Бабочка со сломанными крыльями (СИ)

— Ну если ты так хочешь, то пошли за продуктами, — улыбается Игорь.
В супермаркете я набираю все, из чего можно приготовить духовую свинину с картошкой и маринадом. Подумываю сделать чесночный соус, поворачиваюсь, чтобы посмотреть, где застрял Игорь, и вижу, как он рассматривает мягкого плюшевого медвежонка. Приближаюсь к нему.
— Мягкая игрушка? Серьезно?
Надеюсь, что он не решил попытаться очаровать меня.
— У меня есть сын. В России. Знаешь, я впервые задумался — каково быть отцом.
Глаза широко раскрываются. Вот это новости. Не подумала бы, что у такого мужчины может быть ребенок. Хотя, это вполне логично, когда парень без разбора макает свою кисточку во все доступные баночки с гуашью.
— Ты с ним не общаешься? — не знаю, зачем пытаюсь лезть в его душу.
— Нет. Моя первая любовь решила, что сыну лучше не знать о таком отце, как я… Нашла богатенького мужика, а когда тот окочурился, объявила, что у меня есть ребенок. Да даже не у меня. Она сказала, что это ребенок моего брата, чтобы пригрести себе еще одного спонсора… А брату удалось доказать, что пацан не его, а мой.
— У-у-у… Как все сложно. Вы с братом что — одних девиц кхм…?
— Все сложно, ты права. Сложнее, чем хотелось бы, но в любом случае, спасибо, что выслушала. Я ни с кем не говорил об этом раньше.
— Значит, я стану твоими свободными ушами в этот вечер. Откровенность за откровенность. Ты рассказываешь свою историю, я свою.
Я думаю несколько секунд о том, правильно ли это — становиться близкими друзьями и делиться друг с другом самым сокровенным, но Игорь соглашается, поэтому отмазаться уже не получится.
  
Глава 7. Сломать человека просто…
 
Пока Эля трудится около плиты, точно пчелка Майя, я извожусь от ароматов, доносящихся с ее стороны. Давно не ел домашнюю еду, уж тем более не втягивал ароматы, источаемые ей в процессе готовки. Слюни постоянно скапливаются во рту.
Пару раз ловлю себя на мысли, что надо бы наплевать на ее старания и рвануть в клуб. В идеале подцепить девчонку, похожую на нее, и зажать в кабинке туалета. Сюда притащить девушку, мне совесть не позволит. Но я больше не хочу случайных связей. Хочу, чтобы с одной, чтобы надолго. Еще одна хорошая для меня новость — мысли о Ксюше даже не посещают голову. Я впервые отдыхаю и не испытываю желания открыть ее страничку в социальной сети.
Стараясь отвлечься от мыслей о еде, увлекаюсь дизайном нового платья, и когда Эля плюхается на диван рядом со мной, показываю ей набросок новой работы. Идея не нова. Я использовал модель популярного женского платья из 70-х, сделав его чуть легче, будто воздух.
— Оно шикарное. Не думала, что это может быть интересно — создавать модели одежды. Откуда ты берешь идеи для их создания? — спрашивает Эля.
Как-то странно. Ксюша даже не интересовалась, чем я занимаюсь. Вспоминаю, что она пыталась предъявить, будто бы я не знаю, какой кофе она любит пить, но если уж быть до конца откровенным, она сама не знала, чем я живу и дышу. Вытряхиваю из головы мысли о ней, словно ненужный мусор, и возвращаюсь к разговору с Элей.
— Не знаю… Они просто рождаются в голове. Я увидел тебя, вдохновился и создал эту модель.
Я действительно не знаю, как это происходит. Просто вижу модель и стараюсь как можно скорее зарисовать ее, пока образ не пропал из головы или не стал слишком громоздким.
— Значит, я тебя вдохновила? — спрашивает Эля. Мне на секунду кажется, что она удивлена и смущена одновременно, но все это развевается, как дым на ветру, когда она смотрит на меня и произносит: — Тогда будешь платить мне процент с продаж платья, и я готова вдохновлять еще.
Я ухмыляюсь, не в силах сдерживать в себе эмоции. Она невероятная. И я не понимаю, как она смогла остаться такой после заточения в борделе Аллигатора. Я видел девушек, которые работают там — пустой взгляд, отсутствие желания жить дальше, необходимость получить новую дозу наркотика. Я не смог выбрать себе ни одну, когда мой «товарищ» решил угостить меня своим лучшим «товаром». Внутри вдруг становится мерзко. Честно говоря, раньше я думал, что девушки там живут и работают по доброй воле, а сейчас хочу разнести его чертов бордель. Но связываться с Аллигатором опасно. Потому я до сих пор не выбил из него всю сумму займа, что предоставил два года назад.
 
