220 вольт (СИ)
В спорт я не очень, поэтому схватил следующую попавшуюся под руки. Пионерская правда от 18 мая. Свежак! Сразу же мне сообщили, что через три дня начнутся экзамены и пожелали успехов. Замечательно, но я свои экзамены уже сдал «на отлично». Пробежав глазами по всяким пожеланиям, я вцепился в «клуб юных мастеров». Вертолетик и торпеда, которую обозвали «плавающей моделью». Я пролистал подшивку назад. Максимум, что требовалось из инструментов для поделок – это нож. Плохо. Но внезапно следующий номер газеты сообщил мне, что 7 мая – день радио. Попов, какой он хороший и прочее. Ну и рядом пара в меру пафосных заметок про то, как школьники что-то там собрали в честь чего-то. Радио! Почему я его не слышал? Ведь черные тарелки репродукторов висят по углам комнат и палат. Решив выяснить этот вопрос у Михаила попозже, я продолжил судорожное глотание газетчины.
«Радянський спорт». Великий Сталiн – перший кандидат народу. Справа Ленiна – непереможна! Сморгнул, но украинская мова никуда не исчезла. Откуда тут эта газета? Пожав плечами, я отнес подшивку на ее изначально место.
Следующая стопка привлекла мое внимание заголовком «Закон о Государственном бюджете Союза Советских Социалистических Республик на 1951 год». Чуть ниже ярко-красная ручка с пером прикалывала языки каких-то сизых личностей. Я потащил подшивку на себя. Крокодил! Нифига себе, мой любимый сатиристический журнал до перестройки уже существует. Изредка подхахатывая, я с большим интересом листал подшивку. После первой дозы пафоса это реально было клево. Хоть иногда обилие картинок и создавало впечатление, что кто-то наверху просто чуть переиначил идею американских комиксов.
Вскоре я удовлетворенно откинулся на спинку стула и огляделся. Первый голод я уже утолил, но даже за пределы первого стеллажа не ушел. А их только в этом ряду штук двадцать! Я счастливо вздохнул и улыбнулся.
– Вячеслав Владимирович – услышал я голос библиотекарши – я вижу вы прервались. Извините, что сообщаю пренеприятные известия, но мне пора закрывать библиотеку.
Что? Как? Я же только начал…
– Видя ваше воодушевление, я не решилась вас прерывать – продолжила Любовь Борисовна – но уже девять часов пополудни и мне пора.
Залившись краской стыда, я вскочил. Девять часов вечера и она ни словом! Начал было извиняться, но она прервала меня царственным взмахом руки.
– Не надо извиняться. Вы изрядно порадовали меня своей страстью к книжному слову. Настолько, что я взяла на себя смелость оформить на вас читательскую карточку. Так что приходите сюда в урочные часы, буду рада.
– А можно мне с собой что-нибудь почитать взять? – просто так отрываться от обретенного источника было очень мучительно.
– Конечно. – она с улыбкой протянула мне какой-то томик – вот, сегодня пришло. Очень популярная среди сестер и врачей серия.
Я с некоторым скептицизмом протянул руку. Наверное про какие-нибудь новомодные методы лечения. Взвесив на руке книгу, я повернул ее обложной к себе и отыскал заголовок на фоне всяких завитушек и кренделей. Библиотека научной фантастики и приключений.
Все, что я смог, так это прижать том к груди и пробормотать «спасибо». Начавшийся удачно день завершался совершенно чудесно.
Глава 8
Есть реакция или нет? Я внимательно смотрел на остатки электролита, размазанного по корпусу термометра. Большую часть я соскреб ножом раньше, но вот остатки во всяких щелях мне не поддались. Фиг его знает, какие батарейки были вставлены раньше, поэтому одну половину корпуса я посыпал чуть подмоченной содой, а на другую капал уксусом. Я даже не поленился, сходил к Вилеору в его мастерскую и сделал из какой-то доски два этаких деревянных шила, которыми и пытался выцарапать остатки электролита.
Соду и уксус я раздобыл в самом правильном для этого месте – прямо в пищеблоке. Серафимовна очень удивилась месту починки медицинского прибора, но выдала требуемое. Более того, посмотрев, как я мучаюсь с деревянными палочками, она принесла откуда-то этакую чуть увеличенную в размерах зубную щетку, только вместо щетины была проволока. С ней дело пошло чуть веселее. Я капал, тер и придирчиво рассматривал результат своих действий.
