Еще одна жизнь
– Еще не закончилось, – поморщился я. – Эти ребятки из братства смогли свободно пройти в секцию первого курса и организовали твое похищение. Следовательно, они парни со связями и, наверняка, попробуют повторить то, что им не удалось сегодня.
– Да, попробуют, – согласилась Митти. – Только я уже буду не одна.
Тему того, что о происшествии необходимо сообщить представителям СБ академии или преподавателям, мы даже не затрагивали. Я не хотел светиться, а Митти не желала рассказывать о похищении, ибо это неизбежно породило бы расследование и превеликое множество слухов. Попробуй потом докажи, что ее не успели изнасиловать? Даже если она предъявит справку, что остается девственницей, всегда найдется какой-нибудь мудак, который скажет, что девчонка сама пошла с парнями старших курсов, делала им минет, и причмокивала от удовольствия. Поэтому, если она уверена, что сможет себя защитить, проще промолчать.
Еще некоторое время поговорив с девчонкой, имя которой полностью звучало как Миттира Клаин Дагоз фир-Крайхер, я все-таки додумался до того, что как джентльмен должен предложить ей хотя бы свой пиджак. Поделился с Митти одеждой и проводил к общежитию, которое, кстати, находилось рядом с нашим. Ну а потом мы расстались. Она через черный ход, который был открыт, проскользнула обратно в общагу, а я вернулся к себе через окно.
Сразу заснуть не получилось. Сначала принял душ. Потом полчаса сидел возле терминала связи и разбирался с таким явлением как братства, сестринства и клубы академии «Эршвер». С братствами и сестринствами, которых восемь, все понятно – разделение по гендерному признаку, с учетом родословной, политическими и экономическими связями семьи претендента, а клубы это сообщества по интересам, в которых могут состоять все, и они не менее влиятельны, чем объединения «братьев» и «сестер». И то, что я узнал, сразу объясняло разделение моих одногруппников на три подгруппы. Они еще только начали процесс обучения, а уже определились, кто свой, а кто чужой. Элиза Мангари, это девочка с книгой, блондинка Светлера Шагим, Кирнан Кронгар и Себастьян Велертас из родовитых чародеев с длинной вереницей славных предков, которые обучались в «Эршвере» и состояли в двух объединениях, в братстве «Альфа-Дельта-Омега» и сестринстве «Бета-Пси-Омикрон». Вторая подгруппа крепкие середняки – «Сигма-Тау-Эпсилон» и «Гамма-Лямбда-Ню», соответственно. А остальные голимая нищета и новички, которые ни на что не претендуют, значит им дорога в «Омега-Каппа-Мю» и «Пи-Тау-Сигма». Плюс к этому имелись еще два небольших сообщества, которые набирали претендентов исключительно по принципу высоких магических способностей, без оглядки на родовитость и толщину кошелька: «Пси-Омега-Ипсилон» и «Йота-Омикрон-Тау». А поскольку мне все эти длинные названия запоминать лень, то проще обозначать братства и сестринства по первым буквам: «Альфа» и «Бета» – элита, «Сигма» и «Гамма – середняки, «Омега» и «Пи» – нищета, а «Пси» и «Йота» – таланты.
Закончив получать информацию, я приготовил комплект чистой униформы, в которой с утра пойду на занятия. И пока этим занимался, окончательно решил, что из этой общаги нужно перебираться в платную. Хотя бы по той причине, что там есть живой обслуживающий персонал, который не только наводит порядок в комнатах, но и занимается стиркой, чисткой и глажкой студенческой одежды. А в нашей общаге все придется делать самому и здесь к стиральной машине очередь. А ведь, кажется, что проблема решается легко и просто. Поставь на каждом этаже по одному серву и он все сделает. Но нет. Академия должна зарабатывать. Пусть платное проживание мелочь. Однако кому-то она приносит постоянный доход и дает работу какому-то количеству слуг.
Определившись с проживанием, наконец-то, я заснул. Однако спал недолго. Всего два с половиной часа. И проснулся от того, что в мою комнату без стука и разрешения войти вломился Лайон. Он улыбался, рассказывал какой замечательный день на дворе и как много нового я сегодня для себя узнаю.
«Достал, падла!» – подумал я, спокойно поднялся и, молча, отвесил своему куратору смачного пинка.
