Гнездо (СИ)
Первой к выходу из комнаты направилась Раавал, за ней Вольск, а роль замыкающей процессию вновь взяла на себя Тарасвати.
- Здесь что-то хранили? - вслух спросил техноархеолог, когда дверная плита закрылась за спиной жрицы.
- Мы в легендарном месте, - подтвердила его догадку пифийка. - Здесь тысячи веков назад сохраняли знаменитый Жезл Силы, который на Земле называли Камнем Богини Бау.
- И где же он теперь?
- Неизвестно.
- Но вы говорите, что он когда-то гостил на Земле. Ящеры подарили Камень землянам?
- Его украли.
- Из этого Храма? - удивился Вольск. - Мне трудно представить более надёжный сейф.
- Подробности мне неизвестны. Знаю только, что хранители знаний Ґормы считают похитителями первых гуманоидов - орионитов. Происхождение этого жезла окутано тайной. Некоторые предполагают, что миллионы лет назад он принадлежал тому бессмертному существу, который воевал со всей Вселенной и которого земные легенды называют Люцифером.
- Тогда этот Камень опасный… - предположил Вольск.
- Алекс, у меня будет к тебе просьба, - вдруг сказала Тарасвати.
- Всегда к вашим услугам, Преподобная.
- Я бы хотела, чтобы именно ты доложил Зорану обо всём, что произошло в комнате безопасного общения.
- Почему не вы?
- Во-первых, после того как Зорану стало известно о Кишу, он перестал относиться ко мне с прежним доверием. Во-вторых, все же вы с Зораном принадлежите к одному народу, и вам легче будет найти между собой общий язык…
- Что вы имеете в виду? - удивился Вольск.
- Я говорю о том, что и командор, и ты - потомки славян. Ведь все жители периферии, кроме клонов, ведут своё происхождение от народов древней Земли. Например, моими далекими предками были бенгальцы и тамилы, предками Мулан - еврокитайцы, а предками баронессы Вэй - марсианские потомки англосаксов. Следы этнического происхождения ещё сохраняются в некоторых именах, внешности, образе мышления. Понятно, что на периферии уже несколько веков происходит интенсивное расовое и этническое смешение, первичные генетические источники уже почти забылись. Однако мы, на Пифии, считаем, что людям общего этнического происхождения и в наше время легче найти общий язык… Кроме того, есть ещё третья причина, почему я обратилась именно к тебе.
- Какая?
- Насколько мне известно, у Зорана созрело определенное предложение. Думаю, что он предложит тебе кое-что сразу после нашего возвращения на линкор. Доверие командора к тебе возросло. Советую тебе не пренебречь им.
19
Ставка Чрезвычайного министра по вопросам безопасности
южнее цирка Мефистофель, Аврелия (6КА81: 4),
звёздная система Мийтры (HD168443).
9-10 юна 417 года Эры Восстановления.
Прошла неделя с того дня, когда первая установленная на враждебных существ ловушка уничтожила тридцать тысяч ксеноморфов. Вторая и третья, построенные четыре дня назад, смогли ликвидировать едва по десять тысяч. В четвёртую забежало уже меньше тысячи. В основном в ловушки теперь попадали примитивные подземные диплоподы - ларвы и кивсяки. Умные и лучше организованые Адельмы быстро научились избегать излучателей. Теперь они наступали не сплошной массой, а группами из нескольких сотен особей. Уничтожение таких групп неизбежно вело к распылению сил. Теперь дискоиды вылетали на охоту парами, страхуя друг друга от шаровых молний, дальнобойность и высотность которых постоянно росли.
Поступали сообщения о Адельмах, способных управлять плазмоидами на расстояниях до пятисот метров. Ксеноморфы научились устраивать хитрые засады в зарослях и болотах. Даже чувствительны ГРЛ-сенсоры иногда не успевали предупредить пилотов о живых плазменных катапультах, что таились в топях, грязевых озёрах и подземных норах. Два десятка дискоидов были сбиты, сотни получили повреждения, и количество боеспособных машин уменьшилось до критического уровня. Наспех отремонтированные «летающие тарелки» работали круглосуточно, ускоренно расходуя ресурс двигателей и тензогенных муфт [69]. Единственным достижением Охранных сил за эту неделю было значительное замедление наступления чужих существ на густо заселённую прибрежную зону Аврелии. Однако и там ситуация оставляла желать лучшего. Отряды ополченцев в городах Обитаемого пояса выявляли всё новые и новые гнёзда полипод и арахнид. Прорывы теперь случались и на технических этажах небоскрёбов, и в имениях, расположенных на тщательно стерилизованных и окультуренных островах Южного океана. Перечень безопасных территорий сокращался чуть ли не ежедневно. Всё больше обожженных, искалеченных и отравленных колонистов попадало в больницы и военные госпиталя. Закрытые развлекательные центры и школы срочно переоборудовали на медицинские кампусы.
