Тайные кланы: Навигатор (СИ)

— Ты говорил, что собираешься пересмотреть подборку французских фильмов каких-то там лет.
— Да? Наверное, пошутил.
— А что тут смешного? — не понял Исама.
— Если бы помнил, обязательно объяснил бы.
На этот раз сосед разразился хохотом. Даже по ляжкам себя похлопал.
Да, очень разный у нас менталитет. Однажды слышал, как женщина рассказывала подруге, что продавец в магазине обратился к ней как в замужней даме (там свой суффикс), решив по продуктам, что у неё есть семья. Смеху было — вы не поверите! 
— Я только один французский фильм видел, — признался Исама. 
— Какой?
— «Луна в сточной канаве». На название повёлся, если честно. 
— Звучит поэтично. 
— Именно так я и решил. В этом фильме есть сцена, где герой видит здоровенный рекламный плакат. На нём бутылка какого-то пойла и надпись: «Try another world».
— «Попробуй другой мир», — кивнул я. 
— Ага. Там герой, в общем, пытается зажить другой жизнью. Не той, к которой предназначен. И этот плакат — символ, так сказать...
— Всё-всё, хватит! — замахал я руками. — Избавь меня от этих критических анализов. Давай лучше ещё выпьем.
— С удовольствием, Кенджи-кун!
Исама быстренько налил нам саке.
— Давай за то, чтобы ты полностью восстановился в скорейшие сроки! — предложил он.
— Спасибо. И тебе здоровья.
— Да я в норме. Странная кома была. Не понятно, из-за чего, главное.
— Ну, ты из неё вышел, и прекрасно.
— Ага. Давай, Кенджи-кун!
Мы подняли чашки, быстренько поклонились друг другу и выпили. 
— Отлично! — констатировал Исама, аккуратно ставя свой токкури на пол.
— Да, очень хорошо, — согласился я.
Тёплый саке разливался по телу приятным теплом, расслабляя и погружая в лёгкую истому. 
Исама тоже закосел. На его лице появилась неуверенная блуждающая улыбка. 
— Кенджи-кун, — проговорил он медленно, — у тебя есть девушка?
Ого, на темы личной жизни перешли! Выходит, мы прямо близкие друзья стали. 
Вообще, такие вопросы обычно служат вступлением к повествованию о собственной личной жизни. Поэтому я решил ответить. 
— Нет, Исама-кун. Я пока совершенно один. 
Собеседник мой сочувственно покачал головой. 
— Всё ещё любишь её?
— Кого? — не понял я сразу. 
— Симидзу-сан.
Ах, вот, о ком ты…
У Кенджи Исикавы была девушка. Миленькая такая, но с большими, на мой взгляд, странностями. Когда я переселился в этот мир, мне было не до чужих пассий. Я вообще в шоке пребывал. К счастью, девица эта «меня» бросила. С тех пор я о ней не вспоминал. 
— При чём здесь она? — спросил я.
— Изводила тебя, пока вы вместе были, а теперь ушла, но всё равно причиняет тебе страдания! — заплетающимся языком выдал Исама. — Я же всё видел, пока вы вместе были. Как она тебя мучила!
О, похоже, Кенджи был неудачником. Хотя бывают, конечно, больные любови, когда и брутальные бруталы сыплются. 
— Нет, Эйко здесь ни при чём, — сказал я. — Просто не встретил интересную девушку. 
— Но в менториуме множество симпатичных тян.
— Тут ты прав. 
— Но они тебя не интересуют?
Я подозрительно взглянул на собеседника. Не пытается ли он выяснить, как я отношусь к женщинам? Может, думает, что мы с Эйко расстались из-за моей ориентации?
— Мне девушки очень нравятся, — сказал я медленно и внятно. — Просто ни с кем не успел сойтись. Мы только поступили, да ещё я в больницу попал. 
Исама быстро закивал.
— Да-да, верно. А из-за чего вы расстались? 
Вот же привязался! Как будто я помню. Так, что она там бубнила-то? 
— Мне кажется, она просто со странностями, — начал я уклончиво. — Вроде, реальной причины уходить и не было. Вроде разлюбила, надоел, не сошлись характерами. А Эйко говорила, что не может себя реализовать, а почему, я, мол, всё равно не пойму. 
Я сильно не вникал, но, кажется, текст был примерно такой. 
— Стало быть, вы не общаетесь? — спросил Исама.
— Нет, с какой стати?
— Не знаешь, как у неё дела?
А может, сосед интересуется именно моей бывшей?
— Откуда, если мы не общаемся?
Исама покивал. 
— Ладно, жизнь продолжается. Найдёшь кого-нибудь получше, Кенджи-кун.
 
