Останусь только попроси (СИ)

Генерал вернулся не меньше, чем через час, мы уже успели изрядно измотать себя пустым ожиданием и сотнями догадок, что безостановочно крутились в наших головах.
— Почему так долго? — соскакиваю с места и спрашиваю, как только генерал пересекает порог кабинета.
— Успокойся, там всё не так просто, — усаживаясь за свой стол произносит он.
С непониманием смотрю как столь уважаемый человек ставит свои руки на стол и опирает на них голову. Напряжение в кабинете нарастает и даже мухи сидят по углам в ожидании ответов.
— Если вкратце, то это ваш Серёга. Его изрядно потрепали перед тем, как убить. Родители узнали его только по одежде и родинке на правой лопатке.
— Тогда в чём сложность? — не выдерживаю затянувшейся паузы.
— Проблема в том, что у него в кармане была найдена записка. И если тебя сильно волнует причастность к этому преступлению, то твоей вины тут нет.
Громко выдыхаю. На душе стало намного легче. Огромный камень вины, что давил мне на грудь рассыпался в песок и провалился в решётку канализации.
— О чём была записка? — не успокаивался я.
— Если дословно, то: "Никто не смеет воровать у той руки, с которой ест сам." Это послание скорее всего всем, кто работает на предполагаемого убийцу. Парень сильно ошибся. Такие дела в их мире не прощаются.
— Значит я тут вообще никаким боком? — задаю волнующий вопрос, чтоб быть полностью уверенным. Уже ничего не соображаю. Помню, что генерал говорил что-то подобное. Но нервы ни к чёрту.
— Нет, расслабься. Но вам стоит быть начеку. Думаю, то, что ты вытворил на парковке так просто не сойдёт тебе с рук. Может ещё какие грешки есть? — подозрительно косится на всех нас поочерёдно.
Вспоминаю угрозы Марины, но с ней я разберусь без привлечения полиции. Не те у нас отношения, чтоб так сильно напрягать блюстителей закона.
— Остальное всё решаемо, — уклончиво отвечаю и мы с парнями пожелав лёгкого расследования сваливаем из участка.
Теперь это место не будет мне казаться таким беззаботным как в детстве. Одно убийство, чувство своей вины, и ты уже ощущаешь не радость от нахождения здесь, а панику, что окажешься на одной скамье с разным сбродом.
— Андрюх, пока не поздно, надо бы отрубить прогу на телефоне погибшего. Не хотелось бы, чтоб её нашли следователи.
— Будет сделано, сейчас сгоняю и подчищу все следы. Даже комар носа не подточит, — он прыгает в свою тачку и сваливает.
— Что будем делать? Скоро и на нашу улицу придёт большой дядька за расплатой, — друг говорит очевидное.
— Понятия не имею, Кирыч. Будем готовиться. Мне кажется, стоит поставить отслеживающие устройства всем, кому может грозить опасность. Полиция, конечно, хорошо, но стоит перестраховаться.
— Согласен, пойду к своим и соберу необходимые вещи. Напоминаю, что не стоит ограничиваться только телефоном. Надо достать у каждого такую вещицу, с которой они никогда не расстаются. Только не спались, лишняя паника нам не к чему.
— Это будет проблематично, но думаю справлюсь, — скидываю сообщение Андрюхе. — Он хоть и сирота, но мало ли есть кого оградить. Он последнее время стал загадочным.
— Влюбился, наверное, парень. Не только же тебе ходить слюни пускать, — заржал друг.
— Не пускаю я слюни! — отвечаю слишком резко.
— Да, да. Мы видели, как ты прожигаешь Алину глазами и не смотри на меня так, это слишком очевидно.
— Ладно, возможно она мне немного нравится, — решаю съехать с темы.
— Я так и понял, — уже садясь в машину выкрикнул друг и скрылся из поля моего зрения.
Первым делом надо оградить Алину от всех проблем. Она больше всех подвержена опасности. Никто не рванёт в дом, где полно ментов, а значит моя семья пока в безопасности. Сажусь в тачку и направляюсь к уже знакомому дому.
  
Глава 25
 
Алина
Этот день не перестаёт меня поражать. Рома со мной не разговаривает, видимо обиделся на то, что я не сдержала эмоций из-за убийства и нахлынувших переживаний. Костя с друзьями опять исчез после первой пары. В голове полный хаос, а ясности толком никто не может мне дать.
 