В общем, я так и не понял, какие изначально были батарейки, потому что в процессе подбора реагентов и смены инструментов все очистилось как-то само до приемлемого состояния. Ничего, судя по размеру ящика с батарейками, подобных дивайсов тут много, значит скоро все придут за заменой и тогда все везде станет одинаковым. Тщательно промыв все водой, я отнес термометр к себе в каморку и оставил на столе сушиться.
Что следующим? Покрутил в голове идею про бесперебойную работу светильника, но потом решил отложить ее в сторону: катастрофически не хватало материалов. Фиг с ними, с реле, у меня даже обычных выключателей не было. Значит, пора заняться проводкой. Вернее, попробовать сменить витое старье на современный кабель. Кстати, а где кабель?
– Миш, а где кабель – парой минут позже я повторил свой вопрос – ну ты вроде отправлял машину за ним на склад.
– Должны были привести, а что, нет? – озаботился наш завхоз.
– Ну наверное куда-нибудь да привезли – согласился я – но у меня его нет.
– Пошли, посмотрим вместе…
Вообще-то я ожидал, что пойдем ко мне и будем совместно обозревать мой ничуть не изменившийся склад. Однако Михаил повел меня совершенно другим маршрутом. На вопрос «а куда мы идем?» я получил совершенно ожидаемый ответ «на склад». Нет, вообще-то логично, что в больнице есть больше одного склада, но можно было-бы и прояснить…
Вскоре перед моим взором открылся склад. Ну как склад… Склад-помойка. Судя по всему, сюда сваливали все, что уже было не нужно, но вполне могло еще пригодиться. Ну примерно как любой из нас решал, что на дачу отвезти. Кому-нибудь и когда-нибудь. Матово блестели шариками покрытые пылью спинки кроватей. Поставленные друг на друга остовы кушеток предстали передо мной этакой сюрреалисти́ческой трубой. Груда потрохов каких-то приборов или механизмов – из-за толстого слоя пыли уже не понять изначального назначения. Дальше в темноте вырастали совсем уже странные конструкции… Надо будет сюда наведаться уже вдумчиво, с фонариком и инструментами – наверняка тут есть что скрутить для моих целей.
– Вот твой кабель – Михаил указал на три бухты. Посреди пыльного вертепа их черные, тускло отблескивающие кольца смотрелись просто фантастически.
Я попробовал приподнять одну бухту, из самого тонкого кабеля. Нормально так, килограмм 50, может чуть больше.
– Тачка есть? А то я как такое к себе упру?
– А зачем? – удивился Михаил – приходи, да отрезай себе сколько надо.
– А-а-а… – начал было я и заткнулся. Это не то время, когда народ тырил кабеля и обжигал их для последующей сдачи в металлолом. Да и тут много другого, более интересного потенциальным пионерам.
– Ладно, тогда я сейчас отрежу кусочек и потренируюсь на нашей спальне – согласился я – а то что это за сапожник без сапог…
Немного поспорив про необходимую длину кабеля, мы отрезали необходимый кусок. Быстренько смотав, я перекинул кабель через голову на плечо, став похожим на солдата со скаткой. В принципе, так можно было и всю бухту разом перенести, вполне подъемно должно быть.
«Итак, вот кабель. Вот проводка, которую надо поменять. Как?» – примерно так думал я, сидя и разглядывая наш закуток. Почему-то мне в голову лезли одни кабель-каналы или штробление стен с последующей шпаклевкой, что явно было не по времени. Не завезли сюда еще «леграндов» и прочих «иеков». Должен быть какой-то простой вариант… Так я сидел и тупил, пока не наступило время обеда. Решив, что дополнительный впрыск питательных веществ мне поможет, сходил на обед. Пока шел назад, понял, что нет, не помогает. А значит, как завещал великий Ленин, надо сменить область деятельности.
Батарейки в высохшие крепления термометра встали как родные. Соединив вместе обе половины и пока не закручивая скрепляющие болты, я перевернул корпус. Щелкнул выключателем и заметил, как стрелка отклонилась чуть вправо. Ага, кажется работает. Взял кончик щупа в руки и стал наблюдать, как стрелка поползла дальше. Точно работает, сейчас узнаю, какая у меня температура…