— Чем ты занималась у Аллигатора? — вопрос слетает с губ раньше, чем я успеваю понять, что эта тема может быть неприятна Эле. Хотя, она сама собиралась поговорить по душам, поэтому я просто начал первым задавать вопросы.
— Встречала гостей.
Вижу, как дрожат ее руки. Она начинает теребить пальцы. Волнуется. Воспоминания причиняют боль.
— Если хочешь, можешь не говорить, — пожимаю плечами.
— Я обещала тебе откровенный разговор, — отвечает Эля, и я понимаю, что мы оба изголодались по родственной душе. Нам обоим нужно выговориться. — Только сначала я вытащу свинину из духовки, а ты нальешь нам вино. Я люблю белое сладкое.
А я люблю красное, но впервые решаю согласиться с женщиной, поэтому подхожу к бару и наливаю два бокала белого вина, которое держал так, на всякий случай.
Эля раскладывает еду по тарелкам, и скоро мы оказываемся за столом, сидящие друг напротив друга. Уголки губ пытается задеть улыбка. Забавно, что я до сих пор нахожусь в одном доме с девушкой, которую еще не трахнул. Даже с Ксюшей у нас сначала был секс и только потом короткие разговоры.
— Мы с Лёней, моим женихом, — Эля вздыхает, — теперь уже бывшим, приехали сюда на две недели в отпуск. Я знала и раньше, что он зависимый азартный игрок, но никогда не думала, что он сможет играть на меня.
Эля только начала свой рассказ, а я уже хочу свернуть шею ее Лёне. Если бы узнал, где этот придурок сейчас, точно хорошенько отмутузил бы его.
— О том, что он проиграл меня, узнала, только когда ребята Аллигатора вломились в номер. Я ничего не успела сделать. Лёня отдал им все мои документы, а меня связали и притащили в бордель. Там Аллигатор во всех подробностях расписал, что будет с моим женихом, если я откажусь остаться. Он грозил порубить Лёню на кусочки. Сказал, что если соглашусь отработать две недели, то он отпустит нас обоих. Я подписала какую-то бумагу, а потом поняла, что ничего не прочитала. Отпускать меня Аллигатор и не собирался. Он твердил о том, что нашел жемчужину, которая принесет ему немалый доход. В мои обязанности входила встреча гостей. Нужно было очаровать, возбудить и исчезнуть. Не найдя меня, мужчина выбирал другую девушку и платил Аллигатору немаленькие деньги. Я пыталась сбежать… Но ничего не вышло. Без документов я бы все равно ничего не смогла сделать. В борделе у меня была крыша над головой, еда, чистая одежда. Знала, что мама сходит с ума, но ничего не могла поделать. Выкрасть документы не получалось. Когда узнала, что Аллигатор хочет изнасиловать меня и продать какому-то клиенту, испугалась. В ту ночь он пришел ко мне в комнату и начал приставать. Я ударила по голове чем-то и сбежала. Вырубила охранников шокером, который вытащила из кармана Аллигатора. Без документов он все равно бы нашел меня рано или поздно. Потому я хотела покончить с жизнью.
Чувствую, как злость кипит в венах. Мне хочется поубивать их нахрен. И Аллигатора, и всех, кто ходит в его притон, и недоделанного женишка Эли. Теперь я понимаю, что надо поторопиться с оформлением документов, чтобы она вернулась домой и дала родителям знать, что жива.
Хотя... можно пойти обходным путем. Более легким. Я могу просто забрать ее документы у Аллигатора, отдав тому все его долговые расписки.
 
— Теперь твоя очередь! — Эля берет бутылку с вином и наливает себе еще.
Я смотрю на еду, от которой божественно пахнет, но не могу притронуться, потому что кусок в горло не полезет после истории, из-за которой хочется взять Элю под свое крыло и защищать, чтобы больше ничего не приключилось с ней.
— Хочешь позвонить родителям? — предлагаю, кивая в сторону телефона.