Наследник криминального Малыша (СИ)

— Я знаю…, что я отец. И знаю, на сто процентов, что Беслановы не имеют основания претендовать на эту роль. — весьма неожиданно, а главное вовремя. А мне уже плевать, что ты там знаешь. Знай себе на здоровье, а я больше не хочу тебя знать.
— А что из всех способных к зачатию мужчин остался только ты и чета Беслановых? Когда это шлюхи ограничивали себя таким скудным числом половых партнеров. — я вложила в эти слова столько призрения сколько смогла.
— А что если отец моего ребенка к примеру Зверь. — Лицо Саши стало заметно бледным, задергался кодык. Я хотела сделать ему больно и достигла цели. Он оцепенел всматриваясь растеренным взглядом в мои глаза.
— Не возражаешь. — отдираю от себя его руки.
— Я должна вернуться в палату, у меня капельница через десять минут. А да, чуть не забыла. Будь добр, не присылай мне больше свои веники, у меня аллергия. — и вылетела в дверь быстрее пули.
— Маленькая ты же понимаешь, что нам все равно придется поговорить. В общежитие ты не вернешься, как и на работу. — летит мне в спину, буквально сбивая парой фраз с ног.
Сердце пропускает удар, а легкие перестают качать кислород и мне уже катастрафически не хватает воздуха. Я знаю он не шутит.
Глава 33
Проснулась от того, что в нос бъет не больничный запах лекарств, а запах кофе и свежей сдобы.
Сегодня день моей выписки и видимо мой организм это предвкушает. Я улыбнулась своим глупым мыслям и открыла глаза. Но как только открыла, закричала… и тут же закрыла их снова, натянув одеяло на голову.
Тру пальцами свои бельмы, прищипываю щеку, проверяя свою вминяемость и реальность происходящего.
— Чтооо ты здесь делаешь? — обреченно, чуть ли не заикаясь, стягивая угол моей мнимой защиты на нос.
— Я забыл как ты выглядишь когда спишь. Хотел посмотреть. — с мальчишеской улыбкой на лице заявляет этот змей искуситель, уверенный в своей неотразимости.
— Очень смешно. — закатываю глаза.
— А еще подумал что кофе и свежая выпечка поднимут тебе настроение. — указывает взмахом головы на фирминный стакан и фирминный бумажный пакет разместившиеся на тумбочке.
— Надеюсь твоя аллергия не прогрессирует? — улыбается во все тридцать два, сверкая белоснежностью своих зубов.
Прям остряк.
— Прогрессирует! — шиплю. И даже не собираюсь скрывать, что я думаю по этому поводу.
— А если хочешь поднять мне настроение, исчезни немедленно из моей жизни навсегда. — завожусь от его дурацкой выходки.
— Рассмеялся.
— Не вижу ничего смешного. — зло цежу и откидываю голову на подушку.
— Ты что…, - приподнимаюсь — правда считаешь, что имеешь право, вот так приходить, когда тебе вздумается? — сверлю глазами дыру в его всё еще, тронутой весельем физиономии.
— Я имею на тебя все права маленькая. В самом примитивном смысле этого слова. — заявляет и даже бровью не ведет.
Просто неслыханная наглость.
И эти мои мысли думаю, жирным шрифтом прописанны у меня на лице.
— Не веришь? — приподнимает уголок иссиня- черной, густой, правильной формы дуги. А я смотрю в его довольную рожу и не пойму куда он клонит.
— А в паспорт свой ты давно заглядывала? Если мне не изменяет память, на шестнадцатой странице кажись. Открой посмотри. — наслаждается произведенным эффектом.
Что? Нет… Не может быть… Проноситься в моей голове.
Я кинулась в прикроватный ящик тумбочки, достала свой документ удостоверяющий личность и чуть ли не выравая листы, всматривалась в имеющиеся на них печати, и записи. Наконец открыв нужную страницу, задыхаясь как рыба на берегу, открыла рот. И с укатившейся под кровать нижней губой, уронив отвисшую челюсть на пол, впала в состояние шока.
— И если я ими еще не пользуюсь, это лишь вопрос времени, и моего терпения. — слышу хриплый голос вещающий эту ерись в мое ухо.
— А я как ты знаешь далек от совершенства в этом вопросе. Увы не гуру и не обладаю этой добрадетелью.
