Моя мачеха – иномирянка

– Раз мы уже выяснили, что я не ведьма… – осторожно проговорила я, приближаясь к воину. Делать этого не хотелось, но я не должна выказывать страха. – То перейдём к следующему вопросу. Чьи эти вещи?
Я развела руки, указывая на многочисленные сундуки.
– Ваши, – не моргнув глазом, ответил он.
Даже если и удивился вопросу, то не подал вида.
– Вы уверены? – шагнула к нему ещё ближе. – Может, это гардероб сейры Лонси?
– Нет, – нахмурился он и, быстро оглянувшись на Элеви, которая прислушивалась к каждому слову, снова посмотрел на меня. – Это ваше приданое.
Я прищурилась, пытаясь рассмотреть в его лице хоть намёк на сомнение, но воин твёрдо стоял на своём. Уголки губ дрогнули, в тёмных глазах заблестели смешинки, когда мужчина уточнил:
– Вы не узнаёте свои вещи, сейра?
Я была готова к такому повороту разговора, поэтому спокойно сказала:
– Как вы верно заметили, я появилась в замке неожиданно, исчезнув оттуда, где находилась. Думаете, подобные «путешествия» обходятся без последствий?
Усмешка его растаяла, тёмные брови сошлись на переносице.
– Вы пострадали?
Элеви жадно подалась к нам, явно желая ничего не упустить из разговора. Мне бы не хотелось давать в руки интриганки Молари козырь в виде физической или психической неполноценности жены её возлюбленного, поэтому я прояснила:
– Нет, со мной всё в порядке. Но при подобном перемещении часто страдает память. Не навсегда, но всё же с некоторыми неудобствами телепортации приходится мириться.
– Простите, – робко вмешалась Конни. – Неудобствами… чего?!
– Телепортации, – с удовольствием повторила я. – Когда дракон призывает свою истинную пару, она не валится с неба, а перемещается в пространстве из точки А в точку Б. Ясно?
Все трое дружно помотали головами, и я театрально вздохнула.
– Ах да. Это только мой муж может понять. Ведь он потомок Древнейших… Как и я.
Я насладилась круглыми глазами собеседников.
«Знай наших!»
Ни подтвердить, ни опровергнуть это нельзя. Придётся верить на слово.
– Моя память, – щёлкнула я пальцами и улыбнулась, – чуточку пострадала, как я уже сообщила. Даже имя своё я на некоторое время позабыла…
Служанка при этих словах кивнула, явно вспомнив, как я себя назвала при первом знакомстве.
– Уже многое проясняется, – успокаивающе добавила я и чуть наклонила голову набок. – Но очень медленно. Имя своё я знаю, но вот вещей этих не помню, потому вас и спрашиваю. Вполне могло случиться, что сейра Лонси не успела распорядиться о своём гардеробе и его случайно доставили в замок моего мужа.
– Никак нет, – по-военному вытянулся Рэнд. – Это ваше приданое. Мне было приказано сопровождать повозки и убедиться, что вещи прибудут в замок в полной сохранности.
«Даже так?»
Раз это не приданое бывшей невесты Кендана, то оставался один вариант. Соэр, приказав запереть молодую жёнушку, понежился в постели с любовницей, а потом рванул закупать «алиби». Возможно, Молари и ему по ушам проехалась по поводу моей бедности, и мужчина решил быстренько это исправить.
Ведь соэру важно, чтобы наш брак считали настоящим, иначе возникнут проблемы с королевским указом, которого Кендан с моей помощью благополучно избежал. Вряд ли мужу на руку слухи, что я выскочила за него из-за денег.
– И кем приказано? – вкрадчиво поинтересовалась я.
– Вашим братом.
А вот тут глаза округлились у меня.
– Кем-кем?
Уж мне-то точно известно, что я была единственным ребёнком в семье!
 
Глава 15
 
Времени, чтобы перенести все вещи наверх и уложить их, было потрачено немало!
Спальня соэра превратилась в склад, и мне не терпелось насладиться выражением изумления на его холёном лице, когда он увидит всё это. Может, тогда поймёт, что малость перестарался.
Даже брата мне нанял! Почему не прикупил ещё и родителей? Оптом дешевле бы вышло! Ещё и бонус в виде доброго дядюшки получил бы.
У меня не осталось сомнений в том, что происходит, когда воин сообщил:
– Ваш брат попросил меня отвезти ваши вещи, поскольку сам он желает дождаться соэра Кендана и приехать вместе с ним.
 
