Доспех духа. Том 5 (СИ)
Из соседнего ящика стола на свет появилась небольшая чёрная коробочка с креплением на поясной ремень.
— Это устройство экстренного оповещения. Проще говоря — пейджер. Когда наследник окажется в опасности, устройство подаст сигнал. Почти сразу на экран выведется строка, где будет сказано, где последний раз видели или где сейчас находится наследник.
— Понятно, — я взял прибор, посмотрел на необычный экран в виде полоски сантиметров пять. Закрепил на ремень и взял пропуск. — Ух ты! Когда успели?
На пропуске были моё имя и фотография. Причём фото в костюме с галстуком.
— Второй этаж почти полностью закрыт для посторонних, — сказал Алексей Павлович. — Без приглашения и пропусков туда посторонние не заходят. Хорошо, если ты не будешь бродить по коридорам, но если заблудишься, то спроси у охраны или дворцовых служащих, где находишься и как оттуда выйти. В комнате Константина есть планировка здания, ознакомься. Рацию не выключай. Через час сбор на первом этаже, возле Иорданской лестницы.
— Всё понятно, вопрос только один, где найти этого Дмитрия?
— В коридоре. Он проведёт краткий инструктаж.
В коридоре меня действительно ждал высокий, широкоплечий мужчина в форме дворцовой охраны. Выделяли его пышные усы и довольно добрый взгляд.
— Дмитрий? — уточнил я.
— Точно так, — он кивнул. — Вы меня не помните? Мы как-то сталкивались здесь.
— Не очень, — я попытался вспомнить его, но не получилось.
— Не важно, — он показал дальше по коридору. — Комната Константина на втором этаже в западной части. Так, маленькая коморка для слуг, куда поставили кровать. Когда Император целый день на виду, особенно после посещения мероприятий в городе, Константин приходил туда и падал без сил. Выматывающая у Вас работа.
Я косо посмотрел на него, улыбнулся немного странной манере говорить, смешивая всё в кучу.
— Всё западное крыло — Императорское. Спальни, рабочий кабинет и библиотека. В восточное крыло лучше вообще не заходить, фрейлины увидят и поднимут крик. Они это любят.
— Что именно? — не понял я.
— Жаловаться Императрице, — он остановился перед лестницей. — Там дальше уборные, показать? На втором этаже для охраны и слуг уборных нет.
— Показывай, — кивнул я.
— Ещё важно знать, какими лестницами можно пользоваться, а каких лучше избегать, — сказал он, направившись дальше.
В общем, мы с ним прошли небольшой экскурсией по первому этажу, посмотрели на служебные помещения, где трудились дворцовые служащие. С приездом семьи императора работа здесь всегда кипела. Я даже удивился тому, сколько людей здесь работало. Правда, многим из них разрешалось заходить не дальше пары коридоров и комнат.
— Эту лестницу лучше избегать, — сказал Дмитрий, останавливаясь у очередного узкого прохода. — Она ведёт как раз…
Он замолчал, заглядывая в закуток, словно ожидал там кого-то увидеть и удивился. Достал рацию.
— Четырнадцатый пост, почему не на месте?
— Там, — я показал пальцем вверх по лестнице. — Спорит кто-то.
Дмитрий кивнул и первым поспешил наверх. Лестница оказалась не только узкой, но и довольно крутой. У выхода на второй этаж мы увидели охранника в форме и великого князя Разумовского, пытающегося пройти в коридор.
— Лестница закрыта для посторонних, — услышали мы, на последнем пролёте. — Пожалуйста, воспользуйтесь другой.
— Ты понимаешь, с кем говоришь? — голос князя. Мы появились как раз в этот самый момент, к большому облегчению охранника.
— У меня приказ, никого не пропускать. Прошу, поймите…
— Константин Николаевич, — сказал Дмитрий, когда мы поднялись на площадку. — Добрый день, рад Вас видеть. Сразу прошу простить за это недоразумение, но Алексей Павлович приказал никого в восточное крыло не пускать. Её Величество и княгини желают отдохнуть после дороги.
— Я Великий князь! — припечатал он.
— А я в пиджаке, и что теперь? — влез я в разговор.
На несколько секунд на лестнице повисло молчание. Пара охранников и князь посмотрели на меня странным взглядом.
— А что, мы сейчас не в игру: «кто лучше всех хвастается» играем? — удивился я. — Предупреждать надо.
— Матчин! Вечно ты лезешь, куда не следовало бы, — процедил князь.
— Не виноват, так получилось, — я развёл руками. — Меня вон, до младшего охранника повысили… Чёрт, опять хвастаюсь.
— Это из-за тебя я не могу с племянницами увидеться, — он стал темнее тучи. Довольно редко можно увидеть, как у людей темнеет лицо от гнева, и князь в этом деле был профи. — Не стоит вставать у меня на пути, сопляк.
— Спасибо вашему сыну, придурку, что я не встал на вашей стороне.
— Тебе стоит следить за языком, — сказал он, к моему удивлению, довольно быстро взяв себя в руки.
