ХВ Дело № 3 (СИ)

Дальше «Махаон» сообщал, что части башни будут прибывать на станцию Кандалакша по железной дороге, после чего их перебросят в лагерь экспедиции по воздуху. Это должно занять около двух недель, и за это время Барченко со своими подопечными должен найти место для установки башни — оказывается, её ещё и ставить нужно не где попало, а в строго выверенных местах.
Ладно, это всё детали. Те самые, технические, от которых Яков Саулович впадал в сонное оцепенение и старался поскорее перескочить на другую тему. Вот, к примеру, интереснейший нюанс: по мнению «Махаона», Барченко только делает вид для Бокия, что продолжает заниматься его «мертвяками», а на самом деле затеял свою игру. Но проникнуть в его замыслы агенту пока не удалось. Лучше всего было бы, делает вывод «Махаон», прямо там, на месте организовать похищение одного из доверенных сотрудников Барченко, спецкурсанта по фамилии Карась. Доставить его в Москву и уж тут хорошенько допросить, вытрясти все подробности. Сделать это совсем несложно — сотрудники экспедиции часто прогуливаются по окрестностям лагеря, и исчезновение семнадцатилетнего парня легко спишут на несчастный случай — например, утонул или стал добычей медведей или волков, которых в тех краях хватает. Осуществить «изъятие» и транспортировку Карася могут члены опергруппы. Они на месте, в десятке километров от лагеря экспедиции, ждут в надёжном убежище, когда «Махаону» понадобится их помощь.
Агранов закрыл папку и в задумчивости потёр переносицу. Пожалуй, в предложении агента есть смысл. Если этого Карася удастся разговорить, можно будет понять, наконец, что именно затеял Барченко — и сделать соответствующие выводы.
— Майна! — уоррент-офицер махнул рукой, подавая сигнал матросу у лебёдки. 
Заурчал электромотор, стрела кран-балки повернулась. Подвешенный под ней гидроплан поплыл вниз, пока не коснулся днищем воды. Матрос с ожидавшей шлюпки ловко вскарабкался на верхнюю плоскость и стал там возиться, отцепляя грузовые тали. Кроули наблюдал за ним — без особого, впрочем, интереса.
— Так мы полетим прямо отсюда?
«Пегасус» уже третий день отстаивался в глубине норвежского Варангер-фьорда[1]. Кроули и Джоунс перебрались на него после рандеву с «Каледоном», состоявшемся три дня назад на рейде Киркенеса, и с тех пор гидроавианосец так и торчал на траверзе Гандвика, раз за разом отрабатывая сборку, спуск и приём гидропланов. Крейсер же занял позицию милях в десяти к Осту — стерёг вход в залив.
— Можно было бы и отсюда. — ответил Джоунс. — Но тогда придётся прокладывать извилистый маршрут, в обход населённых пунктов. Их тут, конечно, очень мало, но всё же есть — а мы ведь не хотим, чтобы какой-нибудь охотник или оленевод заметил самолёты с опознавательными знаками RAF на плоскостях?
Кроули пожал плечами, но не ответил — не хватало ещё забивать себе голову какими-то там оленеводами! Джоунс улыбнулся самыми уголками губ.
— К тому же, норвежцы будут не в восторге, если английские гидропланы, взлетев в их территориальных водах, нарушат границы Советов. Вообще-то, их можно понять: соседи, приходится считаться, тем более, что русские постоянно создают проблемы их рыбакам. Так что придётся сделать изрядный крюк — обойти Мурманск морем и выпустить самолёты примерно здесь…
Кроули наклонился к карте, засунутой под целлулоид планшета.
— Это место примерно на полпути между Мурманском и проливом, соединяющим Баренцево море с Белым? 
— Горло, Алистер. Или «гирло» — так его называют русские. Гирло Белого моря.
— Постараюсь запомнить. — недовольно буркнул Кроули. — Так я прав?
— Совершенно правы, Алистер. Вижу, вы наконец-то научились читать карты.
