Попаданка за пять монет (СИ)

Мне представилось, как я подписываю договор кровью, этакую дарственную «два месяца своей жизни я отдаю товарищу Эйнштейну в обмен на экзамен по квантовой физике». А потом, когда-нибудь, живу на два месяца меньше положенного мне Всевышним.
Потрясающе! На несколько секунд я просто зависла, не зная, как реагировать на предложение святила отечественной физики.
— Кгм… — видимо старый профессор оценил выражение моего лица. — Да не беспокойся ты, Анечка! Я не вампир, высасывающий жизнь из наивных студентов и студенток. Прошу прощения. Точнее будет сказать: я предлагаю тебе пожертвовать два месяца своей жизни на благо отечественной науки. Ты молодая, ничего страшного, если два месяца как бы выпадут из твоей жизни.
— Я вас не понимаю, Борис Семенович! — искренне сказала я.
В тот момент мне уже хотелось схватить сумочку и убежать, несмотря на поправки, внесенные им в последних фразах.
Но было и другое чувство — любопытство. Вот прямо зазудело под кожей, что такое он имеет в виду. Наверно, это чувство и заставило меня остаться на месте и ждать продолжения странного «сюра», свалившегося мне на голову…
— Так сейчас я тебе все объясню! — видя, что я все еще тут, обрадовался Эйнштейн. — И покажу. Понимаешь ли, Анечка, мне удалось достичь большого прогресса в понимании квантовых процессов, протекающих в нашей Мультивселенной…
Ах да, вспомнилось мне. Эйнштейн ведь апологет теории Мультивселенной, столь популярной в наше время.
А гласит теория, что Сущее состоит не из одной Вселенной (ну или мира), а из многих. Поэтому и «Мульти». Сейчас даже кучу объяснений и обоснований этому придумали. Некоторые из них как раз из области квантовой физики, как, например, «теория мембран», из-за которой я оказалась не в состоянии сдать Эйнштейну экзамен…
Раньше другие миры были прерогативой фантастической литературы. А теперь еще и науки. И некоторые вполне серьезные ученые этим занимаются.
— Так вот, Анечка… — продолжил «сумасшедший профессор». — Мне удалось создать прибор… Смотри, эта призма… — он пошарил рукой на дальнем конце стола и взял в ладонь большую яркую призму, отливавшую разными цветами радуги. Прибор она мало напоминала, скорее просто цельнокроеный кусок стекла. Призма как призма. — Она помогает человеку совершить квантовый скачок в другую Вселенную нашей Мультивселенной. Можно сказать — в другой мир! Сегодня как раз подходящий день. Вот я и предлагаю… — Эйнштейн опустил глаза, видимо, ему все же было неудобно предлагать студентке заведомый бред, — тебе отправиться на два месяца в другой мир. По моим расчетам, время в другом мире ведет себя по-другому. Ты проведешь там два месяца, а потом квантовые процессы потребуют твоего возвращения. Перед тобой откроется «портал», и ты сможешь вернуться. Сюда. В это место и в этот же момент времени. Получается, что ты проведешь два месяца в другом мире, а в этом — потеряешь их. Но мне кажется, в твоем возрасте это еще не страшно… Твоя задача — провести там время, а потом изложить мне, что там было. Особенно важно — как именно прошел переход.
Все ясно, подумала я. С каждым его словом мне становилось все спокойнее и яснее.
Эйнштейн и верно сумасшедший. В смысле Борис Семенович сумасшедший, про Альберта ничего не могу сказать.
Может, он всегда был такой. А может, сошел с ума к старости. Бывает ведь и деменция, и старческая шизофрения… А может, Альцгеймер какой закрученный!
Дедок, видимо, любит не только свою науку, но и фантастику. Начитался всякого разного, вот его бред и принял именно такую форму.
Одновременно у меня сложилась четкая картина, как было с ним у Кирюхи с Сеней… А заодно стало ясно, как вести себя мне.
Видимо, Кирилл с Сеней пришли, светило предложил им нечто подобное. Они и согласились, понимая, что дед не в себе, а выгоду получить можно. Потом наплели ему с три короба, как там они путешествовали в других мирах (или о чем-то еще!). Он им экзамен и поставил.
Похоже, и мне нужно поступить так же. Потому что спорить с сумасшедшими опасно. Да и вылетать из Университета из-за безумия старого ученого — жалко.
 
