Путешествие на Запад (СИ)

— Папка говорил, что если есть выбор между твой жизнью и чужой, всегда выбирай свою. Потому что за другого ты, пока жив, сможешь отомстить. А мёртвые уже не могут ничего.
Холька кивнула. — Умный у тебя папка. Надеюсь, ты вернёшься к родителям. Уверена, они любят тебя.
— Не уверен. Вы меня любите. Даже мама так не беспокоилась обо мне.
— Может, это потому, что у неё много детей. А у меня нет ни одного.
От её голоса Энрику на секунду стало жаль её. Но лишь на секунду.
Они прошли минут десять и остановились. Вскоре их нагнали Люциус с Кирианом. К этому времени уже начало темнеть.
— Нам бы трактир найти. — Заметил Кириан.
Холька отрицательно качнул головой. — Трактир нам не нужен. Лучше будет остановится в лесу.
Люциус опять то и дело резко смотрел на сторонам, хотя и пытался теперь это скрыть. Пару раз проводил рукой по лбу.
Голос то и дело возвращался. Но теперь он был тихим вкрадчивым.
Вскоре они сошли с дороги в рощу и развели там костерок. Воду набрали из ближайшего ручья. Хлебцы и засушенные фрукты подходили к концу.
— Завтра придётся уже в деревню зайти.
— Или поохотится.
— Я могу белок настрелять. — Сказал Энрик. — Если у меня будет лук.
— Да ладно там. — Махнул рукой Люциус. — Холька, если что, слетает, барана принесёт в когтях.
Холька улыбнулась. Энрик видел, что весь вечер она пристально смотрела на Люциуса. В какой то момент она протянула к нему руку, но остановила её на полпути и со смущением убрала, когда тот посмотрел на неё.
— Люциус. Можно с тобой поговорить.
— О договоре?
Она кивнула.
— Мы что-нибудь придумаем. — Он взглянул ей в глаза. — Я вижу, что ты хочешь сказать. Но не считаю, что это возможно. По крайней мере, пока. Мы попробуем сделать ребёнка другим способом.
— Но как? Отберём, похитим? Воскресим?
— Там сказано, что он должен быть нашим общим родственником.
— Вот именно. Если это подразумевает не нас с тобой… То кого? Нет, постой! У меня есть идея. — Видя заинтересованный взгляд Люциуса, она продолжила. — Мы можем собрать фигурку из плотной земли и поместить туда стеклянный флакон с кровью. Тогда он не будет состоять ни из дерева, ни из камня, ни из железа.
Люциус кивнул. — А кровь общего родственника мы откуда возьмём?
— В этом и проблема. Сначала этого родственника мы должны… — Она смущённо посмотрела в землю. — … то есть ты понял. — Провела себе рукой по животу.
— Если у мессии будет потомок, то он должен будет родиться не иначе, как по ритуалу Вверения. — Вмешался Кириан. — Впрочем, когда мессия наконец вознесётся и начнётся очищение мира, это уже не будет иметь никакого значения. Ибо, после того, как его миссия будет завершена, ему не нужны будут потомки.
— Я не говорил, что они мне не нужны. — Ответил Люциус. — Но пока что это излишне.
— Конечно, о мессия! Простите, если мои слова вас задели. Я лишь хотел сказать, что после очищения наступить новая эпоха и то, будут ли у вас дети или нет, уже не имеет всеобщего значения.
— Если я мессия, то всё, что я делаю, должно и будет иметь значение. Не так ли? — Люциус подозрительно сощурился.
Под его взглядом сидящий Кириан поклонился почти за земли.
— О да, господин. Если вы решите принести в этот мир своё дитя до возвышения, для всех нас будет величайшей честью защищать его.
С ветки ближайшего дерева вспорхнула и перелетела повыше чёрная птица.
Энрик смотрел в ту сторону, но с трудом различал её силуэт во тьме. А вот Люциус, похоже, хорошо её видел. Перехватив взгляд парня, он пояснил: — Ковен следит.
— Думаешь, они нападут? — Шёпотом спросила Холька.
— Маловероятно. Но на страже лучше стоять.
Когда Энрик засыпал Холька всё ещё сидела нескольких метрах от Люциуса и смотрела на него, в то время как он, сидя к ней спиной, бормотал себе под нос разные вещи.
— Она должна гореть! Она должна гореть! Она должна гореть! Он портит нам всё!
— И она сгорит. Но не раньше, чем ты заткнёшься.
— И долго ты собираешься её терпеть?
— Столько, сколько потребуется для исполнения плана. Будь спокоен. Я делаю все необходимое.
   