Между тем император прислал на помощь колонии одну из эскадр Третьего флота [70]. В её составе на Аврелию прибыла десантная бригада, оснащенная тяжёлой техникой. Над северными равнинами теперь проносились суборбитальные штурмовики и ревущие «небесные танки» - огромные конвертопланы, вооруженные дальнобойными плазменными катапультами и реактивными системами залпового огня. Одним ударом это оружие сметало всё живое на сотнях гектаров аврелианскои равнины, но из цирка Мефистофель на выжженные равнины снова и снова выплёскивались многотысячные потоки ксеноморфов. Они упорно шли и шли на юг, минуя ловушки и степные пожары, топча обугленные гекатомбы своих сородичей, словно натравленные полной ненависти к людям неизвестной волей.
Маккослиб вернулся в жилой модуль после очередного совещания с имперскими адмиралами и командирами десантников. Лансу пришлось объяснять офицерам Третьего флота особенности ведения боевых действий на планете с трансформируемой экосистемой, где поселилось два миллиарда человек. Он выступил категорически против новых ядерных бомбардировок горных гнездилищ. В конце концов сошлись на решении провести серию пробных обстрелов аномальной зоны. Для этого должны задействовать лучевые батареи межзвёздных крейсеров и фрегатов. Мощность выстрелов договорились ограничить четырьмя тераджоулями на выходе луча. Аналитическим группам дали задание за ночь определить первоочередные цели и вычислить оптимальную интенсивность первой серии ударов.
Перед лучевой атакой Ланс решил хорошо выспаться. Уже четвертые сутки он спал урывками. Да ещё и Наварин взял себе за правило проводить долгие ночные TVC-совещания, в ходе которых районные координаторы Охранных сил озвучивали одинаковые рапорты и просьбы о предоставлении им резервов, ресурсов и эвакуаторов. Поток рапортов и просьб разнообразили дискуссии аналитиков и научных работников. Одно только сообщение о том, что Адельмы научились «сливать» в один свои смертоносные плазмоиды - и таким образом увеличивать силу и дальность поражения - привело к многочасовым разговорам и консультациям по спецканалам TVC, к которым неизменно подсоединяли персональный терминал Маккослиба. И он должен был слушать споры физиков-плазмологов, в которых почти ничего не понимал.
На эту ночь офисные оракулы совещаний не предсказывали. Даже наоборот. В эту ночь лорд Наварин вылетел в своё загородное поместье, прихватив с собой комфлота-три и стайку красивых секретарш. Как объяснили Лансу знающие люди, это гарантировало его подчинённым покой до обеда следующего дня. После того, как руководитель патронажной службы премьера подтвердил отсутствие не только шефа, но и его офисного «гарема», Маккослиб приказал своему адъютанту ни при каких обстоятельствах не соединять спецтерминал с его личным коммуникатором, снял защитный комбинезон, вынул из носа дыхательные фильтры и прилег на гидроматрац, расстеленный на полу штабного модуля. Через минуту генерал-полковник уже спал.
Пробуждение исполняющего обязанности Чрезвычайного министра оказалось крайне неприятным. Ланс проснулся от внезапной удушья и звука взрыва. Ему показалось, что на него упал потолок. В ушах звенело от резкого перепада давления. Он почувствовал, что его схватили под мышки и куда-то тянут. Всего за несколько секунд он понял, что пребывает в руках собственных охранников, которые выносят его из горящего модуля. Он не произвольно схватил ртом воздух, вдохнув облако невыносимо удушающего дыма. Ланс закашлял, как никогда в жизни. Казалось, спазмы вот-вот разорвут ему бронхи.