Жемчужина гарема

– Потому, что человек он влиятельный, – наставительно заметил Абдул Али. – Все делается по его указу: набеги, заговоры, убийства, перестрелки.
– Безусловно. – Рэлстон уставился в пустую чашку. Интересно, какое действие может оказать вторая порция этого крепчайшего зелья? Сведет на нет эффект первой или удвоит его? А ведь и поесть было бы неплохо. – Что у нас на завтрак, сержант?
– Только хлеб и сыр, сэр. Мы выехали налегке.
– Да, верно. – Рэлстону следовало бы знать об этом. Ведь это он должен был отдать приказ о снабжении патрульного отряда, выписать пайки, чтобы людям было чем питаться во время их тайной операции.
Но Кит не помнил, сделал ли он это: после бурно проведенной ночи у него болела голова и он был как в тумане. Хотя Абдул Али наверняка обо всем позаботился. В отличие от него, Кристофера Рэлстона, Абдул был бы хорошим командиром. А он, Кит, нес солдатскую службу только в Гайд-парке. В полку, правда, его считали умницей, ему были рады в офицерской столовой. Да и с женщинами, падкими на военный мундир, он вел себя как демон-искуситель… Волна горького отвращения к самому себе грозила затопить новоявленный энтузиазм.
– Вот, сэр. – Сержант протянул ему кусок козьего сыра и ломоть хлеба.
Кит поблагодарил и снова обратился к карте. Эти женщины наверняка пришли из какой-нибудь соседней деревушки. Хотя нет, вряд ли. Англичанка была слишком роскошно одета. Услужливость и знаки внимания, которые оказывали ей эти женщины, говорят о высоком ее положении. Быть может, она связана какими-то узами с самим ханом.
Кит жевал черствый хлеб, потом глотнул чая. Мысль его работала четко. Хандру и туман в голове как рукой сняло. Если он отправится на поиски незнакомки, это вполне будет соответствовать его задаче – разведать, в чьих владениях они пребывают. Кто знает, а вдруг где-то рядом крепость Уктар-хана? Киту пришло в голову, что, упустив такую возможность, он просто-напросто уклонится от исполнения служебных обязанностей.
Женщины появились на дальнем берегу озерка. Значит, его отряду следует начать поиски оттуда. Кит свернул карту, и хруст бумаги усилил его решимость.
– Сержант, прикажите людям собираться. Я напал на кое-что интересное и хочу пойти по следу.
Абдул Али вежливо скрыл свой скепсис и удивление по поводу бодрого и властного тона лейтенанта. Ведь обычно Рэлстон даже не пытался утаивать свою апатию и презрение к нынешней службе. Абдул Али отдал приказ сипаям, и через четверть часа маленький отряд уже направлялся через рощу к озеру.
Там было тихо и пустынно, женщин и след простыл. Лучи полуденного солнца, пробивавшиеся сквозь ветви, плясали на поверхности воды, как озорные бесенята. Сейчас Кит, занятый своими причудливыми фантазиями, чувствовал себя в ладу со всем миром. Отряд объехал вокруг озера; в одном месте трава была примята, образуя некое подобие тропинки. Отряд поехал по этому следу. Дорога в гуще деревьев становилась все круче.
– Мы, сэр, вроде бы поднимаемся в гору, – сказал сержант, он держался рядом с Китом. – А снизу казалось, что лес растет только у подножия скалы.
– Здесь свет порой играет странные шутки, – кивнул Кит.
Лесные звуки постепенно замирали, стихли голоса птиц, только сучья похрустывали под копытами лошадей.
Женщины покинули озеро не более часа назад и шли пешком. Куда же, черт побери, они девались? Кит озирался по сторонам. В его душе росла тревога. Абдул, сидевший на крепеньком пони, принюхивался к ветру и тоже беспрерывно оглядывался, стараясь определить, откуда угрожает им опасность. В том, что она где-то здесь, поблизости, никто не сомневался.
Лес неожиданно кончился, и маленький отряд выскочил прямо к лагерю кочевников. У подножия зубчатой скалы, на песчаной поляне, по самому краю глубокого ущелья, теснились черные шатры.
– Господи Боже! – пробормотал Кит и тут же выругал себя за то, что не послал в разведку одного из сипаев. Кочевники, как правило, не отличаются воинственностью, но кто знает? К тому же по всей стране шныряют разбойники.
