Попаданка за пять монет (СИ)
А потом я остановилась. Дверь передо мной… прогнулась, как в фильме ужасов, и… исчезла. За ней была… нет, не пустота. Просто мешанина разных предметов, которые искажались, наваливались друг на друга…
«У меня тут в спальне еще и ничего! Не полный дестрой», — подумала я.
А в следующий миг все поняла.
Мир схлопывался. То, что должно было случиться в будущем, уже происходило. Так вот как это выглядит, подумала я. Неужели это конец?!
Я даже и прожить свое попаданство в полной мере не успела! Вот куда меня отправил Эйнштейн — на убой! Вернее — на раздавление мешаниной предметов.
— Гадор! — снова в отчаяньи закричала я. — Мать твою… ты … где?
Это «мать твою» было отборным русским матом, который вырвался из меня в самой критической ситуации. Даже сейчас от этого немного полегчало… Русская я все же!
Может, магия Гадора как-то нам поможет? Вдруг у дракона есть что противопоставить кошмарному апокалипсису?
Но дракона не было. Никого не было, а проклятый потолок выгнулся пузырем и… упал мне на голову.
Вот и все, подумала я. Бесславная смерть от искаженной материи.
Но должно же быть больно… И я страшно заорала, прикрывая несчастную голову руками, в ожидании предсмертных мучений…
— Анечка… Да просыпайся же ты! — услышала я тот голос, который так хотела услышать в ужасе армагеддона.
Услышать его усмешку, его ехидные, но уверенные интонации. Ощутить себя под защитой.
Я распахнула веки и уперлась взглядом в озабоченный взгляд Гадора. Он, одетый в одни черные штаны, держал меня голую на руках, как ребенка — сидел при этом на кровати.
Уфф… пронесло, подумала я. Это просто сон. И слезы неуправляемо потекли из глаз от облегчения. Я инстинктивно уткнулась лицом в сильную грудь дракона, забыв думать о своей наготе и о его влечении ко мне. Ну, и о своем влечении, значит, тоже…
— Тихо… тихо… Вот я знал, что тебе нужно спать со мной. Что за кошмар приснился? — почти ласково сказал дракон и… погладил меня по голове.
Потом странно хмыкнул, блеснул глазами и переложил меня на кровать. Тщательно укрыл одеяльцем, прямо закутал.
— Что тебе снилось? — напряженно спросил он.
— Я орала, да? — проигнорировала его вопрос я.
— Да, звала меня, — криво улыбнулся он. Но мне показалось, что он доволен этим. — Называла по имени и всякими еще… словами.
Ага, я ж на него матом ругалась, захихикала я про себя.
— Да, я думала… ты можешь помочь… Спасибо, что разбудил… — промямлила я. Пережитый ужас поселился в теле, в голове, мне казалось, что меня только что вытащили из-под завала.
— Ну так что ты видела? — очень серьезно спросил дракон.
Так… нужно как-то не подставить Сэма с Махрыней. Не показать, что я уже прекрасно понимаю, что мог значить мой сон.
— …Ну… на меня упала стена, потом другая… Потом прогнулся потолок… Потом я увидела, что вся материя как-то деформируется, разрушается… Словно все валится на все — одновременно… Ты меня разбудил как раз, когда я должна была умереть… — начала я.
— Понятно, — без всякой интонации бросил дракон и задумчиво поглядел на меня. Потом отвернулся на мгновение. И снова — взгляд на меня. Интересно, расколется или нет, подумала я… Но вместо ожидаемых объяснений, Гадор сказал: — Второй уровень. Пифия второго уровня уже.
— Что это значит? — я даже подскочила на кровати.
— Ляг. Объясню. Пифии и предсказатели бывают трех уровней. Самый сильный — первый. Третий уровень — способность видеть будущее при помощи гаданий. Как ты делала это вчера днем. Второй — видеть будущее во сне. Первый — в форме видений, встающих перед глазами наяву. Мой братишка прав — у тебя потенциально первый уровень. И уже проснулся второй…
— Так что?! Ты хочешь сказать, это будущее?! Я видела будущее?! — ужаснулась я и инстинктивно вцепилась рукой в голое плечо Гадора.
— Да. Это будущее. Если ничего не изменится. Иногда оно меняется — так гласит теория предсказаний.
