Его желание (СИ)
— Ну, нам достался исключительный вариант. Он, и правда, удалился от дел и на днях укатил в свой милый домик на берегу Эгейского моря, нянчит внучку и что-то там еще делает, что делают все уважающие себя юристы на пенсии.
— То есть, вот так просто взял и свалил?! — офигеваю я. — А предложить кого-то на замену? Да и вообще, почему ты мне раньше не сказал? Я бы не ездила отдыхать, а сразу бы вышла и, может, успела бы еще пообщаться с Алексеем Михайловичем…
— Не возмущайся так активно, Ксения, — обрывает отец мой недовольный монолог. — Это уже ничего не изменит. Просто прими как должное: твой отец — банкрот. Если можешь помочь, я буду только рад, если нет — не обижусь, но… — Он спотыкается на полуслове, прикрывает глаза и проводит по лицу ладонью, словно пытаясь стереть все следы усталости и проявляющегося раздражения.
— Но… — Пауза затянулась, и хоть я и предполагаю, что скрывается за этим «но», все же желаю услышать это от него.
— Ты же понимаешь, что даже без скромной юридической поддержки я один с банкротством не справлюсь. Денег на счетах практически нет, нанять я никого не могу, да и…
— Я поняла, пап, — киваю. — Я, конечно же, останусь с тобой и сделаю все, что в моих силах. А что за дела у тебя со «СтройИндастрис»? — решаю все-таки узнать.
— Они хотели выкупить бизнес по привлекательной для себя цене, я не согласился. — Папа пожимает плечами и продолжает: — Хотя сейчас понимаю, что это было бы идеальным решением, но, увы, час назад они отклонили свое предложение.
Теряюсь в догадках: что это? Очередной ход в его хитроумной игре или Глеб, и правда, решил оставить фирму отца в покое?
Голова идёт кругом от новостей и лихих поворотов судьбы. Сегодня я уже точно не способна что-либо решать, поэтому забираю папку со стола, прощаюсь с отцом, уточнив время его возвращения домой, и покидаю душный кабинет.
Шопинг, пусть даже продуктовый, — неплохой релакс после насыщенного неприятными событиями дня. Мы закидываем в корзину все, что указано в мамином списке, а затем отправляемся в кондитерский отдел. Домой приезжаем уставшие, но с чувством выполненного долга, и затаскиваем в дом объемные пакеты.
Сытный ужин, долгожданный десерт, быстрые приготовления ко сну, и, уложив под бочок уставшего за день малыша, моментально проваливаюсь с ним в объятия благодатного Морфея. А утром, позавтракав, собираюсь на работу, словно боец на важный бой.
Три дня пролетают в авральной агонии моих попыток найти более или менее безболезненный выход из сложившейся ситуации, а на четвертый все же решаюсь воспользоваться помощью «друга». Хотя бывшего декана факультета, который я окончила меньше месяца назад, другом в полном смысле этого слова назвать нельзя, но все-таки стоит рискнуть и воспользоваться его предложением: «Звоните, Ксения Андреевна, если вдруг я чем-то могу вам помочь».
Тогда я лишь скромно улыбнулась, забирая настойчиво протянутую мне визитку. Поблагодарила и мысленно отметила, что такой звонок вряд ли когда-нибудь случится.
Сейчас же чуть дрожащими пальцами достаю матовый прямоугольник с лаконичной информацией, беру со стола свой новый телефон и, пока не иссякла решимость, набираю номер.
— Слушаю вас. — Его ответ на миг сбивает меня с толку.
— Добрый день, Даниил Давидович, — приветливую его на одном дыхании. — Это Ксения Бекетова, ваша бывшая студентка. Мы могли бы с вами встретиться?
В динамике всего на несколько секунд повисает тишина, и я, прикусив нижнюю губу, шлю на свою голову красноречивые эпитеты насчёт своей наивной уверенности.
— Ксе-е-е-ения! — Интонации в мужском голосе сменяются довольно приветливыми и вполне четко дают мне понять, что меня узнали, более того — безумно рады слышать. — Да, конечно. Сегодня в семнадцать тридцать вас устроит?
Охотно соглашаюсь с предложенным временем, активно кивая, словно собеседник на том конце телефонной связи может видеть мои телесные манипуляции.
