Вернуть Боярство (СИ)
Они же просто расставляли своих бойцов по местам, готовясь к атаке, и оттягивали на себя моё внимание, что бы я не заметил, как выходят на позиции их маги и стрелки. Ну не верили же они, в самом деле, что я столько бегал только для того, что бы сдаться?
— В твоём состоянии ты не сможешь отбиться, — вздохнул мой собеседник. — Я предлагал лишь из...
Пора!
Наспех вычерченные простой палкой линии вспыхнули грязно-бурым свечением, и звезда активировалась. Сотни метровых каменных кольев вылетели во все стороны, пока я сам стремительной, расчерченной фиолетовыми и синими линиями тенью рванул к ближайшей группе противников.
Два Ученика и один Адепт. Одного из них убило каменным копьём, что вонзилось бедолаге прямо в глаз, но его соратники оказались расторопнее, успев выставить защиту. Вот только атака моей звезды просадила их почти полностью, и моя покрытая током ладонь без труда пробила грудь Адепта, буквально не заметив слабой попытки сопротивления.
Ученик попытался разорвать дистанцию, но небрежно брошенное воздушное лезвие отсекло голову бедолаге. Вот и всё, окружение прорвано, можно было бы и бежать, но... Прилив моих сил временный, и очень скоро я вернусь к прежнему состоянию. Часа четыре, может, если повезёт, шесть — и я снова буду в заднице. Да и к тому же — почему бы не испытать своих новых сил?
Сабля убитого Адепта была, конечно, артефактом, но вот качество её сильно недотягивало до Меча Простолюдина. Тот, несмотря на отсутствие каких-то впечатляющих активных чар, при детальном обследовании оказался весьма дорогой игрушкой, куда дороже, чем я думал — ведь металл великолепно проводил ману.
Эта сабля, естественно, и близко с ним не стояла. Времени и желания разбираться в её чарах не было, но ману она проводила, пусть и с ощутимыми паразитными потерями, и это было главным. Всё же голая рука, покрытая электричеством, значительно уступает металлу, покрытому им же.
Надо отдать должное моим противникам — внезапная атака убила лишь четверых. Трое Учеников и один Адепт, плюс ещё два и один, которых я прибил лично — пятнадцать Учеников и восемь Адептов против одного-единственного скромного меня. Нормально, вполне можно работать.
Простые, но эффективные боевые чары тут же устремились ко мне — первое смятение врага уже прошло, и пришлось уворачиваться. Блокировать в лоб полтора десятка заклятий я даже не думал — зачем? Кучу энергии тратить в никуда, вот ещё.
Рывок влево, затем вправо, прыгнуть вперёд и вверх и, оттолкнувшись от ствола крепкой сосны, вновь оказаться на земле, перекат — и широким взмахом сабли запустить во врагов первое заклятие. От моей руки по гарде побежали линии тока, у острия слившиеся в шаровую молнию размером с кулак — синее «тело» и с десяток тоненьких фиолетовых щупалец.
Каменный щит, спешно сотворённый ближайшим Адептом, просто снесло, а затем грохнуло — и в разные стороны разлетелись обгорелые ошмётки тела. Первый.
Я не стоял на месте, стремительно петляя меж деревьев. Враги пытались рассредоточиться и взять меня во что-то вроде клещей — только так, что бы их удары не летели друг в друга, порождая хаос. Надо признать, выучка у этих одарённых была неплоха — они знали, что делать. Отставные Имперские Стражи, надо полагать...
Фиолетовая молния обнулила защиту тройки из Адепта и двух Учеников, и я ворвался на дистанцию удара саблей. Попытку вступить со мной в рукопашный бой я не оценил — на три новых трупа ушло пять ударов саблей. Хоть как-то сопротивляться мне мог лишь Адепт, но... Именно что попытаться.
Воздушные лезвия и огненные шары, каменные глыбы и копья, несколько водяных плетей — противники старались, как могли, но просто не могли меня достать. Я был слишком быстр, их удары не достигали цели, в то время как мои каждый раз обрывали чью-то жизнь. Бой шёл лишь тридцать секунд, а они уже потеряли почти половину своих бойцов — невероятный темп, который я задал, был им явно не по плечу. Впрочем, винить их было не за что — к таким противостояниями их не готовили.
Гроздь мелких, с грецкий орех каждая, шаровых молний выключил ещё одну тройку, неожиданный воздушный вихрь свалил с ног другую, и несколько ударов клинка — минус шестнадцать. Воздушное лезвие, удачно выпущенное кем-то, подловило меня во время прыжка, и пришлось принять его на саблю — и дрянное железо просто не выдержало моей маны. Заклятие оказалось отбито, но и лезвие разбилось вдребезги, будто стекло, так что дальше вновь пришлось действовать голыми руками.