 
Из шатров вышли мужчины с черными повязками на головах, в белых длинных домотканых халатах – чапанах, широкие рукава которых раздувал ветер. Сипаи подняли свои мушкеты.
– Подождите, – резко приказал Кит. – Сначала посмотрим, что они станут делать.
Кочевники шли навстречу отряду. В руках они держали палки, ножи прятали в складках своих чапанов, но огнестрельного оружия Кит не заметил и потому решил не торопиться, а прежде выяснить, какие у них намерения. Но когда горцы приблизились, он увидел в их глазах и позах явную враждебность. Кит уже приготовился было отдать приказ «огонь», но тут услышал голос (знакомый голос), который нарушил грозное молчание, резко крикнув что-то на пушту.
К афганцам быстро шла женщина в белой шелковой чадре, и те замерли в нерешительности, хотя продолжали бросать на чужаков злобные взгляды. Женщина, не обращая внимания на отряд Рэлстона, тихо заговорила с кочевниками. Они стали хмуро перешептываться, но никто не сделал больше и шага в сторону солдат. Наконец женщина обернулась к Киту.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она на фарси.
Кит смотрел на эту с головы до пят закутанную фигурку, пытаясь отыскать зеленые глаза за расшитой сетчатой вставкой в чадре. И это ему удалось.
– Я искал тебя, – ответил он в надежде, что, кроме них двоих, фарси здесь никто не понимает. Киту показалось, что глаза незнакомки блеснули.
– Глупое занятие, – отозвалась она с холодным безразличием и снова обратилась к бородатым мужчинам в чапанах.
Несколько раз явно прозвучало имя Акбар-хана.
Кит почувствовал, как сразу напрягся Абдул, и вдруг, повинуясь внезапному озарению, произнес по-английски:
– У меня есть дело к Акбар-хану. Я хочу поговорить с ним, – продолжал он звенящим голосом. – Полагаю, сын Дост Мухаммеда note 6 благосклонно отнесется к возможности начать переговоры.
Незнакомка стояла совершенно неподвижно и внимательно рассматривала Рэлстона.
– Ты привез послание из Кабула? От генерала Эльфинстона… или от шаха Шуджи?
Она произнесла эти имена с явной насмешкой, которую Кит оценил по достоинству. Эльфинстон, главнокомандующий английской армией, которая стояла в Кабуле, был человеком нерешительным и слабым. Он словно бы сам навлекал на себя неприятности. Да и официальный правитель Афганистана был не лучше. Кит весьма приуныл, точнее, встревожился, поняв, что у афганцев не осталось никаких иллюзий насчет силы противника.
– Я хочу поговорить с Акбар-ханом, – отрывисто повторил он.
– Возможно, и он захочет побеседовать с тобой. Но если вы пришли с миром, сложите ваше оружие и отведайте хлеба и соли этих людей. Тогда они смогут доверять вам и проведут к Акбар-хану.
– Это западня, – прошипел Абдул. – Сэр, они хитрые бестии. Им нельзя доверяться вслепую. Даже тем, кто говорит по-английски не хуже королевы.
Незнакомка презрительно хмыкнула, но опровергать обвинения не стала. Кит не знал, на что решиться. Судя по всему, девушка пользовалась авторитетом среди кочевников. Но разве женщина здесь, в Афганистане, может иметь какую-то власть над мужчинами? Правда, она не афганка. Кит не сомневался в этом… по крайней мере телом не афганка… а душой? И насчет предательства Абдул прав. Эти люди иначе смотрят на мир, у них иные критерии. Однако, отведав хлеба-соли, он будет застрахован законом гостеприимства… если, конечно, его тотчас же не убьют.
– Ты знаешь, где можно найти Акбар-хана?
– Как нельзя лучше, феринге, – рассмеялась незнакомка.
Ясно, что в нынешних обстоятельствах проникнуть в ее тайну невозможно. Но поскольку все карты в руках у загадочной красавицы, а он намерен заполучить парочку тузов, значит, надо ее слушаться. Одно Кит знал твердо: он не отступится, пока не разгадает тайну, которая окутывает это удивительное создание.
– Оружие мы не отдадим, – старательно выговорил Кит на фарси, обращаясь к группе мужчин. Может, они не все и поймут, но наверняка оценят вежливую попытку феринге войти с ними в контакт. – Не пристало солдатам оставаться безоружными. Но мы сойдем с лошадей и дальше пойдем вместе с вами пешком.