— Хорошо, тогда жду вас в «Парнасе», — спешно уточняет он место нашего делового рандеву и прерывает диалог, ссылаясь на параллельный звонок.
«В «Парнасе»», — медленно проговаривает мой ошалевший мозг, а затем быстро прокручивает все картинки и посты из соцсетей, где мелькало это пафосное заведение гастрономической направленности.
Глава 13
*Глеб*
Медленно потягиваю из пузатого бокала уже порядком нагревшийся от моей ладони виски. Кубики льда в нем давно растаяли, разбавив градус статусного напитка как минимум вполовину. Обжигающе терпкий вкус утратил вверенную ему задачу — растекаться по венам дурманящей настойкой, стирать все мысли в уставшем мозгу и дарить покой.
Отставляю в сторону стеклянную тару и, откинувшись на спинку кожаного кресла, окидываю равнодушным взглядом веселящуюся толпу.
— Может, ты уже обратишь внимание вон на ту милашку. — Стас толкает меня в плечо и с мордой наглого кота, налакавшегося валерьянки, кивает в сторону барной стойки. — Я бы и сам, но она с тебя глаз не сводит, — подкалывает он, опрокидывая в себя очередной шот текилы.
Нехотя оборачиваюсь и смеряю жаждущую моего внимания особу оценивающим взглядом. Милая мордашка, пухлые губки, наигранно невинный взгляд голубых глаз. Светлые локоны, собранные в высокий «хвост», который мне тут же захотелось распустить, чтобы затем намотать на кулак. Ладная фигурка в удобном коротком платье. Длинные стройные ножки будут шикарно смотреться оплетающими мой торс, пока я буду…
— Вот теперь я узнаю своего друга! — восклицает Стас. — Давай, вали, — подталкивает он меня, хватая за руку проходящую мимо официантку.
Милашка за барной стойкой, заметив обращенное на нее внимание, салютует мне своим бокалом с каким-то чисто женским разноцветным коктейлем. Киваю ей в ответ, роняю руки на подлокотники и, резко отодвинув кресло, встаю из-за стола. Ленивой походкой пересекаю разделяющее нас расстояние и без лишних сантиментов просто шепчу ей на ухо то, что она хочет услышать.
В омутах голубых глаз лишь секундное замешательство с невинной фразой: «Я не такая». Хищная улыбка скользит по моим губам, и я, опираясь ладонями на барную стойку, нависаю над девушкой. Она почти впечатывается в мой торс, цепляясь длинными пальчиками с острыми ярко-алыми ноготками за ткань белой футболки, плотно обтягивающей кубики пресса.
— Пойдем, — тихо выдыхаю приглашение в ее приоткрытый рот.
Пристально слежу за тем, как плывет ее взгляд, а затем невесомо касаюсь губами ее пухлых губок. Многозначительный стон согласия служит спусковым механизмом, и, не задерживаясь более, перехватываю ее руку и, сдернув с высокого барного стула, веду за собой.
Ночной клуб знаком мне, как отчий дом: ведь я в нем постоянный клиент с привилегиями. Но тащить случайную знакомую в номер нет ни желания, ни терпения. Ближайший полутемный закоулок отлично укрывает нас от посторонних глаз.
Останавливаюсь, милашка врезается в меня, не успев сбавить скорость своего передвижения на непомерно высоких шпильках. Резкий рывок — и я впечатываю её спиной в шершавую стену, скольжу руками по волнующим изгибам, задирая и без того короткую юбку ее соблазнительного платья почти до талии. Кусочек кружевного белья сдвигаю в сторону, уверенно прохожусь пальцами по припухшим и уже пышущих влажным жаром складочкам. С какой-то лицемерной надменностью наблюдаю за ней. За тем, как в полумраке клубного коридора блестят от похоти ее глаза. Как учащается ее дыхание. Как она выгибается мне навстречу, стонет и цепляется за мою кисть, которая сдавливает ее шею, удерживая извивающееся тело. Возбуждение горячей волной прокатывается по позвоночнику, желание темной пеленой застилает глаза, и тупая ноющая боль в паху лишь сильнее дразнит демонов в душе.
Еще один рывок — и милашка стоит ко мне спиной. Оттопыренная попка так и просит приласкать ее жгучим шлепком. Не отказываю ей и себе в этом удовольствии и, намотав длинные светлые волосы на кулак, с оттяжкой прикладываюсь ладонью к округлой ягодице.