Издатель (СИ)
«Ну е-мое. Знал ведь, что так будет, хотел ещё из дома ножичек складной прихватить», — подумал Сивый, но хорошо думать задним числом, а пацаны то — вот они.
Сивый попытался извернуться, но куда там — силы были несопоставимы, а положение для ответного удара совсем неудобное.
Гопники действовали синхронно. Пока Зяблик стремился продырявить Борей дыру в автомате, Погорелов принялся шманать карманы брюк. Кротов стоял на шухере и оглядывался, дабы ментов не вызвал никто.
— Ты че делаешь, Васян? — прохрипел Сивый.
Васька не ответил, выскреб с карманов Сивого небольшую горстку копеек, заметно прохудившуюся после заказа «королевской газировки», мельком глянул на номинал.
— Слышь Зяблик, тут и двадцати копеек не наберется! Че за туфта?
— Везде смотрел? У него должны быть бабки, он же теперь популярный такой и к Жабе домой ходит! Этот ему точно бабки отстёгивает!
Васька пошёл шерстить задние карманы, не найдя там ничего, сел на корты и поискал в носках.
— Пацаны давайте быстрее, еп вашу мать! — торопил Кротов, явно потрухивая. — Там вон люди ходят.
— Вася ищи тщательнее, у него до хрена бабла! — рычал Зяблик. — Его в столице приметили, отвечаю!
— Ничего, — Погорелов развёл руками, подымаясь.
— Может велик заберём, продадим? — закидывал Кротов, полуприседая от напряжения и вращая башкой.
— Саня ты баран, а если он заяву накатает? Тебя вместе с этим великом отправят на нары!
— Может в трусы убрал? — предположил Кротов. — Горелый, посмотри! Точно там прячет, я тебе говорю!
— Слышь я не буду ему яйца щупать, пошёл ты! Зяблик, скажи?
Антон остался солидарен с Погореловым, лезть Сивому в трусы никто не стал. Но Зяблик ещё сильнее вдавил локоть Боре в горло.
— Где бабки?!
— Какие были ты уже забрал, — прохрипел Сивый, пользуясь тем, что Тоха чуть хватку ослабил.
Всерьёз сопротивляться из положения в котором он оказался не получалось. Зяблик не стал повторять вопрос и апперкотом ударил Борю в область солнечного сплетения. Сивый рухнул на асфальт, удар прочувствовал — закашлялся, чувствуя как перехвалило дыхание.
— Вставай, простудишься! — Зяблик схватил его за шиворот, подымая на ноги. — Ты думаешь тебе за просто так сойдёт свои грабли распускать! Ты мне чуть нос не сломал, имбецил!
— Могу обратно поправить... — выдавил Сивый в перерыве между судорожными попытками хватать воздух ртом.
«Сука, ударил так, что звездочки перед глазами проплыли, но ничего надо его бдительность немного усыпить...».
— Бабки говорю где? — не отступал Антон, брызжа слюной из открытой варежки.
— У дедки бабки...
— Он врет, по глазам вижу, чешет как дышит! — подвякивал Горелый, подначивая Зяблика к более решительным действиям. — Анчоус тоже говорил — денег нет, денег нет!
«Понятно все с вами, пацаны», — подумал Сивый. Зяблик, стоило ему новое тело получить, в гоп-стоп ударился. Он и в прежнем теле агрессивный был, за что регулярно по шапке получал, а тут совсем распоясался. И с пацанами отныне у Сивого пути расходятся.
— Тогда выбирай — по печени или в челюсть? — велел Антон.
Однако выбирать Сивый не стал, стоило восстановить дыхание и он изловил момент, когда Зяблик чутка расслабился. И со всей дури вмазал ему по яйцам остриём своего туфля.
— Су-у-у-ка!
Зяблик согнулся пополам, держась за промежность и шипя.
«Вот тебе и туфли пригодились, бабуля как в воду смотрела, когда к встрече с Жабой собирала», — приметил Борис Дмитриевич.
У Погорелова на лоб полезли глаза.
— Лови, лови его! — взвыл Кротов.
Горелый бросился хватать Борю, но тот, имея небольшую фору в виде дистанции, завалил вперёд автомат с газировкой.
Ну как завалил, попытался — попробуй с нынешней комплекцией такую дуру опрокинуть.
Васька все же отпрянул боясь, что автомат его зашибет, запутался в ногах и плюхнулся пятой точкой на асфальт. Бежавший Кротов споткнулся, замедлился.