Сидя на второй паре нам читали лекцию о необходимости применения экономики. Примерно на половине к нам зашли полицейские и забрали Рому. Он что может быть причастен к убийству?
Еле дожидаюсь окончания последней пары и сломя голову несусь в полицейский участок. Он не может быть виноват! Я же не настолько плохо разбираюсь в людях, что подпустила к себе убийцу? Вспоминаю утреннюю стычку возле универа и откидывают от себе все подозрения. Второй раз подряд я не буду его безосновательно обвинять в тяжком преступлении. Он просто что-то знает, поэтому его и забрали.
Залетаю в участок и пытаюсь объяснить мужчине в форме свою ситуацию. Он смотрит на меня словно на умалишённую. Мои попытки выяснить куда и зачем забрали моего друга с треском проваливаются. Мужчина уже чуть ли не силой выталкивает меня из участка со словами: " Если он ваш близкий, то с вами свяжутся в ближайшее время". А он ведь мне, по сути, никем не является, как мне позвонят то? Пытаюсь ещё раз донести информацию до сотрудника в форме, но всё тщетно. Выпроводив меня на улицу, он уходит обратно, а я сажусь на ступеньки крыльца и решаю ждать во что бы мне это не стало.
Несколько минут спустя на крыльцо вышел мужчина в возрасте, не разбираюсь в званиях, но выглядел он так, как будто ему принадлежит весь мир.
— Зачем такая юная особа сидит на бетонных ступенях? Это вредно для женского здоровья, — обращается он, судя по всему, ко мне.
— Моего друга привезли в участок, хотела узнать, что и как, но меня отказались впускать, — обессиленно говорю ему.
— Ты мне кого-то напоминаешь, — потирая усталые глаза говорит мужчина. — А, ты случайно не Алина Крупская?
— Она самая, откуда вы меня знаете? — спрашиваю, вставая со ступенек.
— Да есть у нас с тобой общие знакомые, не более того. Не стоит так пугаться. По какой причине говоришь ты тут?
— Моего молодого человека забрали с пар и привезли в участок. Не знаю, что он натворил, но очень переживаю.
— Молодой человек говоришь… А кем же тогда тебе приходится Константин Таманский? — сводит брови к переносице и смотрит мне прямо в глаза.
— Откуда вы его знаете? Только не говорить, что и его задержали?
— Нет, с ним всё намного проще. Он и есть наш с тобой общий знакомый. Я отец одного из его друзей. Кирилла, если вы с ним знакомы.
— Ого, не думала, что у него есть такие хорошие знакомые. А может вы сможете мне помочь и узнать причину задержания Ромы? — вдруг меня осеняет эта мысль и слова вылетают раньше, чем я могла бы подумать. Ещё неизвестно, что там Костя про меня наговорил такого, раз меня знают в полицейском участке. С ним я потом разберусь.
— Ну отчего бы не помочь подруге моего близкого знакомого. Пойдём, раз уж пришла, — он указывает в сторону входа и мы направляемся обратно в участок.
Гордо подняв голову, вверх прохожу мимо того дядьки, что совсем недавно вытолкал меня на улицу. Еле сдерживаюсь, чтоб не показать ему язык. Расфуфыренный индюк. Он испуганно смотрит нам в след белея словно наштукатуренная стена. Удивительный человек скажу я вам.
Мужчина, что так и не представился заводит меня в тёмную комнату с огромным стеклом вместо стены и сразу поясняет, что по ту сторону стекла проводят допросы. Ну конечно, я б сама не догадалась. Хотя он прав, первый раз в жизни вижу такую комнату в живую. Раньше только в кино и мне казалось, что это всё выдумки.
В комнате, что по ту сторону стекла на деревянном стуле сидит Рома, начинаю ему махать и несколько пар глаз, что находятся в помещении вместе со мной странно на меня смотрят.
— Он не видит тебя, — поясняет мой новый знакомый. — Только мы можем видеть происходящее, но не наоборот. Это сделано специально для защиты свидетелей.
— Оу, я думала это выдумки заядлых киношников.
Мне жестом показываю, что пора замолчать и мой мозг начинает воспринимать происходящее. Роме то и дело задают кучу странных вопросов. Кто он? Откуда? Как давно знаком с каким-то там Сергеем? Как давно они виделись в последний раз? И ещё кучу всего. Он же в свою очередь на всё это отвечает совершенно спокойно. Меня это даже немного удивляет. Я б точно начала сходить с ума от накатившей паники. Мой слух улавливает очередной вопрос. Словно в школе поднимаю руку и смотрю на мужчину, что привёл меня сюда. Он кивает головой тому, кто сидит за столом и тот нажимает какую-то кнопку.