Месть с привкусом крови (СИ)

Ну что ж, заодно и проверим. Эх, не хотелось портить такой день признаниями, но придётся. Честность превыше всего.
Я соскользнула с кровати и неслышно подошла к Ноэлю сзади. Прильнула к его спине всем телом и обвила руками грудь. Ноэль часто задышал, и я поняла, что он готов развернуться и разодрать в клочья моё платье, чтобы добраться до тела.
— Не надо, — тихо произнёс он, будто стесняясь своих слов.
— Нет, надо, — упорствовала я. — Мне надо поговорить с тобой.
— Этот разговор не может подождать до завтра? — измученно спросил Ноэль, беря меня за руку и целуя пальцы.
— Нет, не может, — я постаралась вложить в голос всю твёрдость и уверенность. — Я должна тебе кое в чём признаться.
Ощутила, как Ноэль напрягся. Он развернулся, и теперь я прижалась к нему спереди. Некие очевидные признаки, спрятанные в штанах, дали знать, что Ноэль жаждет овладеть мной, но благородство не позволяло ему поступить так.
— Мне лучше уйти, — севшим голосом произнёс он и даже сделал попытку освободиться. Но я не дала ему возможности уйти. Ноэль пристально заглянул в мои глаза и, видимо, догадавшись, о чём пойдёт речь, нервно спросил: — Что случилось?
Я замялась. Сказать правду надо, только очень сложно. Насколько было бы всё просто, если бы Ноэль просто разделил со мной постель. Не пришлось бы ничего объяснять.
— Ноэль, я думаю, что тебе надо знать… — я запнулась. Втянула воздух и резко выдохнула: — Я не девственница.
Уф! Сказала!!!
Ноэль вздрогнул, но ничего не ответил и даже не отстранил меня, чего я сильно боялась. Он продолжал стоять, прижимая меня к себе. Будто ничего не изменилось, хотя я чувствовала: изменилось всё.
Я не знала, что можно добавить к сказанному, и не знала, что надо делать в подобной ситуации. Я бы с удовольствием поцеловала Ноэля и потянула в постель, но он стоял, словно каменный. Будто его парализовало от моего признания.
— Не молчи, — попросила я дрогнувшим голосом.
— А что я должен сказать? — спросил он, будто и так всё сказано и всё понятно.
— Ну… — неопределённо протянула я, не зная, как удачнее разрулить эту ситуацию. — Я должна была сказать тебе об этом. Между нами не может быть секретов. Да и не секрет то, что я была в близких отношениях с другим мужчиной. Прости.
Ноэль тяжело задышал, будто ему не хватало воздуха.
— Мне не за что тебя прощать, — ответил он, но я поняла, это не означает «да ладно, проехали». На самом деле всё было довольно сложно, но изменить что-либо было невозможно. Поэтому Ноэль отнёсся философски: — Всё, что было в другой жизни должно там остаться. Отныне ты — моя невеста и я приму то, что было, смирюсь с отголосками прошлого.
Я почувствовала, как ему больно, но помочь ничем не могла. Сама же и причинила эту боль.
— Прости, — ещё раз прошептала я и потянулась за поцелуем.
Возможно, из вежливости, Ноэль ответил на него. Наверное, решил, что лучше поцеловать, чем отпихнуть меня от себя. К тому же если он не собирается от меня отрекаться, то надо как-то смириться с новостью и попытаться не делать из неё трагедию.
Наш поцелуй затянулся. Мы оба вошли во вкус, и стало ясно: ни о каком воздержании речи не будет. Одежда полетела на пол. Раздев друг друга, мы продолжили целоваться. Ноэль снова подхватил меня на руки и отнёс на кровать. Теперь он точно не уйдёт от меня!
Наши тела переплелись в знойном порыве любви. Дыхания смешались воедино. Моё сердце выпрыгивало от прикосновений мужских рук и губ. Ноэль знал толк в ласках. Я разомлела так, что не слышала собственных стонов. Слившись в танце страсти, мы отдались нашим чувствам. Казалось, весь мир замер, чтобы не мешать нам. Это было настолько прекрасно, что я металась на кровати, как безумная. Ни разу в жизни мне не было так хорошо, как сейчас. Длительное соитие достигло пика наслаждения. Немыслимое блаженство окатило меня пьянящей волной, заставив устало повалиться на простыни. Разгорячённое тело Ноэля обмякло и придавило меня своей приятной тяжестью.
Какое-то время мы лежали, не в состоянии разомкнуть объятия. Затем повторили танец любви и, вконец обессилев, заснули в объятиях друг друга.
 
