Тяжелая поступь грядущей войны

Девушка выглядела бодрой и вполне отдохнувшей, очевидно, полностью придя в себя после того, что случилось недавно. Князь с сомнением посмотрел ей вслед, затем махнул Кояме и вместе с десятком телохранителей занял место слева от строя. Остальные вместе с командиром встали с другой стороны. Ёкай позади строя – колдовать они смогут, если что, и оттуда. Ну да…
Тяжело вздохнув и ещё раз обведя взглядом зал, я машинально почесал левое запястье, поморщился от поднявшегося по руке жара и занял своё место около князя.
Не знаю, что ждёт нас там, за стеной, но, с учетом тяжёлой артиллерии в виде четырёх заклинателей, сотню тварей мы уничтожим без особых проблем. Главное, чтобы там не оказалось ничего пострашнее.
– Открывай! – видя, что все готовы, приказал сестре князь.
Аяка кивнула, положила руки на запирающий механизм, запрокинула голову, и только тут до меня дошло, что сейчас она потратит Силу и…
– Стой! – рявкнул я, но было уже поздно.
Плита быстро поползла вверх, и… ничего страшного не случилось.
Открывшийся зал был практически точной копией тех двух, что мы уже осмотрели. Высокий потолок с резьбой по периметру, полустертые рисунки на стенах, навроде тех, что рисовали на кувшинах древние греки, и пятьдесят саркофагов. Правда, в отличие от зала напротив, здесь все каменные гробы были целыми. Не знаю, но, возможно, на это как-то повлияла закрытая дверь?
– Что такое? – заглянув внутрь помещения, княжна нашла меня взглядом и вопросительно подняла брови.
– Открывая, ты тратишь свою Силу, госпожа, и стоишь на неудобной позиции для атаки, – пожав плечами, пояснил я. – С учетом же недавних событий…
– Все в порядке, Таро-сан, – успокоила меня девушка. – Атаковать я могу и отсюда, Силы потратила каплю. Мне действительно нужно было почувствовать заклинания этого места…
– Почему бы не сделать это, закрыв уже открытую дверь? – логично возразил я. – И не подвергать себя смертельной опасности?
– Она просто такая же авантюристка, как некоторые, – скосив на подругу взгляд, мысленно заметил Иоши, прекрасно понимая при этом, что Ясудо его тоже услышат.
– «Некоторые», в отличие от людей, способны очень быстро перемещаться, – глядя на Аяку, в тон приятелю так же мысленно ответила Эйка.
Князь при этом нахмурился, а княжна… Аяка улыбнулась и, глядя на меня, произнесла:
– Да, Таро-сан, ты прав. Я не подумала об этом, но все же закончилось хорошо? Оставшиеся залы будет открывать госпожа Эйка, а сейчас, – девушка посмотрела на брата. – Сейчас мне нужно осмотреть все захоронения, чтобы найти нужный символ на крышке. Я знаю, что нужно искать…
На всех саркофагах в уже осмотренных комнатах были выбиты символы, очень похожие на камоны [12]. Ни иероглифов, ни дат, ни тем более изображений на крышках гробов не было, но, хорошо зная историю своего рода, ты без труда найдёшь захоронение дальнего родственника. Только как же оно стремно: гулять между саркофагов, прекрасно понимая, что из них в любой момент могут вылезти жуткие твари, которые обязательно попытаются тебя убить.
Впрочем, обошлось. Покойники остались в гробах, княжна не нашла нужного знака, и мы отправились в соседнее помещение. Там история повторилась. Двух выбравшихся из своих могил уродов Нори с Аякой уничтожили ледяными копьями, но нужного гроба здесь тоже не нашлось. Третье – дальнее от входа помещение – размерами не уступало главному залу, и здесь тоже обнаружилась статуя.
Тот же птицеголовый урод стоял у дальней стены, сложив перед грудью свои тонкие руки, и задумчиво смотрел в нашу сторону. При этом из сотни саркофагов двенадцать было разбито, а всех вылезших из них «обезьян» вместе с двумя десятками непонятно откуда взявшихся тут оранжевых призраков телохранители уничтожили стрелами секунд за десять. До нас не добралась ни одна тварь.
Помимо всего прочего в дальнем углу комнаты слева от статуи обнаружился запирающий механизм, но никакой двери поначалу мы там не увидели. Уже зайдя внутрь, разглядели в полу запертый проход, ведущий куда-то в нижние помещения, но ничего, конечно же, сразу трогать не стали.
