Скользкий лёд мечты (СИ)

— Ну, ну, жди… А зачем же аборт тогда делать? Справка о беременности в ЗАГС и сразу распишут.
— Нам так нельзя…
— Почему же? — усмехнулась уборщица, — Хочешь свадьбу, белое платье, первую брачную ночь, а уж потом детишек?
— Какое ваше дело?
— Какое мне дело? Да никакого, надоело просто на таких дурочек в розовых очках смотреть, как ты! Неужели ты думаешь, что парень, заставивший сейчас делать аборт, женится на тебе через полгода? Что думаешь, он повзрослеет?
— Он взрослый…
— А! Ну тогда все понятно! Нашел себе дурочку малолетнюю, и она во все верит!
— Оставьте меня в покое! Моете полы — вот и мойте! — резко выпалила Лена.
— Синицкая Елена, это вы? — спросила выглянувшая из кабинета медсестра.
— Да…
— Проходите, — сказала та и Лена вошла в кабинет.
— Присаживайтесь, — сказала медсестра, указав на кресло, — Врач сейчас придет.
Через некоторое время Лена уже сидела в коридоре и горько плакала. Ей было так обидно слышать все то, что говорила ей уборщица, словно она малолетняя потаскушка, на которой пробу ставить негде. Столько колких слов и унижений в ее адрес и за что? За то, что она живет с мужчиной, который старше ее, и который не может обнародовать их отношения из-за своего статуса?
— Лена, это ты? — неожиданно услышала она за спиной знакомый голос. Это оказалась Ника.
— Ника?
— Почему ты плачешь? Что-то случилось? Что ты тут делаешь? — поинтересовалась девушка и тут же сама догадалась, — Ты что, на аборт приходила? — тихо спросила она, положив руку Лене на плечо.
Лена не знала, что ответить и просто глотала слезы.
— Ну что ты плачешь? Все в жизни бывает, — по-доброму, сказала ей Ника.
— Мне даже уборщица тут такие вещи наговорила!
— Кто?! Уборщица?! Да пошла она! Хочешь я ей скажу пару ласковых?!! — многообещающе предложила Ника.
— Нет…
— А мальчик твой знает, что ты тут?
— Да…
— Любишь его?
— Очень.
— Значит, все будет хорошо, — улыбнулась Ника.
— Он говорил, что женится на мне в январе…
— А ты не уверена?
— Не знаю…
— Все у вас будет, и свадьба, и дети. Да и какой тебе сейчас ребенок, тебе к новому сезону готовиться надо! Вы с Эдиком такие надежды подаете!
— Я и готовлюсь…
— Вот и правильно! Это не от него? — вдруг предположила Ника.
— Нет! Эдик тут не причем!
— Понятно. Все, вытирай слезы, я отвезу тебя домой, — предложила Ника.
— Хорошо, — согласилась Лена, но потом специально попросила высадить ее у супермаркета на углу, чтобы Ника не узнала, в каком доме она живет, и чтобы не дай бог, ничего не заподозрила.
Кирилл вернулся после тренировки поздним вечером. Света в квартире не было, он решил, что Лена спит и постарался вести себя как можно тише. Он выпил стакан сока, принял душ и вошел в спальню. Тихонько лег на кровать, и только тогда почувствовал, что Лена не спит. Не спит и просто плачет.
— Маленькая моя, ты не спишь? Что случилось?
— Ничего.
— Тебе больно?
— Мне обидно. Обычная уборщица наговорила мне такие слова…, словно я подстилка безмозглая…
— Прости меня, это я виноват, что тебе пришлось через это пройти. Прости… Больше этого не повториться. Никогда. Когда бы ты ни забеременела, мы будем рожать. Обещаю, — ласково говорил Штоколов, вытирая слезы с ее глаз.
— Кирюша, а можно вопрос?
— Кончено, девочка моя, тебе все можно, — улыбнулся Кирилл, и поцеловал Лену во влажную от слез щеку.
— А многие девушки ждали от тебя детей?
— Ну, может быть, есть такие, о которых я не знаю, а так двое. Ты третья. Первый раз очень давно, лет пятнадцать назад, мы оба были молоды и оба решили, что ребенок ни к чему, тем более, что и планов на серьезные отношения не было ни у меня, ни у нее. А потом Кристина… Но карьера в Голливуде на тот момент стала для нее приоритетна, и она сделала аборт. Я вернулся вечером домой, а она сказала, что ребенка не будет. У нас случился крупный скандал. Наверное, в тот момент я и понял, что не смогу уехать в другую страну с женщиной, которая в одиночку, втайне от меня принимает такие решения. Она сказала: «В конце концов, матка моя, что хочу то и делаю!» И что-то оборвалось… Больше мне о беременности никто и никогда не говорил. Я очень хочу, чтобы у нас появился малыш, просто попозже, может через годик? Да?