Вокруг мало по малу занимался пожар, но я не обращал на это внимания. Некоторые из моих врагов уже бежали, но я не отвлекался — трое Адептов и пятеро Учеников сбились в одну кучку, осознав наконец, что их попытки загнать меня в угол и обрекли их на смерть. Бейся они единым строем, и я мог бы проиграть, но... История не терпит сослагательного наклонения.
Я ударил кулаком прямо перед собой, формируя и направляя в них ударную волну. Мощный грохот сотряс окружающий лес, и наслоенные друг на друга защитные чары магов дали трещину — будь это не воздушная стена, а иные чары, и я бы их пробил, но тут уж как получилось.
Не останавливаясь, я одну за другой всадил пять молний, развалив окончательно их оборону — а дальше в ход пошла новая шаровая молния, мощнее предыдущих. Вспышка, грохот, ошмётки тел...
— Пора бы добыть себе проводника, — задумчиво почесал я в затылке, выбирая кого из нескольких уцелевших Адептов ловить. Мерзавцы драпали в разные стороны.
— Эники бенеки, ели вареники... — вспомнил я детскую считалочку. — Впрочем, хрен бы с ними.
Я рванул за удирающим Адептом и уже спустя сорок секунд настиг бедолагу. Тот ускорял себя воздушной магией как мог, но... Много ли мог этот бедолага, владеющий довольно посредственной магией? Правильно, немного.
Огненный щит, прикрывший спину бедолаги, помехой мне не стал. Окутанная фиолетовыми молниями ладонь без труда прорвалась сквозь него, и я ухватил за шиворот невысокую фигурку, сильно дёрнув на себя. Естественно, ткань не выдержала и порвалась, и бедолага покатился по земле... О-па! Ошибочка вышла — покатилАсь.
Придерживая левой рукой сползающую рваную ткань, открывающую вид на пару симпатичных холмиков, на меня перепугано глядела дама лет тридцати с хвостиком. М-да, неудачненько я её дернул...
— А вот этого делать не советую, — кивнул я на зарождающийся в правой руке огненный шар. — Мне вреда не причинишь, а вот себе — вполне.
— Будешь пытать женщину?! Тоже мне благородный! — огрызнулась она.
Впрочем, по испуганному лицу было видно — она просто пыталась скрыть страх за бравадой. Впрочем, не на того нарвалась, милочка.
— Да хоть бы женщину, — пожал я плечами. — Раз стала боевым магом, нечего теперь наличием сисек себя оправдывать. Я уважаю право женщин на самоопределение а потому со всей ответственностью заявляю — будешь меня бесить, обойдусь с тобой так же, как и с мужчинами. Шарик погаси, дура, а то пару лишних зубов выбью. Быстро! — рыкнул я.
Шар погас, и пленница, приходя в себя, попробовала встать. Что ж, верный выбор — я не шутил, когда угрожал. Любой, кто с оружием в руках вышел против меня — враг, и пол для меня оправданием не служит. Будь она просто мирным артефактором, зельеваром или ещё кем — тогда да, я бы вспомнил о цивилизованном поведении и прочем. Но раз полезла в воины — будь готов, что и скидок тебе не будет.
— Чего тебе нужно?
— Ещё раз пасть откроешь без моего разрешения — руку сломаю, — уже спокойнее заявил я. — Веди меня к городу.
— Я дороги не знаю, — попробовала она прикинуться дурой. — У нас следопытом был Вася...
Небольшая, тоненькая молния впилась в мою пленницу, заставляя ту орать и выгибаться дугой от боли. Продержав её две секунды, я развеял чары и присел на корточки перед тяжело дышащей чародейкой, что с ненавистью и страхом глядела на меня.
— Тогда нахрена ты мне нужна, курица? — ласково поинтересовался я. — У меня, знаешь ли, паршивое настроение сегодня. Сперва твои дружки меня в плен взяли, аж троих Мастеров притащив, потом этот ваш «молодой господин», мать его разэтак, на мне изрядно оторвался... И стоило мне вырваться — как уже ты с приятелями заявились по мою душу. Я голоден, зол и поверь, даже десятой части своей ярости наружу не выпустил. Не беси меня игрой в героиню — я знаю, что врёшь, так что подумай ещё раз — знаешь ли ты дорогу или нет?