Доспех духа. Том 5 (СИ)
— Репутация — это хорошо, — я рассмеялся, подмигнув Тасе и принцессам, которые с интересом наблюдали за мной. — Я хотел насчёт ставок спросить. Вы коэффициенты знаете?
— На Американца ставят — одна целая и восемь сотых. На спортсмена из России — четыре целых и тринадцать сотых. Слишком рискованные коэффициенты, чтобы делать ставки.
— Отлично! Значит, разбогатеем. Спасибо и удачного дня.
Я нажал кнопку отбоя, но телефон зазвонил буквально через несколько секунд.
— Кузьма Фёдорович, — голос грека. — Если Вам что-то известно, может быть, поделитесь с нами? Двадцать процентов от ставки за достоверный и точный прогноз будут Ваши. Это больше того, что мы платим обычно.
Последнее он добавил поспешно, чтобы я не вздумал торговаться.
— Есть у меня основания верить, что победит Сорокин, — сказал я после небольшой паузы.
— Во сколько баллов Вы оцениваете эти основания, от одного до ста.
— Восемьдесят пять. Всегда есть шанс, что американец продемонстрирует что-то неординарное, кусаться начнёт, например.
— Это и много, и мало одновременно. Хорошо, тогда мы воспользуемся фондом рискованных операций, — сказал Никодим Михайлович. — Если что-то изменится, звоните в течение получаса.
— Обязательно, — сказал я, нажимая кнопку отбоя. — Тася, что это за фонд рискованных операций у Наумовых?
— Понятия не имею, — она пожала плечами. — Ты уверен, что Максим победит? Его соперник безоговорочный фаворит турнира.
— Потом расскажу. Давай бой посмотрим, сейчас уже участники появятся. Главное, чтобы грек не подвёл.
Глава 12
Чем хороши бои без правил, так это тем, что в клетке редко увидишь исполнение чистого стиля какого-нибудь боевого искусства. Сколько бы ни говорили, что айкидо или карате полностью самодостаточные, но на практике всё иначе. Когда в ринг выходит такой боец, со стороны сразу видно, что ему чего-то недостаёт. Как раз сегодня мы стали свидетелями нечто подобного. В бою против бойца из рода Хованских выступал представитель Бразилии. С трибун сложно оценить, но я уверен, что он находился на уровне эксперта третьей ступени. Исполнял бразилец капоэйру, красиво, со стойками на руках и размашистыми ударами ногами. Сила эксперта давала ему огромное преимущество над обычными людьми, но против равного противника он ничего не смог. В самом начале он решил разменяться ударами, но пропустил пару тяжёлых боковых в голову и поплыл. Его коронный удар ногой с опорой на руку не только не достал до цели, но и позволил нашему бойцу войти в клинч и перевести бой в партер.
Алёна словно впервые попала на подобное мероприятие и с большим азартом болела за наших. Поддалась общим эмоциям, царившем в зале. Даже яростно кулаки сжимала и шею вытягивала, чтобы лучше рассмотреть опасные моменты в поединках. Судя по лицу Чжэнь, то ей тоже понравилось, хотя открыто она эмоции не проявляла. А вот её старшая сестра сохраняла хладнокровие. Я думал, что к нам в перерыве между боями вновь попытается подойти князь Дашков, но обошлось. В той части трибун, где они с сыном сидели, после третьего боя прошло оживление и князю стало не до нас.
Для гостей из ВИП зоны организаторы предусмотрели шампанское, вино десяти разных сортов и даже что-то покрепче, но мы вместо этого пили прекрасный чай. Сёстры Юй умудрились пронести термос и кружки прямо в зал. Они на полном серьёзе поинтересовались, не хотим ли мы что-нибудь скушать. Я чуть не пошутил, что не мешало бы курочки поесть жареной или шашлыка, но сдержался. С них станется достать нужное и следующие поединки будут приправлены ароматными запахами еды. Даже представил, как администрация будет просить высоких гостей из Поднебесной прекратить это безобразие, и долго смеялся. Группа мужчин и молодых женщин, расположившихся недалеко от нас и важно распивающих шампанское, странно косились на большой термос в руках сестёр Юй. Завидовали, наверное.