 
Аяка в сопровождении пятерки телохранителей отправилась осматривать саркофаги, а мы с князем и ёкай остались неподалёку от входа и принялись изучать рисунки на стенах, одновременно страхуя княжну. Зал большой – примерно тридцать на пятьдесят метров. Гробы стоят редко, и, даже если оставшиеся покойники решат вылезти одновременно, мы успеем среагировать и уничтожить их всех.
– А что это хоть за урод? – кивнув на статую, спросил я у князя. – Тебе о нем что-то известно?
– Нет, – покачал головой Нори и тоже посмотрел в сторону статуи. – Слышал только, что возлюбленная Мары выглядела как огромная птица и была способна оборачиваться человеком. Имени её я не знаю…
– Её зовут Илит, – подсказала подошедшая Эйка. – Жуткое чудовище, разорвавшее и сожравшее многих. Не просто же так Владыка Кимона приблизил к себе эту тварь. Слышала, у них даже родились дети…
– Возлюбленная, значит… – смерив взглядом статую, хмыкнул я. – Ну если эта Илит такая тварь, то почему победители не тронули её изваяние?
– А какой смысл? Это же не голем, – лисица пожала плечами и перевела на меня удивленный взгляд. – Кому она тут мешает? Это всего лишь статуя, Таро. И к тому же очень неплохо исполненная.
«Ну да, некоторые мудаки из нашего мира с тобой бы поспорили. И Дзержинский с Лениным не дадут соврать», – подумал про себя я, а вслух произнёс:
– Ну я же не разбираюсь: голем это или кто-то ещё. Ведь с каменным муженьком этой подруги я уже успел повидаться в пещере на острове. Он, правда, был раз в десять повыше…
– Кстати да, – не приняв шутливого тона, серьезно произнесла кицунэ. – До нас доходят слухи, что между Марой и Сэтом пробежала лисица. И, мне кажется, я знаю, кто этому поспособствовал.
– А до кого это «до нас»? – уточнил я. – И почему ты думаешь, что Сэт обиделся на атаку каменного болвана?
– Тот каменный болван был поставлен в пещере для защиты асуров от Хозяев Океана и до поры до времени прекрасно справлялся с этой задачей, – глядя мне в глаза, терпеливо пояснила лисица. – Как ты думаешь, его атака способна серьезно навредить богу или кому-то из его ближайших союзников? А скелет ведь сказал тебе, что за нарывом стоит кто-то из них. Это же – как воплотить часть себя и перенести во внешний мир, понимаешь? Тот, кто стоял за нарывом, без сомнения испытал великую боль. А потом пришел Океан и добил его земное воплощение! Как ты думаешь, это может быть причиной ссоры богов?
– Ты не сказала, откуда узнала об этой ссоре, – произнес я, пытаясь одновременно уложить в голове полученную информацию. – Какие такие слухи? И до кого «до нас»?
– Некоторые ёкай способны слышать шелест листвы Синего Древа, – чуть поколебавшись, пояснила лисица. – После того как меня возвысила Госпожа, я тоже получила такую способность. Много чего пока не могу разобрать, но это услышала. И ещё то, что тебя заждались дома.
– Кто заждался? – поморщился я. – Оками по имени Мика?
– Нет, Таро, – с грустной улыбкой покачала головой кицунэ. – Я не настолько сильна, чтобы слышать мысли твоей волчицы. Ты просто не помнишь, что Синий Лес был когда-то и твоим домом. Ведь только поэтому в шепоте листвы Древа иногда слышится имя самурая Луны…
М-да… И здесь успел отметиться. Хотя этой подруге веры немного. Нет, Эйка надёжна, как тысяча швейцарских часов, но её устами может говорить другая. Та, которой нужно, чтобы я быстрее отправился в сторону Синего Леса. Не потому ли Эйка заговорила об этом только сейчас, когда зашёл разговор? Знает ведь, лиса, как я настороженно отношусь к Хоне…
– Ну а ты, выходит, глухой? – сделав беззаботную физиономию и переведя взгляд на тануки, поинтересовался я. – Не слышишь шелест листвы?
– Шелест листвы – нет, а вот приближение смерти уже ощущаю, – хмуро буркнул енот и, обернувшись, указал рукой на плиту, перекрывающую проход на нижние этажи помещения. – Этот ваш Слуга Мары где-то совсем недалеко, и он там, судя по всему, не один.