Единственный и неповторимый Кристальный друид (ЛП)

— Слабая духовная сила не делает тебя бесполезной. Рикр подтвердит это, иначе он не связал бы себя с тобой.
Я ошеломленно хмыкнула, соглашаясь.
— Как он стал твоим напарником?
Обычно я не ответила бы на такой вопрос, но Зак уже знал мою самую большую тайну — что я была осуждена за убийство.
— Мне предложили «реабилитацию» в восемнадцать. МП отправили меня к Арле, но я не встретилась с ней, как должна была, а отправилась исследовать.
— Приняла реабилитацию всерьез, как погляжу.
— Я больше двух лет провела в бетонной коробке. Я хотела побегать босиком по лугу и поваляться в полевых цветах.
Он кашлянул.
— Не могу это представить.
— Когда меня выпустят из тюрьмы в следующий раз, я тебя приглашу, — я заерзала снова. — И в тот день я столкнулась с Рикром. Он следовал за мной несколько часов, раздражал, а потом… так и не ушел. Когда я встретила Арлу на следующий день, она спросила, мой ли это фамильяр. И он сказал да — наверное, чтобы поразить ее. Через неделю он дал мне метку фамильяра.
Зак издал задумчивый звук.
— И все? Ты ему понравилась?
— Наверное. Когда я спрашиваю, почему он рядом, он говорит, что это делает его жизнь интереснее.
Приглушенное фырканье.
— Молчи.
— Моя жизнь тоже стала интереснее. Повторяющиеся угрозы, нападения…
— Умолкни, — прорычала я. — Что насчет тебя и Лаллакай?
— Мы с ней уже давно. Мне было пятнадцать, когда я ее впервые встретил, но мы не вступили в официальные отношения, пока мне не исполнилось семнадцать.
— Официальные отношения? — повторила я. — Это как понимать?
— Она…
Его госпожа, — Рикр вылетел из леса в облике воробья и опустился на ветку в паре ярдов над тропой. — А он ее послушный супруг.
Мои брови подпрыгнули.
— Это все так, как звучит?
Да, — заявил Рикр.
— Нет, — рявкнул Зак. — Не так.
Правда? — крылья Рикра сверкнули, он взлетел, стал в полете соколом. — Разве она не нежится в свете твоей яркой силы друида, как королева, наслаждающаяся вниманием своего красивого юного любовника? Разве не такую цену ты платишь за ее защиту?
Зак напрягся, и Тиллиаг раздраженно тряхнул ушами.
Я ждала, что друид будет спорить с Рикром, но он молчал. Может, он не мог это отрицать. Друиды, как и ведьмы, не обладали изначально защитной или агрессивной магией. Мы полагались на дары, услуги и защиту милосердных фейри. Если Лаллакай защищала его, она требовала плату, и что было лучше свободного доступа к манящей духовной энергии друида?
Тиллиаг подпрыгнул, встряхнув напряженного Зака. Он съехал к моей спине, выпрямился, ворча под нос.
Обе его ладони были на моей талии.
— Откуда ты? — резко спросила я, пытаясь отвлечься.
— Я жил раньше на севере Ванкувера.
Я не это имела в виду, но его фраза отвлекла меня.
— Жил? А где живешь теперь?
— Где хочу.
Его недружелюбный тон не остановил меня.
— Это означает, что все твои вещи в рюкзаке? Потому ты попросил постирать вещи у меня?
— Я за минимализм.
— Забавно. Почему у тебя нет дома?
— Я раскрою свое трагическое прошлое, если ты раскроешь свое.
Это было сложно.
— Тогда один вопрос.
— Какой?
— Ты уйдешь, когда все это кончится, да?
— Спасибо за сочувствие, — с сарказмом сказал он.
— Ты не хочешь сочувствия.
Он молчал пару мгновений.
— Не хочу. Я хочу вернуться и убить того, кто забрал мой дом.
У него забрали дом?
— Почему не делаешь это?
— Стоило сказать «убить их снова».
— О, — я напела пару нот. — Это помогло?
— Что?
— Убийство?
— Да и нет.
Он ничего не добавил, и я ткнула его локтем в ребра.
Он охнул.
— Тебе хочется послушать, как я кого-то убил? Многим от этой тебе не по себе.
— Я сама убийца, помнишь?
— Не такая же.
— Откуда тебе знать?
— Потому что я убивал много раз, — его голос стал грубым. — Столько, что потерял счет. Людей, которые это заслужили. Тех, кто это, может, не заслужил. Порой я пытал их, а потом убивал. Кровь на моих руках никогда не смоется, и я давно перестал переживать.
Я слушала стук копыт Тиллиага.
 
