Сказка старого эльфийского замка (СИ)
Повзрослев, Кай стал понимать отцовский замысел и обиды на него не таил. Да тот и не был жесток, просто знал реалии взрослой жизни лучше и готовил детей к ней. А для Наследника он призвал во дворец нескольких сыновей из знатных родов, пытаясь приучить того к общению со сверстниками и занять его время. Да, это могло сработать, но в первые годы ватага шумных детей, не понимающих болезненной тоски юного принца, его самого раздражала. И мальчик еще тогда научился любить редкие минуты уединения, и тогда же возник его интерес к книгам, которые одновременно и отвлекали от мыслей об уехавшей сестре, но и не донимали навязчивой активностью его вновь приобретенной свиты.
Книги открывали новый мир, который еще предстояло ему узнать, они рассказывали мальчику о далеких странах, о таинственных историях, которые может и случались когда-то, а может и нет. Ребенок был еще мал и часто не отличал подлинных событий, описанных в тех книгах, от вымышленных. Так что в голове его царил полный сумбур, который в тоже время требовал все новых и новых впечатлений.
Книг к себе в покои принц порой натаскивал много, заставляя и Тая, уже тогда бывшего при нем, и тех же мальчишек, что составляли его свиту, не по разу бегать в библиотеку и обратно. Потом, конечно, большая часть книг возвращалась опять в хранилище, не удовлетворив или своей занудностью, или полной непонятностью, его интерес. К тому же, быстро разнюхав об этом пристрастии Наследника, книги ему стали дарить и придворные. Понятно, что для того, чтоб заполучить расположение не столько самого еще очень маленького мальчика, сколько короля. Эти книги, конечно, проверяли маги на предмет какого-то волшебного воздействия, но отец против таких подарков, в общем-то, не возражал.
В результате, к концу второго года такой жизни — переменной тоски, сбегания от ровесников и неуемной тяги к книжным историям, все уж давно привыкли, что в комнатах Наследника полный завал по части всяких толстых фолиантов. Так что откуда появилась та именно книга, из-за которой все последующее и случилось, и когда она вообще объявилась в покоях мальчика, сказать уже никто не смог. Даже он сам.
Но то, что случилось — то случилось. Однажды она попала в руки принца, и оторваться от нее он уже не смог. Через месяц он был уже занят только ею одной. Там хватало захватывающих и таинственных историй, чтоб удовлетворить своим содержанием возросший интерес мальчика. А временами ему даже казалась, что там появляются и новые, ранее нечитанные, страницы. Но главное, все содержащиеся в этой книге невероятные истории имели отношение к королевскому дворцу. Да, именно к тому, что стоял в Золотом Эльмере и считался центром королевства.
В общем-то, всем было прекрасно известно, что когда Викториан II перенес сюда, в Королевские Холмы, с побережья Заревого моря столицу, то центром ее стал эльфийский замок. Но, чего никто из простых людей, похоже, даже не знал, что та небольшая крепость когда-то служила жилищем Первым королям темных. Это было во времена такие древние, что и сами эльфы возможно уже не помнили об этом.
И так же никто не знал, откуда у этих возвышенностей появилось название Королевские Холмы. Считалось, что из-за того, что маленький замок, впоследствии разросшийся в огромный дворец, со времен Большой Битвы использовался королями Эльмера, как охотничий. Но все оказалось намного проще, правда, дальше во времени, просто это пристанище древних темных называлось Кэйллисрэкс. Что в приблизительном переводе с староэльфийского звучало, как холм короля.
И вот, этот фолиант, настолько толстенный, что и через месяц чтения мальчик был неуверен, что не прочел все собранные в него истории, и рассказывал о тех временах. А настолько древних книг не было даже в королевской библиотеке. И Кай, будучи достаточно умным ребенком, прекрасно понимал, что если откроется, что это за книга, у него ее заберут. Ну, и понятно, что запрут под замок в какой-нибудь зачарованный ларь для лучшей сохранности. Так что, не будь дураком, мальчик ее стал припрятывать, прикрывая завалом из других книг. И если будет в очередной раз такое желание у отца придти и поинтересоваться, что сын его сейчас читает, то смело можно будет ему предъявить всем известные фолианты.
