Доспех духа. Том 5 (СИ)

Остаток вечера я провёл в маленькой каморке Константина, посвятив время тренировке. Утром же, проснувшись пораньше, воспользовался советом ректора и немного попрактиковал новую технику сжигания внутренней силы. Она была неимоверно сложной в освоении. Не знаю, почему Геннадий Сергеевич думает, что это просто. Я за пару часов едва смог настроиться на нужную волну, когда в комнату постучали. Спешно натянув штаны, поспешил открыть дверь. На пороге стояла знакомая по поезду девушка, широко распахнувшая глаза и даже открывшая рот, увидев меня с голым торсом. За её спиной пряталась Великая княгиня Мария Ивановна, смутившись не меньше. Насчёт неё я могу понять, княгине всего тринадцать, а вот смущение первой вызывало некую нервозность.
— Что случилось? — спросил я, помахав рукой, чтобы привлечь внимание девушки.
— Простите, — опомнилась та, отводя взгляд в сторону и краснея. Я даже взгляд опустил, проверил, что штаны на месте и я не схожу с ума, с утра пораньше.
— Подождите минут пять, я оденусь, — проворчал я.
— Мы подождём, — виновато улыбнулась Мария.
Уложился я в десять минут, дважды проверив, что ничего не забыл. Снял с зарядки рацию, пристегнул к поясу пейджер. Не люблю торопиться, особенно утром, а то обязательно что-то забуду. Пока я собирался девушки ждали меня в соседнем коридоре у окна, о чём-то разговаривая.
— Доброе утро, — поздоровался я, подходя к ним. — Чем обязан такому раннему визиту?
— Доброе утро, — ответила молодая фрейлина, пытаясь мило улыбнуться. Надеюсь, я правильно причислил её к свите Императрицы.
— Мы не представлены, — подсказал я.
— Дарья, — быстро сказала она. — Васильевна.
Великая княгиня тихонько захихикала.
— Её Величество приглашает Вас на утренний чай, — быстро сказала Даша.
— Меня? — я удивлённо уставился на девушек.
— Всё так, — закивала Мария. Мне показалось, что она хотела сказать простое: «Ага», но в последний момент опомнилась.
— Хорошо, — немного неуверенно согласился я, подумав почему-то про Николая. Может он хотел утром со мной поговорить?
Мария обрадовалась, подтолкнула подругу в спину, чтобы та показывала дорогу, а сама пошла рядом со мной.
— Мама утром гадала и ей карты нехорошие выпали, — тихо сказала Мария, чтобы Дарья не услышала.
— Это плохо, — отозвался я.
— А потом появился маг и она сразу о Вас подумала.
— Кто появился? — не понял я.
— Маг. Карта такая, Вы не знаете? Это хорошая карта, только понять её очень сложно…
— Я, наверное, выгляжу очень глупо, потому что ничего не понимаю.
— Гадальные карты Таро, — терпеливо пояснила княгиня. — Карта Мага — это первый из старших арканов.
— И что он значит?
— Так просто сказать нельзя, нужно смотреть его положение в раскладе, сочетание с другими картами, предпосылки и связи. Вы верите в гадание?
— Я верю в то, что можно доказать экспериментальным путём. Кто-то из моих родных говорил, что гадание — это генератор совпадений и попытка впихнуть желаемое в действительное. Как-то так.
— Мама говорит, что настоящее и будущее — это мозаика витражного стекла. А каждая карта в раскладе делает кусочек мозаики прозрачным и можно посмотреть сквозь рисунок.
Я промолчал, решив не говорить, что думаю по поводу всего этого. Тем более мы уже дошли до той лестницы, где вчера буянил князь Разумовский. Дальше Дарья не пошла, коротко поклонившись и убежала в левый коридор, откуда вчера выглядывали возмущённые фрейлины. Мы же с княгиней прошли немного дальше в большую комнату, очень похожую на просторную гостиную. Кто-то додумался отгородить высокими ширмами два угловых окна, установив там круглый чайный столик, мягкий диван и пару кресел. Получился удобный закуток, где можно посидеть в тишине, посмотреть в окно и подумать. Прислугу в комнате я не заметил, зато из-за ширмы вышла Великая княгиня Елизавета Ивановна. Пышное платье, почти такое же, как и у младшей сестры, волосы собраны в витиеватую причёску.
— Доброе утро, — я поклонился на японский манер и только потом подумал, что это может быть не к месту.
 