Наматывает на палец мой локон, делает глубокий вдох. И его словно подменили, в голосе больше нет и намека на игривость, на мужской интерес, на ершистость.
 
— Мне очень жаль девочка. — слышу надтреснутый полушепот. Тихо…, едва слышимо.
— Спасибо что спасла, но рисковать своей жизнью всё же не стоило. — резко поддает корпусом назад и отходит в противоположный угол, убирая руки в карманы. Минуту просто молчим.
— Ну что убедилась? — задает вопрос уже в своей обычной манере.
А я, с глупым видом все еще прибываю в соматической прострации и не могу найти подходящие слова выражающие мое состояние расстройства.
— Ты…
— Но как…? Я же… — только и удается выдавить из себя этот несвязный набор слов.
— Юль ты ведь не думала, правда, что я позволю моему ребенку родиться в неполной семье. После того как сам вырос в детском доме.
Я с ненавистью посмотрела ему в глаза.
— Это не твой ребенок.
— Ты забыл? Или не расслышал? Да ты вообще его не признавал. Ты слушать ничего не хотел. Ты отказался от него и от меня. — от боли в сердце делаю паузу.
Саша бледнеет, а у меня от напряжения пульс начинает грохотать в ушах.
— А сейчас вдруг… — пытаюсь поодолжить.
— МОЙ. - обрывает на середине мою пламенную речь.
— Я знаю это не опрадание, но когда ты двадцать лет считаешь себя ялым и у тебя на руках документ о твоем БЕСПЛОДИЕ, сложно поверить в обратное или даже усомниться.
— Ты наслождаешься своей властью, да?
— Считаешь, что можешь командывать мной, решать за меня и застовлять делать что тебе втемяшится в твою голову? Хочу признаю, не хочу не признаю. Хочу верю, хочу не верю.
Внезапно он оказался рядом. Присел на край постели, заставив меня вжаться в спинку кровати.
— Маленькая я наслождаюсь твоим запахом, твоим обнаженным плечиком, твоим неровным дыханием.
Я сильно виноват перед тобой малыш, я знаю. Но к огромному моему сожалению я не могу изменить того что сделал, но я неутолимо блядь жажду все исправить. У нас с тобой будет ребенок. Пожалуйста не заставляй его расплачиваться за мои грехи. — упирается лбом в мое согнутое колено и бормочит.
— Ты действительно считаешь что без отца ему будет лучше?
Моя гордость требует сейчас послать Сашу к черту! Но я понимаю, что как мать, не имею права в таком вопросе думать только о себе и о своих обидах.
Если мой ребенок и будет рости без отца, то не по моей вине. Не потому, что я вдруг психанула и смолодушничила.
Мой ребенок имеет все права на будущее, которое может обеспечить ему его отец. И что же я за мать такая, если лишу свое чадо этого будущего.
— Юль ты все равно не можешь вернуться в общежитие. Его предоставляют иногородним, а у тебя местная прописка.
Отпуская мои коленки, резко встает. Выдернув меня, из моих кружащих, пчелинным роем, мыслей в голове.
— Что? — ошарашенно выдыхаю и перевожу на него растерянный взгляд.
— И школу твою, временно прикрыли. Проводят ремонтные работы пострадавших при пожаре помещений.
— Каком пожаре? — спрашиваю, округлив глаза.
— Неосторжное обращение с огнем, вашего замдиректора, находившегося под воздействием наркотических препаратов и повлекшее возгорание.
Наверное, если бы меня шарахнуло молнией, было бы не так неожиданно.
— Я буду ждать тебя внизу. — бросает на последок подойдя к двери.
— Но я… — делаю попытку возразить.
Глава 34
— Но я… — начинаю было попытку возразить. Провожая взглядом Сашину спину.
Останавливается.
— Маленькая. — уперевшись лодонью в дверное полотно, неожидано устало, голосом невыносимой обреченности.
На секунду прислоняет голову к деревянному косяку, а потом оборачивается и ища что-то в моих глазах просит.
— Пожалуйста давай…
— Я лишь хотела сказать…, не даю ему договорить… что должна еще зайти к своему лечащему врачу. — запустив шестеренки мозга нахожусь с ответом, понимая всю бессмысленность дальнейшего сопротивления.