— Так что же… Будет апокалипсис? — холодные мурашки волной пробежали по спине. Стало страшно и холодно, как в могиле.
Дракон опять глядел на меня почти ласково… Ну вот, сейчас расколется, подумала я. Только не легче от этого…
— Ну я надеюсь, что все же нет, — вместо этого сказал он тоном утешающего отца. От этого тона мне снова захотелось плакать. — И тут… многое зависит от нас. Давай спать.
Одним движением перескочил через меня, лег на кровать и сграбастал меня в охапку. Разместил мою голову у себя на груди. И… я тут же заснула снова.
Наверно, дракон меня усыпил. И больше мне до утра ничего не снилось.
И вообще на груди дракона, видимо, спалось шикарно. Поэтому проснулась я все такая выспавшаяся, отдохнувшая (милая побочка магического сна… или пребывания в объятиях Гадора?).
И одинокая. Потому что рядом со мной больше никого не было.
Лишь слегка смятая кровать. Я даже пожалела, что драконистый ректор уже покинул наше супружеское ложе. Когда его нет — то и спокойствия нет.
Эх, Анечка, Анечка, ну неужели ты решила пойти по стопам всех этих книжных героинь, которые влюблялись в своих властных драконов?
Нет, соблюдать договор, быть приличной женой — да. Но не влюбляться же… И не западать на его мужественное присутствие! Иначе как я буду жить, когда вернусь в свой мир? Сердце, разбитое разлукой, мне совсем ни к чему.
Если вернусь, конечно…
Если меня тут потолком не придавит и стенками не завалит.
А в следующий миг сердце зашлось в тревоге. Дракон говорил, что ночью мне снилось будущее. Почему? Потому что он думает, что я не знаю про возможный апокалипсис. То есть, если я увидела такие картинки — значит, это возможное будущее.
А вот я знаю, что я знаю, что будет апокалипсис (если мы это не исправим). Значит, скорее мой сон — это подсознательная визуализация сильного впечатления прошедшего дня. Нормальный такой кошмар после тревожных новостей…
Но… я ведь, и верно, пифия! Вдруг дракон прав!
Нет, все. Слишком все страшно и серьезно.
Пора поговорить с ним начистоту. Ну хоть про «эффект Эйнштейна». А то я с ума сойду от непонятностей.
Я спустила ноги с кровати, оглянулась в поисках хоть какой-нибудь одежды. Но вчерашнего наряда и в помине не было. И ничего другого тоже.
Этот огнедышаший мог бы мне дать камеристку, как это положено в книгах, подумала я. Ну правда? Попала, значит, в замок к монстру, сидит взаперти — и тут вместо мучителя приходит девушка (или бабушка) и представляется служанкой…
А мне нет, все самой делай, одежду там ищи непонятно где…
Никакого почтения к попаданкам!
И тут дверь открылась и на пороге появился… хм… опять.
Ему нравится это что ли?
В смысле шокировать меня своим появлением с подносом.
Да, на пороге стоял Гадор в темно-синем костюме с иголочки, весь такой подтянутый и элегантный. А в руках у него был поднос с дымящейся яичницей на тарелке. От подноса (и Гадора) исходил умопомрачительный аромат местного кофе (напитка из плодов Мэй, назовем его «мофе»), а в середине — снова стоял букетик. Крошечный букетик синих цветов. Очень красивый такой, умилительный.
Ах, супруг мой огнедышащий, какой ты заботливый и романтичный!
— Спасибо огромное! — я прикрылась одеялом и поглядела на него восторженным благодарным взглядом. — Мне так приятно, что ты решил за мной поухаживать!
Ну правда, приятно же! И так неожиданно… Последний, от кого я ожидала подобного «явления» по утру.
— Пожалуйста, — с неулыбчивым сосредоточенным лицом бросил дракон. — Так удобнее. У меня мало времени. Экономлю. Пока ешь — как раз поговорим. Потом наденешь вот это, — он кивнул в сторону дальнего угла, где на вешалке висело прежде незамеченное мною синее платье. — И пойдешь на лекцию. Ешь скорее. И слушай, — и присел на краешек кровати, установив ножки подноса-столика по две стороны моего тела.
Видимо, сейчас моя нагота под одеялом его никак не трогала.
Обидно даже…
Может, привык за ночь? Надоела?