— Непременно.
— Я серьёзно. Даже чисто статистически…
— Вот давай без этого, ладно?
Исама воздел руки, сдаваясь.
— Как скажешь!
— Давай лучше ещё саке накатим.
Когда мы выпили, Исама вытер губы, бросил на меня осторожный взгляд и заявил:
— Просто я видел Эйко недавно. До того, как в больницу угодил. Не знал, стоит ли тебе говорить.
Мне было всё равно, но Кенджи должен был хоть немного страдать, так что я спросил:
— И?
— Выходила из машины с какими-то мужиками и девчонкой. Не хотел тебе говорить, да уж не сдержался, — виновато улыбнулся Исама.
— Не бери в голову. Это её дело. Меня давно не касается.
— Пора поискать замену. Ничто так не лечит разбитое сердце, как новая любовь.
— А есть конкретные предложения? Кандидатки?
Исама усмехнулся.
— Откуда?! Разве я похож на героя гаремника?
— Пожалуй, ты прав, — сказал я, чтобы закрыть тему. — Займусь этим в ближайшее время.
Мы посидели ещё полчасика, допив бутылку. Потом Исама взглянул на часы и начал откланиваться. Я его не задерживал. Меня с тёплого алкоголя развезло, и хотелось прилечь, подремать. А то и вовсе проспать до утра. 
Так что мы распрощались, и я отправился принимать душ. Исама пообещал разбудить меня завтра. Я в ответ пригрозил отравить его фугу сашими. На том и расстались.
  
Глава 43
 
После больницы иногда на меня накатывала неясная тревога. Я списывал это на то, что во мне обживался паразит. Тварь срасталась с моим телом — так стоит ли удивляться, что моя психика била тревогу? Это то, с чем было смысл обратиться к психологу, но именно про это я говорить с Маэдой Ран не мог. Такой вот парадокс. 
Иногда мне снились дурацкие сны. Конечно, кошмары бывали и прежде — как без них? Но теперь ночные видения отличались яркостью — словно в башке включался фильм. Гиперреалистичные сны заставляли организм реагировать паническим ужасом, так что пару раз я даже просыпался весь в холодном поту. Так я узнал, что это не выдумка писателей, как считал прежде. 
Наконец, я решил поделиться с госпожой Маэдой своей проблемой, не упоминая о её возможной причине — магическом паразите. Было интересно, что скажет психолог. 
После занятий я отправился к ней. Маэда Ран находилась в кабинете не одна. Офицер, ведший у нас политическую грамотность, сидел на краю её стола. Они мило ворковали. Я застал это, так как он, вероятно, забыл плотно прикрыть дверь. Пришлось отступить на пару шагов, закашлять и постучать. 
— Входите! — излишне звонко отозвалась девушка. 
Я распахнул дверь. 
— Добрый день, Маэда-доно. 
Сделав вид, что только теперь заметил политрука, я отвесил уставной поклон и добавил:
— Като-доно.
— Кадет Исикава, — кивнул он. — У вас занятие?
— Так точно, Като-сан, — поспешно проговорила подчёркнуто-деловым тоном девушка. — Кадет посещает реабилитационные сеансы после выхода из больницы.
— Понятно. Ну, не буду вам мешать, Маэда-сан. 
Политрук удалился, а я занял место на стуле напротив психолога. После нескольких общих фраз девушка задала стандартный вопрос:
— Вас что-нибудь беспокоит, Исикава-сан?
— Честно говоря, да, офицер. В последнее время мне снятся кошмары. Слишком часто. И они очень яркие, реалистичные. 
— Хм… — девушка раскрыла свой блокнот. — Раз реалистичные, вы, наверное, можете вспомнить хотя бы один?
Я кивнул.
— Так точно, Маэда-доно.
— Прошу, расскажите. И чем больше подробностей вы вспомните, тем лучше. Иногда незначительная, на первый взгляд, деталь может стать ключом к толкованию. 
— Хорошо, постараюсь. Например, сегодня мне снилось, что я нахожусь в комнате площадью в четыре дзё, совершенно пустой, а из серых бетонных стен лезут всякие черви и тянутся ко мне. Извиваются и копошатся, как живой ковёр. А некоторые вроде мокриц или сороконожек. Может, сколопендр. И всё это происходит в абсолютной тишине. Словно я глухой. И вот они лезут, как ненормальные, а я стою в центре, весь сжавшись от ужаса, и едва дышу. А они хоть и без глаз, но я точно знаю, что они меня, твари, прекрасно видят! — я вдруг поймал себя на том, что нервно втянул воздух.