Идеальная невеста некроманта (СИ)

— Неужели вы совсем их не боитесь? — недоверчиво спросил Винлеро, подходя к принцессе. — После похода по Мертвым Землям страшные сны вас не тревожили? Вы ведь раньше никогда не видели зомби.
Девушка приветливо и ласково улыбнулась ему, как давнему другу, покачала головой и сказала шутливо:
— Страшный сон после знакомства с зомби и рассказов Кайла о поднятых мертвецах мне приснился только один: мое сердце вошло в двери и спросило: «Ничего, что я без стука?»
Винлеро не сдержал ответной улыбки и принцесса просияла.
— Сын сказал, что вы назвали его красавчиком, — вспомнил он.
— Уверена, так называла его не только я, — хмыкнула принцесса, заметно краснея.
— Вы изменились, — признал Винлеро, — я вслед за Кайлом начинаю верить, что ваш будущий союз с моим сыном будет не так уж плох.
Принцесса помрачнела, виновато опустила глаза, тихо вздохнула. Помолчала, потом спросила:
— Скажите, я буду якорем для Кайла где бы ни находилась? Расстояние сильно ослабит нашу с ним связь?
— Вы плохо учили уроки, ваше высочество, — укорил Винлеро, — на вашу связь расстояние никак не влияет.
— Хорошо… но, пожалуйста, прежде чем вновь отправлять Кайла на границу Мертвых Земель, убедитесь, что наша с ним связь не ослабла, ладно? Поклянитесь, что проверите это!
Принцесса произнесла последние слова очень пылко, схватила герцога за руки, умоляюще заглядывая в его глаза.
— Клянусь, — выдавил потрясенный Винлеро. — Рад, что жизнь моего сына вам небезразлична.
На лицо принцессы вновь набежало хмуро-виноватое выражение, она кивнула, а Винлеро сказал:
— Вы напрасно волнуетесь, что ваша связь с моим сыном может вдруг исчезнуть или что это может произойти незаметно для него. Сила связи с якорем ощущается некромантом очень отчётливо, её ослабление или усиление невозможно не заметить. Вы еще неопытный якорь, но скоро сами научитесь различать в груди огонек своих уз с моим сыном. Этот огонек будет вам привычен, как дыхание, и вы всегда сможете его ощутить, если прислушаетесь к себе.
— Спасибо за объяснение, — с легким вздохом облегчения ответила принцесса. — Когда во дворец меня телепортируете?
— Магическое послание о вашем спасении и возвращении в целости и сохранности было отправлено мной еще ночью, но до столицы путь неблизкий, возможно, письмо лишь сейчас добралось до адресата. За вами придут, как только верховный маг организует портал, а сейчас предлагаю позавтракать… хм-ммм… и познакомиться поближе.
— Я бы сказала — познакомиться заново, да? — открыто улыбнулась принцесса, протянула ладонь для рукопожатия и торжественно сказала: — Позвольте представиться: Таяра Амалия Грандина Сиарет, не трусиха, не лентяйка, не невежда, не капризная девчонка, а если в моем поведении проявится хоть что-то из перечисленного, то я надеру уши… самой себе!
Атмосферу за столом вначале можно было охарактеризовать, как настороженно-выжидательную: все собравшиеся за завтраком люди за кем-то следили, размышляли над увиденным и приходили к каким-то выводам.
Винлеро внимательно следил за реакцией Таи на необычных слуг, подающих вареные яйца, хлеб и домашнюю колбасу, за ее улыбками его сыну, всё время ожидая проявлений страха, паники и неприятия. Постепенно лицо его смягчалось, напряженно расправленные плечи опускались, морщинки разглаживались: герцогу начинала нравиться будущая невестка, он, как и сын, приходил к выводу, что за последнее время принцесса кардинально переменилась и переменилась к лучшему. Да, её пробелы в базовых знаниях ужасали, но радовала готовность их заполнить и добросовестно учиться.
Кайл искоса посматривал на отца и видел, что тот тоже, вслед за ним, переоценивает душевные качества принцессы. На сердце самого Кайла, наверное впервые в жизни, было легко и спокойно: он перестал подозревать, что его невеста будет рыдать и биться в истерике у алтаря, к которому ее приволокут силой, перестал безнадежно желать того, что когда-нибудь ему встретится женщина, согласная по доброй воле связать с ним свою жизнь и поддерживать тепло в его очаге, всегда ожидая его возвращения. Как ни поразительно, теперь такая женщина у него была, вернее — она будет у него в будущем, когда Тая вырастет. Но в присутствии этой девочки ему уже сейчас было хорошо и уютно, он чувствовал, что нить его жизни в верных руках, под надежной защитой, привязана к самому крепкому якорю на свете.