— Доброе утро, — ответила княгиня, пряча улыбку. — Мы Вас ждали. Проходите, чай уже подали и он очень вкусный.
За ширмой послышался звон фарфоровых чашек. В одном из кресел сидела супруга покойного императора и спокойно разливала чай, поставив в центр стола небольшую вазочку с мягким печеньем. Снова последовало пожелание доброго утра, приглашение к столу. Я ещё в институте, почти год назад читал об императорской семье. Супруга императора при рождении получила имя Ирэна и была она второй дочерью Великого князья Генриха, младшего брата Кайзера. Но по старой традиции, переехав в Россию и став супругой Ивана Николаевича, получила имя Елена Алексеевна. Если поднимать родственные связи, то выходило, что она была Ивану троюродной тёткой по немецкой линии.
— До сих пор не было случая познакомиться, — сказала Елена Алексеевна. — Но мы много слышали о самом молодом мастере. Сначала от Ивана, теперь от Николая. Оба восхищались Вашим талантом.
— Лестно это слышать. Спасибо, — я кивнул, когда старшая княгиня поставила передо мной чашку с чаем.
— Вас принимал Император Цао и, я знаю, он остался доволен этой встречей и тем впечатлением, что Вы произвели на него. А с Императором Японии встречались?
— Не довелось. Когда я покидал Японию, то ещё не был самым молодым мастером, поэтому и внимания к себе не привлекал. А теперь он настойчиво зовёт в гости. Уже дважды приглашал. Нет, я не поеду, страшно очень.
Императрице на вид было лет сорок пять, лицо овальное, приятная внешность, располагающая. Единственный недостаток, если его можно так назвать — это строгий взгляд. С уверенностью можно сказать, что её отец был немцем, это проскальзывало в чертах лица и форме носа. И старшая дочь на неё очень похожа, в том числе цветом глаз.
Мы минут пятнадцать пили чай, разговаривая о моём путешествии на Тибет. Я кое-где приукрашивал события и княгини слушали едва ли не затаив дыхание. Когда упомянул о том, как живут монахи и мастера в кельях, на их лицах появилось недоумение. Подобный аскетизм они не понимали.
— А что Вы думаете о гадании на картах? — спросила Елена Алексеевна, когда её старшая дочь собрала чашки со стола и отнесла на другой стол в гостиной.
— Сложно верить в предсказание будущего, — осторожно сказал я. — Вроде бы никто ещё не подтвердил, что подобное возможно. За исключением туманных стихов, которые можно толковать как угодно, подгоняя под любое событие.
— Почему только будущее? — она посмотрела слегка удивлённым взглядом. — Карты могут многое сказать о человеке, о том, что произошло и том, что происходит сейчас. Не возражаете?
Супруга императора продемонстрировала колоду карт в ладонь размером.
— Конечно же нет, — быстро сказал я.
Елена Алексеевна накрыла стол плотной тканью, разгладила складки. Затем протянула руку с колодой ко мне.
— Положите ладонь на карты, — попросила она. — Ничего не чувствуете?
— Нет, — я свёл брови к переносице, затем приподнял их, отрицательно покачал головой. Я только сейчас вспомнил Лилию Карловну, супругу Петра Сергеевича. Она тоже увлекалась гаданием на картах таро. Я ей даже подарок сделал соответствующий.
Елена Алексеевна кивнула, перетасовала карты и начала выкладывать их на стол. Судя по взглядам княгинь, процесс гадания им очень нравился. Они с интересом и любопытством следили за мамой. Я же обратил внимание на то, что нас никто не беспокоил. Ни разу в комнату не заглянули фрейлины, не проверили, как дела у Императрицы, не спросили, нужно ли ей что-нибудь.
 
— Если разложить карты два раза подряд, результат ведь будет разный, — нарушил я молчание. — Какому из них верить?
— Верный будет лишь один, — сказала Елена Алексеевна. — Второй, третий и так далее, призваны лишь обмануть и ввести в заблуждение.
Я неуютно заёрзал на стуле. Не люблю я весь этот оккультизм.
— Помню, один из африканских шаманов вуду проклял всю нашу команду, — вставил я. Не люблю затянувшееся молчание. — Плясал от радости и кричал, что мы все умрём…