Оккультист скривился — похвала в устах собеседника прозвучала с плохо скрываемым покровительственным оттенком. Но как быть, если в этих морских картах сам чёрт ногу сломит? То ли дело яркие и понятные любому дилетанту схемы из туристических буклетов фирмы «Кук и сыновья», которыми ему только и доводилось пользоваться до сих пор…
 
— Так вот, нам нужен мыс Чёрный. — продолжал Джоунс. — Здесь имеется подходящий залив, на русских картах он отмечен, как «Восточный Накуевский». Место удобное — мыс отгораживает залив от северо-восточных ветров, которые в мае дуют довольно регулярно. К тому же в заливе не бывает высокой волны, а значит, гидропланы можно поднимать почти при любой погоде. 
— На берегах залива никто не живёт? — осведомился Кроули. Действительно, на карте не было никаких значков, которые можно было бы принять за поселение или, тем более, город.
— На самом мысу, кажется, есть метеостанция. На ней постоянно дежурит человек десять — передают ежедневные сводки погоды. 
Оккультист нахмурился.
— И вы не опасаетесь, что они сообщат… пограничникам, к примеру? Вы же сами говорили — не нужно, чтобы нас заметили!
— Нисколько не опасаюсь. Телефонной связи там нет и не будет ещё лет сто; что же до рации — то радиоустановка «Каледона» достаточно мощная и при необходимости забьёт эфир помехами. А хоть бы и сообщили — чем нам-то это может грозить? Вы же сами видели в Киркенесе пограничное русское корыто — а это, заметьте, самый крупный из их сторожевиков. Один залп главного калибра — и русские отправятся кормить рыб!
— Но, Джоунс, это же международный инцидент!
Новая усмешка — на этот раз презрительная.
— Где, в этой забытой Богом дыре? Не смешите меня, Алистер! Прежде, чем русские что-то узнают, пройдёт не одна неделя. 
— Но они пошлют протест, ноту — или, как это называется?..
— Форин Офис ответит, что Англия не имеет к инциденту никакого отношения. Свидетелей, как вы понимаете, не останется — командир крейсера об этом позаботится. Да кто вообще будет слушать русских?
— Но Лига Наций…
— Они в ней не состоят.
— Хорошо, не будем об этом. — Кроули повернулся к леерам спиной и поднял повыше воротник пальто. — Как вы представляете себе наши дальнейшие действия? Ну, когда мы доберёмся, наконец, до этого озера?
— Это уже вопрос к вам, Алистер. Кто у нас руководитель экспедиции?
Оккультист скривился, словно от зубной боли.
— Эти ваши шуточки Джоунс, … сколько можно?
— Я серьёзен, словно приговорённый к петле. — в глазах моряка, опровергая это утверждение, плясали лукавые чёртики. — Всё, что касается научной, так сказать, части нашего предприятия, целиком на вас. Моё дело организация и обеспечение безопасности…
-…и постановка задачи, не так ли? 
— Кто платит, тот и заказывает музыку, как говорят наши заклятые друзья американцы. — ответил Джоунс. — Они, конечно, в массе своей неотёсанные болваны, но иногда умеют сказать удивительно точно. Но это не наш с вами случай — цели экспедиции оговорены заранее, осталось лишь определить методы, которыми мы их достигнем. А это, как я уже имел случай отметить, целиком ваша забота.
— И вы не будете вмешиваться в мои распоряжения?
— Я же не хочу пустить псу под хвост усилия последних нескольких месяцев и кучу денег, которое Адмиралтейство с кровью оторвало от своего бюджета на эту затею. Так что, можете быть спокойны, слова поперёк не скажу. Если, конечно, вы не затеете что-нибудь, выходящее за рамки… хм… нашей компетенции.
— Например? — Кроули сощурился. Джоунс посмотрел на него с интересом.
— Ну, скажем, если вы распорядитесь отловить пару дюжин тамошних аборигенов — они, кстати, называют себя «саамы», — чтобы превратить их в зомби по методу несчастного герра Либенфельса — не могу обещать вам своего содействия.
— А что, если мне всё же понадобится… — Кроули на секунду замялся.— Что, если мне будет нужен человеческий материал? Древние ритуалы нередко требуют человеческих жертв. Вот, к примеру, ацтеки…
— Прошу вас, без подробностей. — поморщился Джоунс. — Мне, знаете ли, пришлось провести некоторое время в Сингапуре, и я немало наслушался там о кровавых обычаях островитян-малайцев.
— Тогда тем более, должны понимать, что может возникнуть необходимость…