— Я не жалела. Что убила того человека. Я жалела только, что попалась. Теперь я осторожнее.
— Осторожнее? Ты убивала фермеров и закапывала в свинарниках?
— Не убивала, но мне нравится пускать им кровь, — я хмыкнула. — До Харви Уитби последний мучитель животных отправился после встречи со мной в больницу. Два до него обанкротились. Еще одного я шантажом заставила продать ферму и уехать. Одного до этого я обвинила в вымогательстве. Он в тюрьме. О, — добавила я, — были еще подростки, которые мучили кота. У каждого теперь недостает пальца, чтобы они не забыли, что я с ними сделала.
Зак тихо выругался.
— И все это ты сделала, не попавшись? Пока за тобой следили ковен и МП?
Я пожала плечами.
— Хорошо, — выдохнул он. — Признаю. Ты немного пугаешь.
Я не понимала, что смеялась, пока не ощутила, что он удивленно напрягся.
Через миг он прошептал:
— Когда я натыкаюсь на мерзавцев, мучающих фейри или вредящих детям, я просто убиваю их.
Странное чувство сжало меня внутри.
— Я думала, ты был похитителем.
— В рамках закона я и есть похититель. Но я не мог бросить детей для следующего торговца, и мне плевать, в чем меня обвиняет МП. Они никогда не заботились о точности обвинений.
— Ты… — мой рот раскрылся. — Ты спасал детей?
В его хриплом голосе появилось веселье:
— Если считала меня похитителем детей и шлюхой для фейри, можешь дальше так думать.
Я закрыла рот, кипя внутри.
— Не важно. Но знай, если ты меня предашь, я перережу тебе горло.
— Заметано.
* * *
Вечернее солнце искрилось на водах озера Деннетт. Мои ноги болели от усталости, и я была рада, когда Зак решил сделать небольшой перерыв перед тропой, заросшей кустами. Я много ездила верхом, но ни один конь не мог двигаться в таком темпе, в каком это делал Тиллиаг.
Колени дрожали, я повернулась к упавшему дереву у края тропы. Зоны пикника с потрепанными деревянными столами и ямами для костров были заброшены, бурундук искал среди них забытые крошки.
Я опустилась на бревно, кора была вытерта сотнями туристов, использовавших его как скамью. Я сняла маленький рюкзак с плеч, опустила его у своих ног и достала бутылку воды. Зак вытащил воду из своего рюкзака, а я уже осушила полбутылки, а потом налила немного на лицо. Прохладная жидкость потекла по моим щекам и подбородку, пролилась на футболку.
Было слишком жарко и душно. Конечно, тут были только мы.
Я проверила содержимое рюкзака, чтобы понять, что взял для меня Зак, пока он смотрел на озеро. Его взгляд скользнул к вершине, он медленно повернулся по кругу, словно искал далекий звук, который едва мог уловить.
— Ты это ощущаешь? — прошептал он.
Я прищурилась, искала что-нибудь необычное.
— Что ощущаю?
Он нахмурился сильнее. Он смотрел на меня миг, будто обдумывал что-то, а потом сжал гриву Тиллиага и забрался на спину жеребца.
— Что ты делаешь? — резко спросила я.
— Что-то не так, но я не знаю, что. Мне нужно быть сосредоточенным, а ты отвлекаешь.
Я вскочила на ноги.
— Ты не уедешь без м…
Он повернул Тиллиага на запад.
— Когда ты в прошлый раз была на распутье, ты упустила фамильяра и чуть не попала в пасть келпи. Просто жди тут. Я вернусь через час или два. Если повезет, с ответами.
— Зак…
Тиллиаг побежал рысью. Я побежала за конем, кипя от ярости.
— Зачем ты вообще меня сюда брал? — закричала я.
— Просто пытаюсь сохранить жизни нам обоим, — отозвался он, Тиллиаг ускорился. — Постарайся не зарезать меня, когда я вернусь.
 
— Я заколю тебя, сволочь! — завизжала я тщетно, жеребец и всадник пропали в лесу за озером, устремились к тропе к вершине. — Козел, — рычала я. — Рикр! Следуй за ним!