 
А Тая старалась не думать о том, что скорее всего уже этой ночью она вернется обратно домой в Россию, к маме, Дмитрию Ивановичу и больнице. Герцог Данри поклялся, что не выпустит сына из замка без проверки прочности его связи с якорем, заверил, что связь некроманта с якорем и её исчезновение невозможно пропустить мимо глаз, так что Кайлу не грозит оказаться на границе не подготовленным. Тая же впредь увидит черноглазого мужчину своей мечты только во снах, и то — если сможет наблюдать со стороны, как он живет с её сестрой. Из жизни Таи навсегда исчезнет магия и забавные зомбики, что обходят её сейчас по широкой дуге. Почему обходят? Нет, ясно, что они ее боятся, но почему боятся? А главное — КАК боятся? Где у них орган, позволяющий бояться?
«Эту загадку решать не мне, у меня другая жизнь, другая мечта. И мужчина будет другой. Наверное, не такой отважный, не такой надёжный, не такой бескорыстный и заботливый, не такой герой и не такой красавец, но… это будет хороший и умный мужчина. А Кайла придется забыть, как я однажды уже сумела, переборов детское увлечение. Правда, теперь это будет сделать сложнее, ведь я уже знаю, что он — не грёза, не фантазия, а настоящий. Просто… не мой. И мир этот не мой, я домой хочу, в собственную жизнь».
Подняв взгляд на сидящего напротив Кайла, Тая вспыхнула от его доброй улыбки, как юная девочка, а не умудренная опытом двадцатишестилетняя женщина.
В холле раздался громкий хлопок и поднялся трезвон. Винлеро с Кайлом поднялись из-за стола, все зомбики мигом убежали и попрятались, а дверь в гостиную распахнулась и в нее влетела знакомая по детским снам красивая женщина средних лет с крайне взволнованным лицом.
— Девочка моя! — завопила женщина и бросилась обнимать и целовать Таю, мешая той разглядеть тех, кто вошел вслед за королевой. — Представляю, как ты напугана, моя крошка! С тобой всё в порядке? Герцог, с моей дочерью всё в порядке?! Она не ранена?! Морвиал, немедленно осмотрите малышку!
Тая вмиг оказалась перед высоченным статным мужчиной, с густой гривой медно-рыжих кудрей на голове, с темно-зелеными глазами и неприязненно поджатыми полными губами. Мужчина сделал пасс рукой, Таю окутало зеленоватым маревом целительской магии и тело её вмиг наполнилось бодростью, избавив от всех неприятных последствий прогулки по Мертвым Землям. Мужчину Тая тоже узнала — это был верховный маг, барон Морвиал Лерен.
— На принцессе ни царапины, с ней всё в полном порядке, — сухо возвестил верховный маг, позволив Тае перестать волноваться по поводу «магической радиации» и ее последствий.
Маг повернулся к некромантам и отвесил им глубокий поклон, с очевидным уважением сказав:
— Добрый день. Представляю, каких трудов тебе стоило доставить ее высочество в целости и сохранности, Кайл.
Тон мага подразумевал, что максимальные трудности при этой доставке некроманту создавала сама принцесса. М-да, репутация у сестренки не ахти, искреннюю радость от встречи с ней Тая видела лишь в глазах королевы и короля, который крепко обнял ее, как только верховный маг озвучил свой диагноз.
«Королева знает, что я ей не родная дочь, но ее привязанность ко мне выглядит искренней», — думала Тая, вглядываясь в светло-карие глаза красавицы-блондинки, считавшейся матерью ее сестры, которая непрерывно гладила ее по волосам, причитая и всхлипывая. На миг замолчала и застыла королева, когда верховный маг завел речь о следах ведьминской ворожбы, замеченной в связи молодого некроманта с принцессой. В больших глазах Амалии Сиарет отчетливо промелькнула тень вины и страха, она судорожно сжала Таю в объятьях и принялась трепетно целовать ее в макушку.