 
— Как получится, — улыбнулась Лена, понимая, что пока Кирилл не оформит с ней отношения официально, больше она беременности не допустит.
Темченко действительно делал на пару Елены и Эдуарда большую ставку, поэтому увеличил для них время тренировок. Так и Лена и Кирилл практически целые дни проводили на одном катке. И Лене от этого становилось максимально некомфортно. Вроде бы вот, он ее родной и любимый человек, с которым она еще утром пила кофе на кухне, сейчас словно чужой. К нему нельзя подойти, нельзя поцеловать и шепнуть что-то ласковое на ушко. Для всех вокруг они не то, что не пара, они даже не знакомые! Лена смотрела на то, как в небольших перерывах к Штоколову подкатывают разные девушки, кокетничают и смеются. Кое-кто тоже занимался на катке, кто-то просто знал, что его можно поймать здесь и умудрялись пробраться в здание дворца, чтобы взять автограф. Он мило им улыбался, что-то говорил и девочки начинали покрываться румянцем. Лене порой хотелось подбежать и дать им по рукам, когда они лезли к нему обниматься, с криками: «Мое не трогайте!», но она понимала, что так нельзя… Для всех — он свободен. Но уговор это одно, а видеть воочию — другое!
— Лен, что такое? Ты вообще не собрана! — прикрикнул на нее тренер, — О чем ты думаешь? Куда ты смотришь?! Партнер перед тобой, кроме как его, ты замечать никого не должна. И думать нужно о программе, а не в облаках витать! Перерыв полчаса и чтобы вернулась сосредоточенная! — скомандовал Олег и отошел от бортика.
— Лен, правда, у тебя все нормально? — поинтересовался Эдик.
— Да, прости. Сейчас я соберусь, — пообещала Лена. И как ей казалось, она взяла себя в руки, но ровно до того момента, пока не заметила, как Кирилл направился с какой-то девицей в сторону кафе. Хотелось, броситься за ними вслед, усесться за соседним столиком и наблюдать. Но Эдик и Олег уже ждали ее на льду. До боли сжав кулаки и зубы до скрипа, Лена отправилась на лед.
Какого же было удивление Елены, когда, окончив тренировку, она увидела, что Штоколов все с той же девицей выходят на улицу и садятся в его машину! Лене хотелось просто броситься под колеса! Но пришлось просто поехать домой и готовить любимому мужчине ужин. Вернулся Кирилл вскоре, и честно сказал, что подвез девушку до дома и не более.
— Лена, пойми, для них я свободен. Я же не могу сказать: «Девушки отойдите от меня на расстояние метра, на нас моя жена смотрит!»?
— Я тебе не жена.
— Лена, ты же понимаешь, что это дело пары месяцев. Я считаю тебя своей женой, но я живу по определенным законам жанра… Пока не время афишировать наш роман, тем более что тебе нет еще и восемнадцати.
— Я понимаю, — обреченно кивнула Лена.
— Я обещал, что не пересплю ни с одной женщиной кроме тебя, я держу свое слово, а обед в кафешке, это просто ерунда.
— Знаешь, из-за того, что увеличилось время тренировок, я ничего не успеваю по дому. Может мне уйти из спорта? — неожиданно спросила Лена.
— Зачем? Давай лучше домработницу наймем!
— Я не хочу домработницу, я хочу вести хозяйство сама. И вообще, для меня спорт, это не вся жизнь… Это ты — гений фигурного катания и твоя жизнь без катка — не жизнь, а у меня иначе…
— Тем не менее, ты не должна уходить из спорта для того, чтобы готовить мне ужины и драить сковородки!
— А я бы хотела…, - пожала плечами Лена.
— Подумай, уйти просто, а вот вернуться… Я бы не торопился, — посоветовал Лене Кирилл, и девушка решила еще раз все взвесить.
Лене было крайне не просто, находиться рядом с Кириллом на одном катке и играть роль незнакомой ему девочки. Но, тем не менее, бросать спорт из-за этого было бы глупо. Тем более, Лена понимала, что это ненадолго. Во-первых, они скоро поженятся и рано или поздно всем станет известно, что Штоколов не свободен, а во-вторых, после Чемпионата мира он окончательно уйдет из спорта, а значит и на катке больше не появится.