XI
 
Следующий день они обошли деревню, где поклонялись Перводуху. Шли, будучи наготове. Однако, нападений не было.
Энрик решил отвлечься от этого, ища ингредиенты. Так, он нашёл песок, с помощью которого он ослепил слугу. Так же, он нашёл на небольшом пустыре немного чёрной земли, которой использовала Дулфия для маскировки от мертвецов и, одновременно, с другим порошком, он сам применял, чтобы становится невидимым.
Всё это он убрал в небольшие мешочки, которые развесил на поясе. Теперь он чувствовал себя почти как Люциус.
Только последний носил в мешочках какие-то травы, которые продолжал на привалах бросать в горячую воду.
Они пошли к городу запланированным ранее путём: свернув на юг, пройдя по тракту, затем по бездорожью. По дороге зашли в пару деревень, где купили немного еды и воды.
Вечером, вновь успокоившись под воздействием очередной щепотки трав, Люциус заметил: ворона больше нет.
— К чему ты это? — Спросила Холька.
— К тому, что с тех пор, как мы освободили Энрика, Ковен всегда знает, где мы. Один ворон неотступно летает за нами уже минимум пять дней.
— Если они неотступно следили за нами с самого их логова, то неудивительно, что они знали, где мы.
— В том то и проблема, что следили они не всегда. За нами уже несколько дней летает один и тот же ворон. Но есть дни, когда его нет. Как и сейчас. Но, тем не менее, через некоторое время он нас находит.
— И какие у тебя мысли?
Люциус сурово посмотрел на Энрика. — Я думаю, что тебе, парень, подсадили что-то. Или наложили какое то колдовство. Или магическую метку.
Червь в голове Энрик тихонько, но ощутимо зашевелился.
— Я прав? — Яркие огненное рыжие глаза впились взглядом в парня.
Тот склонил голову. — Я не помню. Меня просили шпионить за вами. Но я отказался.
Взгляд Люциуса стал высокомерным. — Полагаю, тебя и не спрашивали.
— И что ты думаешь с этим делать? — Спросила Холька.
Люциус перевёл взгляд на неё. — Я не ощущаю в нём ничего магического. И это странно. В Соле я попробую что-нибудь сделать.
— Кстати о городе. Что мы будем делать с Варелой?
— Мы обсудим это с ним. Я думаю, что мы может найти выход.
— Предлагаешь нам просто сказать, что нам приказали его убить?
— Нет, конечно. Мы расспросим его про этого Перводуха. Но если выхода не останется, то нам придётся с ним расправится. У меня есть идея на этот счёт.
Но о ней поговорим позже.
На следующий день они вернулись в Солу.
Кириан ушёл к культистам. Люциус пообещал зайти к нему ближе к вечеру.
В доме Варелы их встретил слуга в расшитом золотой нитью халате.
— Господин вышел на прогулку. — Сообщил он.
Вскоре, однако, Варела пришёл. Он выглядел очень довольным. — Господа, полагаю, вы раздобыли то, что я просил.
— Именно так. — Ответил Люциус.
— Тогда прошу. У меня тоже есть для вас новости.
Они прошли в его уютный просторный кабинет и закрыли дверь.
— И так, друзья. — В этот раз Варела выглядел гораздо радушнее. Практически сиял от удовольствия. — Для начала разговора прошу показать находку. — Он торжественно протянул руку сначала к Люциусу, потом к Хольке, потом снова к Люциусу. Последний вытащил из кармана четверть круга и протянул Вареле.
Тот взял и присоединил к лежащим на столе двум четвертям.
— Я очень рад, что на вас можно положиться! Наёмники, знаете ли, люди ветреные.
Холька сурово посмотрела на наго. — Мы не наёмники.
— Разумеется, разумеется, милая госпожа. Я не ставлю под сомнение вашу честь. Но, согласитесь, наши с вами конечные цели несколько расходятся.
Люциус кивнул. — Но это не мешает нам работать вместе.
— Не вместо, а на меня. — Заявил Варела с некоторой гордостью. Он достал из-за стола небольшую шкатулку. Из неё вытащил свёрнутый лист бумаги. Расстелил бумагу на столе. Судя по отметкам, это была схема какого то леса, в котором были отмечены прямоугольники и в одном из них — отметка в виде красного крестика.