— А вам стоит покинуть эту лестницу, — я показал пальцем направление, собираясь ещё немного подразнить его. Отошёл в сторону, чтобы ему было проще пройти мимо. — Без разрешения вам здесь появляться нельзя.
Князь скрипнул зубами, бросил испепеляющий взгляд и направился к лестнице. Но убегал он вовсе не потому, что испугался или сказать было нечего, просто появилось слишком много свидетелей в лице ещё троих охранников и двух фрейлин, вышедших в коридор, чтобы посмотреть, что происходит.
— Всё в порядке, — сказал Дмитрий тройке охранников, подошедших к нам. — Проверьте посты с десятого по восемнадцатый.
— Так точно! — сказал один и они поспешили вниз по лестнице, вслед за ушедшим Великим князем.
Дмитрий выглянул в коридор, мило улыбнулся барышням, даже рукой помахал. Они зыркнули на него злобно и вернулись в помещение.
— Ну ты крут Кузьма Фёдорович, — сказал Дмитрий, покачав головой. — Только…
— Опасно, глупо и прочее? — закончил я за него. — Плевать. Эта семейка меня знатно достала. Что этот, что его сын, яблоня от яблока… «Я князь, прочь с моей дороги чернь».
— Подаст жалобу, — вздохнул Дмитрий. — А достанется, как всегда, Алексею Павловичу.
— Он ещё и жалобы пишет? — вполне искренне удивился я. Судя по лицам охранников, всё было именно так. — Это вообще за гранью. Он же князь, ему должно быть стыдно.
— Кузьма Фёдорович, — тихо сказал Дмитрий, — пойдём дальше. Не стоит громко обсуждать Великого князя. Когда говорят, что у стен есть уши, это как раз наш случай.
— Просто удивлён.
— Можно пройти по коридору и здесь, — сказал Дмитрий, — чтобы не бегать по лестницам. Пойдём, покажу комнату Константина.
Сравнивая Зимний дворец с домом младшей супруги Императора Цао, то, можно сказать, что он был гораздо светлее. Больше широких окон, просторные коридоры и проходные комнаты, много дорогой старинной мебели, картины и скульптуры. Но вот комната, где жил Костя Дашков, была откровенно маленькой. Этакий чулан, куда втиснули кровать, рабочий стол и шкаф для одежды. По ней даже пройтись толком нельзя. На одной из стен был закреплён план второго этажа дворца, красным маркером заштрихованы несколько помещений, что-то указано стрелками. Нет, живя в такой комнате, можно с ума сойти недели за две. Неужто в таком огромном дворце не нашлось комнаты побольше? А ещё в комнате очень не хватало окна.
Оставшееся время до встречи наследника с князьями, я провёл в медитации, сидя на кровати. Сосредоточиться толком не получалось. Хотелось позвонить Тасе, спросить, как они устроились, всё ли хорошо. Кто может сказать, почему мне не разрешали взять сотовый телефон, в то время как я смог спокойно дозвониться Константину, когда произошло то памятное и странное похищение?
Встреча наследника с боярами состоялась поздно, задержавшись ещё на час от назначенного времени. Ждали Геннадия Сергеевича, к общему недовольству союзников Разумовских. Возмущались и роптали они так громко, что на втором этаже дворца было слышно. Само мероприятие прошло в тронном зале и собрало довольно много гостей. Страна до сих пор находилась в трауре из-за смерти Императора Ивана Николаевича, поэтому светлых тонов в одежде почти не было. Женщины выбрали для мероприятия тёмные платья, мужчины — чёрные костюмы или военную форму с наградами. В самом начале с короткой речью выступил наследник Николай. Поблагодарил всех собравшихся за поддержку, высказался о сложной обстановке в мире и недавнем противостоянии Японии и Китая. Говорил он уверенно, но голос пока звучал слишком по-юношески. Затем слово взяли Великие князья. В их речи не было чего-то особенного, оба призывали объединяться и сплачиваться. Когда же вступительная часть закончилась, приглашённые разошлись по залу, чтобы поговорить друг с другом и попытаться пробиться к Великим князьям или наследнику. В какой-то момент мне показалось, что зал разделился на три части. Справа собрались те, кто поддерживал Разумовских, слева — союзники Воронцовых, а между ними быстро тающая толпа неопределившихся или придерживающихся нейтралитета. Вот оно, противостояние элит, рвущихся к власти. Ещё немного, одно неаккуратное слово, мелкая ссора и гражданская война прокатится по огромной стране, дробя её на части и сея ненависть у людей друг к другу. Хочется верить, что Великие князья это понимают, и в поисках союзников не доведут события к моменту, когда возврат к прежним отношениям уже невозможен и спор можно решить только, убив конкурента. Радует одно — на нашей стороне великий мастер. Воевать с ним, это как выйти с щитом в руках против цунами. И для многих серьёзных людей это был весомый аргумент, чтобы правильно выбрать сторону. Тогда почему на стороне Разумовских людей не меньше? Кто-то всерьёз думает, что ректор МИБИ связан по рукам и ногам и не будет участвовать в переделе власти?