в вертолёте ещё могут быть живы, что им обязательно нужно рискнуть, чтобы их спасти! А чтобы рисковать было проще, нужен был пример, которым Дима и решил стать. Над головой продолжали свистеть пули, чьи отправители находились с обеих сторон. Вместе с осознанием полного отсутствия укрытий это отлично подгоняло участников группы.
В себя Дима пришёл только лёжа на берегу реки. Вместе с ясным сознанием вернулось и дыхание, ставшее прерывистым и частым, будто последний вдох он сделал в танковой траншее. Сердце продолжало колотиться с бешеной частотой, от чего солдата бросало в жар.
Дожидаться остальных не стал. Как только дыхание более-менее успокоилось, продолжил ползти вдоль берега в сторону упавшего вертолёта. По песку он старался не двигаться: боялся подставиться; в центр реки тоже старался не лезть: лёд только-только покрыл реку, а провалиться в воду и стать ещё одной обузой для напарников не хотелось, да и переохлаждение на пользу не пойдёт. Старался двигаться на маленьком удалении от берега.
Вскоре из-за изгиба берега показалась сбитая машина. Нос был погружён в воду, кабина едва погружалась в воду, остальное было выше и то и дело ловило пули с обоих сторон. Лопасти уже не двигались. Одна из, на первый взгляд, узких пластин, поднимавшая в воздух многотонную машину, красовалась огрызком и отсутствием почти половины полотна. Двигаться к вертолёту было страшно: и без того тонкий лёд мог сильно ослабнуть от упавшей машины, да и она упала не особо близко к берегу. Из-за этого Дима двигался с большей осторожностью, подзабыв про скорость.
Ускориться решил, когда в корпус, чуть ниже основания несущего винта, врезался неизвестный снаряд, слабо взорвавшийся при попадании. Тут же место основание винта, часть обшивки с вражеской стороны и верхнюю часть купола охватило пламя. Казалось, что горел сам материал, или на нём прочно закрепили тонкий слой сверхгорючего материала.
Пока Дима приближался к намеченной цели, дверца в верхней части купола открылась и из неё показался мужчина в комбинезоне ВКС и шлеме. Плечо пробито пулей, на шлеме красовался след от рикошета, а стекло с противоположной стороны было покрыто сплошной сетью от попаданий, виднелось и одно отверстие. Раненный сначала намеревался вылезти, однако передумал, взглянув, что тогда ему придётся спускаться прямиком в воду. Когда Дима добрался, осторожно поднялся и помог пилоту выбраться. Оказавшись в безопасности, слегка оттянул раненного от машины и оглянулся: остальные уже подходили.
— Второй жив? — спросил у пилота солдат, пытаясь найти у того аптечку.
— Не з-з-знаю… — с запозданием выдал спасённый и скривился от боли. — Голова рас-скалывается…
— Ничего, медики уже идут.
Санитары не заставили себя долго ждать и уже меньше, чем через минуту, санинструктор вместе с подчинёнными руководил спасением жизни пилота. Дима успел лишь боковым зрением заметить, как молодой санитар пытался остановить кровотечение.
— Уже достал… — заметил Стас, когда подполз к Диме.
— Второй остался.
Уже вдвоём вернулись к сбитой машине. Предстояла вторая часть: вытащить пилота, который, судя по всему, без сознания. Первым добрался и дёрнул за ручку с наружной части кабины Стас. Следом приблизился Дима, тут же потянулся к телу пилота. Тот никак не отреагировал на открытие двери и чужие прикосновения, свободно поддаваясь усилиям спасателей. Подхватив под руки, Дима вытащил тело и уложил на лёд. Казалось, что этого они спасти не смогли. Сорвал перчатку, приложил руку к артерии на шее. Сквозь окутавший руку холод почувствовал, как под пальцами слабо пульсирует тёплая кожа пилота.