Видимо, я не рассчитал силу удара, вложил в него слегка больше, чем нужно, и Лайон буквально впечатался в стену, а затем стек по ней вниз. Я подошел к третьекурснику, склонился и удостоверился, что он жив и даже ничего себе не сломал. А когда он окончательно пришел в себя, подпустив в голос угрозу, сказал:
– Слушай меня внимательно, Лайон. Повторять не стану. Если ты еще когда-нибудь влетишь в мою комнату без предупреждения и разрешения, я тебе челюсть сломаю. Это для начала. А не поймешь, оторву голову и скажу, что так оно и было. Ты меня понял?
– Да-а-а… – запинаясь, выдавил он из себя.
– Хорошо, – убрав из голоса агрессивные нотки, произнес я. – Продолжаем разговор. Ты мой куратор. Верно?
– Да, – уже четко ответил он.
– В братстве состоишь?
– Да.
– «Омега-Каппа-Йотта»?
– Да.
– То есть ты не из богачей?
– Да.
– И за кураторство тебе платят. Так?
– Да.
– Сколько?
– В первый месяц три дуката в день. Потом по одному в день в течение десяти месяцев до начала каникул.
– Неплохо так выходит. Почти четыре сотни дукатов за год.
– Ага, – согласился со мной Лайон. – Неплохо.
– И сколько студентов можно брать под присмотр?
– До трех человек.
– А у тебя сколько?
– Только вы.
– Не доверяют, значит?
– Конкуренция, – сделал попытку пожать плечами третьекурсник.
– Я могу от тебя отказаться?
– Можете, – тяжело вздохнул Лайон.
– Но тогда ты лишишься дохода, который тебе необходим?
– Так и есть.
– Понятно. Значит, поступим вот как, Лайон. Ты не капаешь мне на мозг и не пытаешься вытаскивать меня на факультативы. Я сам знаю, что мне нужно. Если хочешь, крутись неподалеку, и я не буду иметь к тебе никаких претензий. В итоге ты получишь свои деньги, а я свободу действий без необходимости отбиваться от твоих назойливых наставлений. Ты мне, а я тебе. А когда моей персоной будут интересоваться преподаватели или студенты, сообщишь об этом мне. Договорились?
Лайон обдумал мои слова и кивнул:
– Договорились.
Я помог парню подняться, а потом протянул ему руку и спросил:
– Без обид?
– Без обид, – пожимая мою ладонь, согласился он.
Спустя час, плотно позавтракав, я входил в наш класс. Настроение отличное и, взмахнув рукой, я поприветствовал сокурсников:
– Привет братьям по разуму. Всем доброго дня.
Никто не отозвался. Сидят, молчат, фигню думаю. Да и плевать. Я занял свое место и через инком просмотрел список занятий на сегодняшний день. В общем-то, ничего особенного: история магии, физика, основы ритуалистики, оккультизм, артефакты и стихийное волшебство. Первая половина дня не предвещала никаких неожиданностей, но они возникли. Потому что появились новые студенты, которые дополнили нашу группу до штатной численности в пятнадцать человек. И если первым оказался молодой гном по имени Бравлин Сероброд, который не вызвал ни у кого интереса, то к началу второго урока появилась успевшая буквально за пару часов перевестись из одной группы в другую Митти Крайхер собственной персоной. А когда эта сексуальная кошечка с серебряными волосами вошла в класс, у нее на плече висел мой отглаженный и чистый пиджак. После чего, не дожидаясь появления учителя, который ее представит, под взглядами других студентов, плавной грациозной походкой она приблизилась ко мне, подобно животному, лизнула мою щеку и сказала так, чтобы услышали все:
– Благодарю за незабываемую ночь, Райнер Северин. Это было удивительно и романтично. Но ты забыл у меня свой пиджак.
– Не стоило беспокоиться, – принимая ее игру и улыбаясь, ответил я. – Сколько еще таких ночей нас ожидает, прекрасная Митти. Я бы успел его забрать.
Кошкодевочка кивнула и, совершенно естественно, заняла место рядом со мной, а я подумал о том, что сейчас она меня подставила. Наверняка, слова Митти передадут дальше и те полупокеры, которые похитили ее и попытались изнасиловать, легко смогут сложить два плюс два, чтобы в итоге получить четыре. Если этой ночью я был с кошкодевочкой, значит, вероятнее всего, именно я сорвал планы самого крутого местного братства восстановить свою поруганную в давние времена честь. Плохо? Да. Но все логично. Сделай доброе дело и получи новые проблемы. Все по заветам благородного имперского дворянина Уркварта Ройхо. Ввязаться в чужую тему, огрести неприятностей и потом героически с ними бороться. Ну и плевать. Если придется пободаться с целым братством, за спиной которого, наверняка, какое-то количество преподавателей и влиятельные родичи за стенами академии, то так тому и быть.