А эту книгу, когда Кай понял ее ценность, он предпочитал читать в одиночестве. И вот однажды, когда он выпроводил всех, а сам забрался с ногами в кресло и раскрыл заветные страницы, они открыли для него не просто старую историю о жизни Двора темных, но и сообщили, что самым любознательным можно даже посмотреть на все это — как бы открыть окно в те драконьи времена.
И вот скажите на милость, какой мальчик, восьми зим от роду, откажется от такого предложения?
С того вечера начались приготовления маленького принца к тайному делу.
Во-первых, он вычислил по другим книгам, какая из башен современного замка является нужным ему древним донжоном. Ведь, как известно, что каждая крепость всегда с него и начинается. Впрочем, все оказалось вполне ожидаемо — самой мощной и неприспособленной для удобной жизни в ней, и оказалась та башня, что когда-то была эльфийским донжоном.
Во-вторых, он заучил рисунок, многократно повторив его на бумаге, который был призван открыть то «окно» в жизнь Первых темных. Правда, тут он немного посомневался, потому, как рисунок уж больно напоминал те, к которым обращались иногда и человеческие маги. Он видел такое не раз. Но, как говорилось уже, ребенок был умненьким, а потому, не зная принципов действия ни эльфийской, ни человеческой магии, логическое объяснение он и этому нашел. Всего-то и надо было вспомнить, что люди, одаренные магией, появились всего три тысячи зим назад, а вот эльфы владеют ею с Изначальных времен. Потому и нет ничего удивительного, что они пользуются иногда и их знаниями.
В-третьих, что было у маленького принца по плану, это вычисление положения луны. В книги подобный момент особо оговаривался — типа даже малый свет ее не даст прорваться пространству и времени.
Ну, а в-четвертых, мальчику следовало изучить расположение охраны на всем его предполагаемом пути до древнего донжона. И раздобыть черный плащ, которого понятно в гардеробе знатного ребенка не было, чтоб незамеченным проскользнуть мимо солдат.
Было еще и пятое, что делать с Тигром, который и слышит, и видит, и самое главное — чует больше, чем все стоящие возле покоев принца охранники вместе взятые? Но, как не странно, именно это он быстро решил. У них с Кайриной была старая нянюшка, которая теперь, когда возле него были воспитатели мужчины, уже перебралась туда, где с почетом доживали свой век самые достойные слуги. Но и сам мальчик, и Кайя по приезду, имели привычку старую женщину иногда навещать. Так что никто не удивился, когда принц пожелал вечером потрапезничать с няней, и отправился к ней. А то, что пропала склянка с сонными каплями, так это женщина была уже стара, потому никто, даже сама она, не придали этой пропаже хоть какого-то значения. Мало ли где выронила или оставила? Да у того же аптекаря оплатила три, а взяла всего два!
И вот, самый важный день в жизни Кая настал. Знал бы он насколько важным и поворотным станет этот день в его судьбе… э-эх, сколько не горевал по этому поводу мальчик… а потом и мужчина, но изменить этого было уже нельзя!
Был первый месяц лета, так что большой проблемы с одеждой не случилось, и ребенок, сам надев штаны и рубаху — самые темные, что нашел у себя, накинул припрятанный до случая плащ и выдвинулся к башне. Да, плащ он стащил у одного из солдат в казарме, что, конечно, недостойный поступок… но он же собирался его вернуть после дела! Так что, не мучаясь раскаянием по этому поводу, он тихо двинулся по ночному затемненному дворцу. Да, нужно сказать, что и о беззвучном передвижении он подумал, найдя самолично в шкафу те мягкие меховые тапочки, что одевали на него зимой.
Он шмыгал по коридорам и галереям маленькой мышкой, точно зная, как перемещаются стражи, таился от них в наполненных густой тенью углах, а когда те проходили, двигался дальше. Когда вышел на улицу, то вот там стало посложнее, поскольку хоть дворцовые помещения и освещались немного, но и создаваемых теней от такого освещения было предостаточно. А нужная ему башня стояла сама по себе, возвышаясь на прилегающей к ней площадке, как перст один, указывающий в небо, и силуэт Кая, даже при отсутствии лунного света, мог быть заметен на серых плитах двора. Пришлось забирать вправо, чтоб подобраться к ней из парка, что темной стеной стоял на небольшом отдалении за ней.