Предпоследний поединок, на звание чемпиона в среднем весе, мне очень понравился. С одной стороны, выступал крепкий боец из Восточной Европы, белобрысый и коротко стриженный, с другой — жилистый парень из Дагестана, лохматый и бородатый. По силе они были примерно равны, так как два раунда никто не мог получить преимущества. Белобрысому не повезло в третьем раунде, где он получил серьёзное рассечение над левой бровью. Залил кровью и себя, и противника, и канвас. Дважды доктор прерывал поединок, замазывая рассечение, но остановить кровь так и не получилось. В итоге бой пришлось остановить, а судьи решили, что победил парень из Дагестана, набрав больше очков и проявив больше активности. В любом случае это были красивые три раунда.
Перед главным матчем паузу сделали немного больше, нагоняя интригу рекламными роликами и демонстрацией отрывков из предыдущих поединков соперников. Затем появились ведущие, рассказывающие об уникальном опыте боёв среди одарённых. Насчёт уникальности можно поспорить, вспомнив хотя бы Африку. Да и в Океании осталось несколько мест, где мастера могли подраться за деньги.
— Смотри, — я толкнул плечом Тасю, показывая на часть зала, где трибуны заняли представители благородных родов, поддерживающие Разумовских. Я их знал поскольку-постольку, и выделить мог только мэра столицы. — Великий князь появился, наконец. А тот здоровяк русоволосый, где-то я его уже видел…
— Лотер, — сказала Тася. — Немец, представитель посольства Германии и друг императорской семьи. Сестра его прабабки была супругой императора России.
— Ничего себе, — протянул я. — Он что, княжеских кровей?
— Княжеских, только не наших, а германских. Фон Лотер — наследник одной из семей курфюрстов.
— Кого?
— Вернёмся домой — дам почитать умную книгу, чтобы не задавал глупых вопросов, — сказала она, следя за князем.
В кармане завибрировал телефон, высветив на экране имя Василия.
— Слушаю, — сказал я, виновато посмотрев на супругу.
— Хотел предупредить, по старой дружбе, — начал Василий, затем отвлёкся на пару секунд. На заднем фоне слышались громкие голоса ведущих, значит, он был где-то в зале. — Не успел, наверное, но всё равно. Ты ставки на сегодняшний поединок делал?
— Нет, — осторожно сказал я. — А что?
— Да просто слухи ходят, что Сорокин сегодня проиграет. Утром ставки обвалили, знаешь как.
— Слышал, что на американца все ставят.
— Вот-вот. Все вдруг на него ставку делают и это неспроста. Я узнавал, кто-то из наших, Наумовых, информацию раздобыл, что победа гарантировано будет у американца. И пока коэффициенты были высокими, наши много поставили на эту победу.
— Наши, кто?
— Да хотя бы те же Дашковы. Давид Карлович говорил про целое состояние. Я что звоню, ты с Сорокиным в хороших отношениях, поэтому хотел предупредить, чтобы не ставил на него. Мало ли. И хорошо что успел?
— Успел, — я рассмеялся. — Сам как?
— Не, я не азартный. Ставки — это зло.
— А Пётр Сергеевич?
— Утром что-то ставил вроде.
— Спасибо, что предупредил.
— Не за что. Пока, — он первым повесил трубку.
— Вот так, — я улыбнулся, поймав взгляд Таси. — Дашковы болеют за Сорокина, а деньги ставят против него. Нехорошо. Десять тысяч поставил.
— Кто? — не поняла она.
— Не обращай внимания…
Мне стало интересно, кто же слил информацию о предстоящем поединке. Но предупреждать я никого не собирался. Ненавижу нечестную игру. Да и поздно предупреждать, участников уже объявляют. Один из ведущих, как это принято, рассказывал об американце, перечисляя его титулы и победы в карьере. Затем громко объявил, растягивая имя. Зал встретил чернокожего мастера одобрительными криками и гулом голосов. Тот появился в красном шёлковом халате с капюшоном, изобразил пару боксёрских ударов и зашагал к клетке. Вторым приглашали Максима, которого зал встретил с большей теплотой и поддержкой. Я отметил, что у бойцов отсутствовали перчатки и даже бинты на руках, к тому же оба решили драться босиком. В качестве рефери поединка выступил мастер от федерации, который и должен был следить, чтобы участники не нарушали правил и ограничивали силу, как бы странно это не звучало.