Сивый трезво оценил ситуацию и бросился к велосипеду. Зяблик держался за промежность, но уже стоял на прямых ногах. Поднимался с асфальта Горелый. Кротов снова бежал на Борю. Что могло произойти дальше Сивый предпочитал не знать. Ничего хорошего. Для Бори уж точно. Схватил велик и закрутил педалями, сваливая подальше.
— Ты попал, Сивый! — орали ему вслед юные горе-бандиты. — Встрял, мелкий!
Через минуту от улочки с автоматом газировки как след простыл. Борис Дмитриевич сбавил обороты, оглянулся — погони удалось избежать. Да и погоняйся тут, у Сивого привычного ко всякому, скакнул адреналин и педали он крутил быстрее чем перебирает лапками хомяк в колесе. Эмоции, давно подзабытые, притупившиеся с годами, теперь заиграли новыми красками. И Сивый поймал себя на том, что получает настоящее удовольствие от происходящего. Он снова почувствовал себя живым и он был безгранично благодарен тому, кто позволил снова прожить яркую жизнь с самого ее начала.
«Вообще, по хорошему надо подумать как этих бычков-молоднячков в оборот взять» — размышлял Борис Дмитриевич, чуть остывши. — «Люди мне однозначно понадобятся, а эти ребята, если их упорство в нужное русло направить, пригодятся. Да и давно я пацанов знаю, надёжные».
Глава 6
«Циник — негодяй, который вероломно видит мир таким, какой он есть, а не таким, каким должен быть»
Чем заниматься Сивый решил твёрдо — литературой. Это он в начале 2000-х прошляпил свой шанс, а теперь книжный бизнес виделся жирным мясным куском. А размышлял Борис Дмитриевич примерно так. В СССР самая читающаяся нация в мире. Конкурентов досугу существует не шибко много, а что есть — дорого и пока есть далеко не у каждого. А новые впечатления надо где-то брать. В тот же кинотеатр особо не находишься, да и в прокате одно старьё крутят. «Очаги культуры» в виде стихийно возникающих видеосалонов — тоже не каждый день сходишь. Телевизоры в наличии не у каждой семьи, а у кого есть — работает всего парочка телепередач, если антенну правильно накрутишь. Кабельного то тоже нет.
Другое дело бумажная книга — она всегда под рукой, история целая в ней разворачивается, в которую легко можно погрузишься с головой... правда выбора литературы в стране толком нет. Всем надоели русские и советские классики, от которых ломились полки домашних библиотек советского человека. Читателю требовался глоток свежего воздуха в виде перчинки от новых жанров. Каких таких жанров?
«Тут тоже все предельно понятно и не надо на кофейной гуще гадать», — думал Борис Дмитриевич.
Сивый помнил как в своё время стрельнула «жанровая» литература. Как на московский Олимпийский свеженапечатанные книги с пахнущими типографической краской страницами, привозили грузовиками — фантастика, детектив, любовный роман. В ассортименте. Сгружали тоннами, а не экземплярами, а полный грузовик книг распродавался в течение часа и это если день не рыбный, если торговля у книготорговца плохо идёт. Поэтому чем заниматься — понятно сразу. Печатать книги и продавать сотнями тысяч экземпляров, карман бабками набивать. А для того находить и создавать себе новых-старых Пелевиных, Корецких, Анжелик и Кононов варваров. Все эти ребята сейчас сидят на жопе ровно и не в курсах о своём светлом будущем и миллионных продажах своих книжек.
Правда очень скоро Борис Дмитриевич осознал, что в 1991 году между решением открыть бизнес и собственно самим открытием — пропасть целая. Успешному бизнесмену в прошлой жизни, теперь Сивому заново предстояло понять с чего начать двигаться и где наводить суету. Ну в смысле разница между открытием собственного дела в 1991 и в 2023, была примерная такая же, как между луной и солнцем. Если в двадцатых алгоритм регистрации дела был как на ладошке, то в девяностых подобных алгоритмов не существовало в принципе. Так, первые робкие наметки на уровне зарождающегося законодательства и первые регулирующие статьи, и те без пояснений ещё, не более. В остальном бизнесмен сам создавал правила функционирования собственного бизнеса, что малость обескураживало и Борис Дмитриевич, признаться, от этого поотвык. И первым выводом опроверг распространённое утверждение мамкиных бизнесменов, обычно начинавшееся со слов «вот в 90-е на безрыбье, я бы дал бизнесу просраться и взлетел в космос, как Юрий Гагарин».