Потом, может быть… как-то намекнуть в деканате, что Борису пора бы на пенсию по состоянию здоровья… Ведь кто знает, что он выдумает в следующий раз! Вдруг потом, чтобы попасть в другой мир, нужно будет, чтоб в этом тебя зарезали!
В общем, сейчас мне лучше делать вид, что я со всем согласна.
Неприятно врать старику, но другого выхода я не видела.
— Ну что, Анечка? Тебе подумать нужно, наверно. Подумай, только не очень долго, — сказал Эйнштейн. — Ведь призму нужно использовать именно сегодня, при определенной фазе Луны и Юпитера…
«Точно сумасшедший, раз астрологию приплетает!» — подумала я, окончательно убеждаясь в своих выводах.
— Борис Семенович, — сказала я, стараясь никак не показать, что именно я думаю по поводу его «бреда». — Ориентировочно я согласна. Но позвольте несколько уточняющих вопросов?
— Конечно, конечно, Анечка… Спрашивай.
— Этот эксперимент вы ставите в первый раз?
— Да… Предыдущие, понимаешь ли… не удались. Призма не срабатывала, — грустно признался Эйнштейн.
Ага, подумала я, значит, у Кирюхи с Сеней было что-то другое. Какой-то другой смешной эксперимент.
А я должна стать путешественником-первопроходцем в иных мирах по версии Бориса Эйнштейна. Круто!
— А почему вы не отправитесь туда сами?
— Так кто меня отправит? — недоуменно ответил Эйнштейн, словно я спросила какую-то околесицу. — Этим квантовым прибором, знаешь ли, нужно правильно управлять. И никому, кроме себя, я доверить его не могу. Да и честно говоря, в моем возрасте уже жаль два месяца жизни… Еще помру на чужбине от старости, а сын будет лить крокодильи слезы на моей могиле да подсчитывать мои сбережения… Нет уж, не дождется!
— Понятно, — кивнула я. — Борис Семенович, а где гарантия, что я не погибну в другом мире? Что я вообще там выживу? Что там подходящая атмосфера и можно дышать?
— Ох… — вздохнул он. — Вот вечно вы, люди, о ерунде думаете! И не понимаете ничего — потому что учиться не хотите толком! — на секунду глаза Эйнштейна гневно сверкнули. — Вот, если бы ты разобралась в теории мембран и в моих квантовых выкладках, то знала бы, что при квантовом скачке тебя может перекинуть только в подходящие тебе условия. В такие, где квант вроде тебя прекрасно может существовать. Кроме того, согласно моим выкладкам, наш мир — худший из миров. Самый жестокий и варварский в плане отношения разумных существ друг к другу. А значит, в другом мире тебя примут с распростертыми объятиями, помогут, как бедной этой… как в литературе называется девушка, которая попала в другой мир?
— Попаданка, Борис Семенович.
— Вот! Помогут бедной попаданке. Тебе останется дождаться, когда через два месяца откроется портал, и вернуться. Наверно… — Эйнштейн мечтательно прикрыл глаза, — это будет, словно ты увидела дивный сон, Анечка… Ну, когда вернешься и будешь вспоминать.
— Хорошо, а если я не захочу возвращаться? — я решила на всякий случай выяснить все нюансы, чтобы через несколько минут после своего «возвращения» сочинять достоверно.
Вот уж не думала, что этим вечером мне придется попробовать себя в роли писателя-фантаста!
— Ну и не вернешься тогда, — пожал плечами Эйнштейн. — Никто не мешает тебе остаться. Портал схлопнется минут через пять — и все. Жаль только, что тогда меня объявят маньяком, расчленившим твой труп. Закончу свою жизнь на нарах. Ты, кстати, кому сказала, что идешь ко мне? — он поглядел на меня хитро и с подозрением.
— О, очень многим своим друзьям! — соврала я на всякий случай. Потому что от фраз про маньяка по спине пробежали нехорошие холодные мурашки. Нужно срочно врать, получать экзамен — и спасаться бегством…
 
— Тогда давай уж, возвращайся. Не ради меня — так из долга перед отечественной наукой! — назидательно поднял палец вверх Эйнштейн и взглянул на часы. — Если согласна — поехали. Время уходит, Юпитер уже сдвинулся…