Марионетка. Люби меня! (СИ)
— Что..? Ты этого не сделаешь… — Алиса оттолкнула меня. — Я не твоя собственность.
«Ошибаешься…» — мысленно отвечаю. Но вслух озвучиваю другое:
— Не советую проверять, на что ещё я способен, — разворачиваю её к зеркалу лицом.
Пусть взглянёт в свои глаза. И честно признается: что для неё самое важное? Она ведь не может не видеть, как стремительно меняются наши отношения, от договорённостей и озвученных мною условий не осталось следа.
«Есть мы, остальное не имеет значения…» — и, да, все, кто попытается встать между нами — пожалеют.
— Глеб… — Алиса перевела взгляд на моё отражение.
— Смотри, — возвращаю лицо в то же положение.
— Зачем всё это? — она растерянно изучает себя.
— Своим поведением ты бросаешь вызов. И хочется наказать…
— Вызов? Наказать? Что я сделала не так?
— Т-с-с… — закрываю ладонью её рот, а свободной рукой проникаю в трусики.
— М-м… — она промычала, выгнувшись дугой.
— Я уберу руку, только не произноси ни звука. Поняла?
Алиса кивнула. А у меня появилась возможность стянуть бретельки бюстгальтера с плеч и обнажить грудь. Увлажнив пальцы слюной, прикоснулся к торчащим розовым соскам, подул на них — чем вызвал волну мурашек на коже моей красавицы и нетерпеливый вздох.
— Глеб… — она откинулась затылком на меня, слегка раздвинула ноги, приглашая этим жестом потрогать.
— Молчи… — скользя ладонью вдоль живота, снова пробрался в центр удовольствия, где горячо, влажно и ждёт моих ласк…
И в тот момент, когда Алиса стала чаще постанывать, кусая и облизывая губы, я резко убрал руку.
— Нет-нет, не останавливайся, — недовольно посмотрела.
Я жадно поцеловал её пухлый манящий ротик, потом склонился к уху и прошептал:
— Это в наказание, за то, что забыла про меня. Теперь ходи неудовлетворённая, и думай, не переставая, мечтай о вечере, когда опять прикоснусь к тебе и уже закончу начатое… И только попробуй снять напряжение самостоятельно… Пока, Алиса. Моя Алиса…
Покидаю быстро «примерочную», пока в состоянии уйти…
Глава 28. Лиса Алиса
28.1 Алиса
Так обидно стало… и я не сдержала слёз…
А когда взглянула на себя в зеркало, словно опять услышав требование-приказ «смотри!», увидела то, чего он старательно от меня добивался — честности перед самой собой, или, возможно, откровенного разговора и признаний.
«У тебя получилось показать и доказать…» — так же мысленно ответила, назвав, наконец, вещи своими именами, но пока только внутри себя. Слова подруги «окончательно и бесповоротно» тоже вторят моим ощущениям.
Но обсуждать это я не готова.
Поправив бельё на теле, присела на пуфик, имеющийся в «примерочной», и подогнула колени к груди, продолжая думать о Глебе — всё, как хотел… И жгучее желание теперь не даст покоя, до вечера с ума сойду от ноющего пульсирующего ощущения между ног. Он как будто нажал невидимую кнопку, доступ к которой есть только у него, но главное: утолить эту жажду и потушить пылающий безумный огонь, разрывающий меня на части — способен лишь он…
— Эй, Ли́са… — из-за шторки показалась Нелли.
Я подняла на неё взгляд, а слёзы сильнее потекли. Вроде нет повода так расстраиваться, а остановиться не могу.
— Ты чего ревёшь? — она зашла в кабинку и опустилась на корточки передо мной. — Ну-ка, посмотри на меня… Он поимел тебя?
— Нет, — я машинально сжала бёдра, пытаясь унять возбуждение.
— Ударил, что ли? Если да, то сама ему врежу…
— Нет, — перебила её, остановив от каких-либо дальнейших размышлений, иначе фантазия занесёт не туда.
— Что случилось? Объясни, — Нелли убрала волосы с моего лица, заглядывая в глаза. — Поругались? Глеб пулей вылетел отсюда, прошёл мимо нас с Захаром, быстро сказав возвращаться в магазин.
— Не ругались… Заехал, чтоб увидеть меня.
— Тогда не понимаю: почему плачешь?