Что же, я с нетерпением ждала знакомства с моим «братом», а пока решила немного разобрать приданое. Помощники нашлись сразу, как только я заикнулась о своём намерении.
И теперь в спальне было не протолкнуться. То ли показательное выступление строгой хозяйки в столовой подняло мой авторитет, то ли женщин банально вело любопытство. Как известно, это не порок, поэтому им не пренебрегают и благородные (по рождению) дамы.
Молари вплыла в спальню как в свою комнату, даже не думая спрашивать разрешения. Я не стала никак это комментировать, сделав вид, что не заметила интриганку. И, судя по кислому выражению лица любовницы соэра, попала в цель. Она явно привыкла, что привлекает всеобщее внимание собственной бесстыдной персоной.
Впрочем, мне не было дела до пострадавшего эго красотки, я с большим удовольствием общалась с Амелотой. Она вызвалась мне помочь, но я не хотела, чтобы на ребёнка что-нибудь упало, поэтому дала ей другое поручение. Девочка охотно объясняла «лишившейся памяти» мачехе, для чего служит та или иная вещь. Впервые с момента появления в этом мире мне было легко и комфортно.
Но примятое самомнение Молари не давало ей молча принять поражение. С нежной улыбкой она подошла к воспитаннице и, наклонившись, поцеловала…
И вдруг резко отпрянула.
– Кразь всемогущий! Почему ты так бледна? Плохо себя чувствуешь?
– Нет, всё в порядке, – отозвалась девочка.
– Нет, это не так, – сдвинув брови, возразила Молари. – Здесь нечем дышать! Пыль столбом стоит! Здесь не место для больного ребёнка.
Амелота опустила голову, явно ощущая себя не в своей тарелке. Только я хотела вмешаться, как любовница соэра положила ладони на кресло и с вызовом посмотрела на меня, а голос женщины прозвучал сладко-сладко:
– Неужели ты боишься вызвать неудовольствие мачехи отказом помочь? Сейра Стенси, вы же не станете настаивать?.. У вас достаточно слуг!
Она многозначительно замолчала, явно желая, чтобы все присутствующие прониклись её словами и сделали выводы.
Изумившись, я покачала головой. Сменила тактику? Теперь хочет выставить меня не охотницей за деньгами мужа, а злой мачехой?
Заметив мой жест, Молари ухватилась за шанс.
– Спасибо, сейра Стенси! – разворачивая коляску, тут же заявила она. – Я отвезу девочку в сад.
Я сделала один шаг и потянулась, желая её остановить.
– Сейра Молари…
– Пожалуйста, не надо! – Бросив коляску, женщина прикрылась руками, будто ждала удара.
Слуги с любопытством выглядывали из-за коробок, наблюдая за представлением. Переглядываясь, они начали шептаться.
Вот лиса!
Может, со стороны и могло показаться, что я замахнулась, но нас с сейрой разделяли два шага – дотянуться было нереально. И Амелота точно это видела, но почему-то молча комкала в пальцах кружевной платок, не спеша поддержать меня.
Я выразительно глянула на ладонь своей вытянутой руки, которую медленно опустила на коляску притихшей девочки. Спросила её:
– Скажи, а что хочешь ты? Прогуляться с Молари или…
– Что это значит?
Не ожидая услышать голос Кендана, я вздрогнула и резко развернулась. А любовница соэра при этом покачнулась и, держась за щёку, эффектно осела на пол.
– Простите, сейра… Не бейте!
Мужчина, который до этого недовольно осматривал заваленную вещами комнату, замер и медленно обернулся. Скользнув колким взглядом по рыдающей любовнице, посмотрел на меня. Холодно приказал:
– Объясни!.. – Осёкся и добавил спокойнее: – Моя дорогая.
Но Молари не дала и слова произнести. Зло глянув на меня, она торопливо воскликнула:
– Я лишь хотела прогуляться с Амелотой. Бедная девочка с утра дышит всей этой пылью! Но ваша супруга не позволила мне это сделать. Когда я попыталась настаивать… Вот.
Она отняла ладонь от покрасневшей щеки, и я изумлённо выгнула бровь. Она что, сама себя ударила? Когда только успела?