Проснувшись под утро, мы не стали торопиться покидать постель. Получили желанное удовольствие любви, и только после этого встали.
— Ну и ночка, — протянул Ноэль, хищно поглядывая на меня. — Не думал, что ты такая знойная женщина.
Чтобы он замолчал, вцепилась в его губы поцелуем. Нечего хвалить меня! Я того не заслуживаю!
После вчерашнего, одежда была непригодна к использованию. Впрочем, моё платье совсем меня не волновало. Сжечь его, чтобы даже не напоминало о себе! А вот Ноэль просто покрылся сначала чешуйчатой кожей, а затем она повисла на нём в виде одежды. Я аж присвистнула от увиденного.
— А ты чего ожидала? — развёл он руками. — Наша кожа и есть наша одежда. Так что нечему удивляться.
Может, удивляться было и нечему, но я всё же удивлялась. Поэтому отвлекала себя от произошедшего мыслью, что скоро ко всему привыкну. Действительно, что тут необычного? Подумаешь! Дракон оделся в собственную кожу!
Зато я так не умела. И колдовать пока тоже не получалось — Лацис сильно повредил мою энергию, и на её восстановление могло уйти немало времени. Голышом гулять было негоже, поэтому посмотрела на смятую простыню, прикинув, что из неё получится замечательная туника.
Пока я решала проблемы с гардеробом, Ноэль вышел из комнаты и спустился вниз.
— Камила позаботилась о тебе! — крикнул он. — Только посмотри, какая прелесть!
Я, так и не успев прикрыться простынёй, выскочила на лестницу. Ноэль довольно ухмыльнулся, ощупав меня взглядом. У него в руках было голубое платье. Довольно простенькое, но чистое и красивое.
— Хоть без платья ты мне нравишься больше, моя королева — заметил Ноэль, — но в нём ты будешь смотреться пристойнее. Да и других драконов смущать не будешь, — последние слова он проговорил, смеясь.
Я спустилась к нему. Вначале он всё же не упустил возможности поцеловать меня и, отбросив платье, немного потискать, но потом всё же посерьёзнел, помог надеть платье и вывел меня из дома.
Глава 29
С той ночи мы постоянно делили постель с Ноэлем. К чему было отказывать себе в удовольствии и дожидаться свадьбы? Да и демонстрировать окружающим наше благочестие тоже не имело смысла. Пусть знают всё. Что тут такого? Будто сами не занимаются любовью при каждом возможном случае!
И только Крисс ходил мрачнее тучи. Он угасал, как догорающая свеча. Страшно было смотреть на него. Поняв, что мы с Ноэлем стали близки, он надолго пропал из царства. А когда вернулся, я едва узнала его: отощавший, потухший взгляд, израненное тело.
— На тебя напали? — ужаснулась я, остановив его на улице.
— Нет, — он покачал головой и отвернулся, будто ему было больно смотреть на меня.
— Ты заболел? — я не знала чем помочь ему.
После моего вопроса ему пришлось вернуться взглядом к моему лицу. Я пожалела, что спросила его о чём-то, да и вообще остановила. Шёл бы своей дорогой, да и шёл! Так нет же, мне надо было влезть, видите ли, за друга переживала!
Крисс как-то странно посмотрел на меня, будто дикий зверь, и вдруг схватил за плечи. С силой прижал спиной к стене рядом стоящего дома и жутким голосом повторил мой вопрос:
— Заболел? Да, заболел! Заболел тобой! Любовью к тебе. И это неизлечимо. Я мечтаю найти смерть, чтобы отмучиться. Только она не забирает меня, будто насмехается!
Он так внезапно обрушился на меня, что я замерла. Его слова наотмашь ударили меня, заставив дёрнуться. Боль и страдание Крисса были столь велики, что я чуть не задохнулась от переполнивших меня чувств. В какой-то момент даже стало стыдно за то, что я так безрассудно счастлива с Ноэлем. Терзания Крисса — вот плата за моё счастье! Я расплакалась, хоть изо всех сил старалась не делать этого. Мои слёзы подействовали на Крисса отрезвляюще.
 
— Извини, я не хотел, — он выпустил меня из тисков железной хватки. — Забудь обо всём, что я сказал тебе. Я постараюсь не попадаться тебе на глаза и попробую завести семью. Жена и дети скрасят моё одиночество и притупят боль.