— Я люблю его… — наконец, озвучила то, что давно просится наружу. Причём произошло это гораздо раньше, когда мы встретились. И неважно, какие обстоятельства этому послужили.
— Тоже мне новость… Не удивила, — улыбнулась подруга, вытирая мои слёзы. — С вами всё ясно без лишних слов. Уверена, и он тебя любит. Просто вы оба как дети малые ведёте себя, мучаете друг друга ненужными условностями, которые, по сути, уже не имеют значения, вместо того, чтобы поговорить по душам, открыться…
— Не решусь поднять эту тему. Вдруг ты ошибаешься? — не хочу обмануться и разочароваться. Впрочем, если этого не сделать, вряд ли станет легче — всё равно буду страдать.
— Как ты считаешь: мужчина бросит все свои дела ради женщины и примчится на десять минут, если ему плевать на неё? И всё для того, чтобы увидеть, услышать, обнять, поцеловать…
«А ещё подразнить, наказать, заставив изнывать от желания и ожидания близости» — добавила мысленно, ощущая, насколько влажно в трусиках и мышцы тянет в томительно-приятной боли…
Я пожала плечами в ответ. Кто знает, что творится в его голове? Хотя в словах подруги есть доля истины, ведь он мог дать распоряжение Захару: привезти меня к нему.
— Да, вряд ли он приехал бы…
— Лисёнок, давай, приходи в себя. Нашла из-за чего слёзы лить. Любишь — это здорово. А Глеб, если не поймёт, какая девушка ему досталась, и если упустит тебя, то будет полнейшим идиотом.
— Ты поможешь мне в одном вопросе? — пора воплотить в жизнь свою затею на вечер. И если сначала хотела просто удивить, то сейчас тоже хочется применить ответные меры — посмотрим, кто кого накажет…
— Не проблема. Что нужно делать?
— Кое-куда надо зайти… сама стесняюсь…
— О-о-о… кажется, сообразила…
Я быстро выложила свою идею, которую Нелли не могла не прокомментировать: «Абсолютно верная тактика. Если не будешь подогревать интерес, если каждую ночь в постели твой мужчина не будет забывать рядом с тобой — кто он, что он, где он, то будет искать весь спектр ощущений в объятиях другой женщины… Мы животные — от этого никуда не деться».
***
28.2 Глеб
Ещё на лестничной площадке я почувствовал, как вкусно пахнет. И даже не сомневался, что этот потрясающий аромат еды доносится из моей квартиры.
«Приятно, когда тебя ждут» — не могу не улыбаться, стоит лишь представить, какую картину застану сейчас.
«За Алисой должок…».
Тихо открыв дверь, вошёл и огляделся по сторонам. В гостиной накрыт стол: свечи, шампанское в ведёрке, блюда с разными закусками… Но где же моя красавица?
— Алиса!
Как только позвал её, тут же заиграла медленная эротическая композиция. А потом из спальни появилась она…
Сказать, что удивился — ничего не сказать.
Я завис, разглядывая и оценивая соблазнительный образ: высокие латексные сапоги обтягивают стройные ножки, как вторая кожа, вдобавок — дерзкого красного цвета, словно вызов; на сосках наклейки с небольшими кисточками; на руках ажурные перчатки; трусиков нет; и самый пикантный момент — ушки на голове, похожие на лисьи, и пушистый длинный хвостик, торчащий из аппетитной попки…
«Ух, лиса…» — и это моя девочка.
Она покрутилась, позволяя внимательнее рассмотреть себя. И стала танцевать, извиваясь под ритм музыки, сексуально покачивая бёдрами и трогая себя завлекающими поглаживающими движениями.
— Дразнишь… — приближаюсь к ней.
Но Алиса не позволяет прикоснуться и обнять. Поманила за собой пальчиком. Резко развернулась и грациозно направилась в спальню, продолжая заигрывать со мной.
— Хищница… — плетусь за ней, пойманный в сети мгновенно и попавший под её чары. Попутно снимаю пиджак и галстук, кидая вещи на пол.
В комнате ждал очередной сюрприз. На кованом изголовье кровати висят кожаные ремни.
— А ты подготовилась… — раздеваюсь полностью. И как хорошо, что принял душ на работе перед тем, как собрался домой, не нужно тратить время на это сейчас.
— Ложись, — произнесла томным голосом.
— То есть..? — не сразу понял намёк, вернее — растерялся, не рассчитывая, что услышу подобное…