Вернуть Боярство (СИ)

— Та-а-ак... — заглянул тот в свой блокнот. — Два и семь на победу тебя, один и шесть на Игнатьева! Это отличный шанс! Большинство ставит против тебя — особой известностью ты даже в батальоне не пользовался, не говоря уж о полку, так что это играет нам на руку!
Ну да, они ж не видели, каков я в настоящем деле. Ну а то, что победил в батальоне — так и остальные победили, плюс у моего противника имеется определённая репутация, тогда как я тёмная лошадка. Честно говоря, я ожидал коэффициентов посерьёзнее, но Рысаков и его друзья окучивали только курсантов, так что десятка Хельги серьёзно поколебала цифры. Всё же не все тут богачи, далеко не все... А уж офицеры и вовсе ставили отдельно — к ним Лаврентий соваться не дерзнул.
Даже рядовые оживлённо гудели — видимо, их тоже зацепило происходящим. Надеюсь, мои ребята на меня поставили?
Наконец, все приготовления были завершены и я с изрядно раздражённым коротышкой предстали друг перед другом на расстоянии десяти метров. Судьёй вызвался быть аж командир полка — даже его затянуло в эту лихорадку... Что ж, по крайней мере, таскать на себе защитные артефакты не придется — Младший Магистр без труда сумеет защитить двух Учеников, какими бы они ударами не обменивались.
— Ну наконец! — презрительно скривился Игнатьев. — Долго же ждать пришлось! Твои друзья решили придать тебе уверенности, сделав на тебя ставки? Даже жалко бедолаг — у вас же большая часть роты из нищебродов набрана, что буквально вчера из училища. Бедные крестьянские детки, ставят последние копейки на...
— Да завались ты уже, лепрекон, — лениво перебил я его. — У тебя что, словесный понос на нервной почве?
Антон свет его Игнатьич побагровел, но прежде чем он успел разразиться очередной тирадой, генерал-майор Осинин Антон Павлович, старый заслуженный вояка — по выправке и суровому, украшенному несколькими шрамами лицу было видно — кашлянул, призывая нас к порядку.
— Ну что ж, молодые люди... Начинайте!
Генерал стрелой взлетел в воздух, поднявшись на высоту десятка метров и оттуда наблюдая за начинающейся схваткой, и разъяренный Игнатьев ринулся в лобовую атаку. Недооценивает меня дурачок, совсем недооценивает...
Водяные плети хлестнули по мне и тут же распались, едва столкнувшись с моим защитным барьером, но за это время коротышка сократил дистанцию и выхватил длинный кинжал и саблю — весьма необычное сочетание, надо сказать. Я не двигался с места, позволяя ему продолжить атаку, и потому едва не прозевал следующее заклятье — оказывается, парня хвалили совсем не зря.
Земля под моими ногами обратилась жидкой, водянистой грязью и я едва не провалился по самые колени, но вовремя среагировал. Снизу рванула навстречу моим ногам небольшая каменная платформа, спешно мною созданная, и я, оттолкнувшись от неё, крутанулся в воздухе, разрывая дистанцию. Тем не менее сабля и меч столкнулись самыми своими кончиками — засранец ускорился как мог, используя ветер, но полноценного контакта не случилось.
Я вложил весь вес тела и скорость вращения в этот удар, присовокупив к нему мощь усиленных молниями мышц, и саблю противника повело назад — вместе с самим легковесным парнем. Неплохо, неплохо, но...
Несерьёзно. Врасплох ты меня, конечно, почти застал, вот только на этом всё. Воздушные лезвия я без труда рассекал мечом — отправленные с лезвия дорогой артефактной сабли, они были на весьма хорошем уровне, но ничего такого, что могло бы всерьёз доставить мне проблем. Напитанный молниями, я пошёл на сближение, уходя от вылетающих один за другим каменных кольев. Несерьёзно, парень — Мастер, с которым я дрался, пользовался этими заклятиями раза в три быстрее, чем ты, и там были не эти тридцатисантиметровые убожества, а полноценные, длинной в несколько метров.
С лезвия сабли сорвался короткий смерч — не выше двух метров в высоту, он рванул ко мне, когда между нами оставалось около метра. Так, а по бокам сейчас вылезут заклинания на основе земли, сзади же уже была готова ловушка на основе стихии воды. Недурно, но я ведь ещё даже ничего толком не показал, а это нехорошо...
 
Заискрившись, Меч Простолюдина на миг засиял ярким ультрамарином — я щедро, не скупясь влил в оружие ману и просто рассёк пародию на торнадо одним взмахом меча. Одновременно с этим из земли по бокам от меня рванули каменные колья, позади взметнулись несколько водяных плетей а над головой пролетело воздушное копьё, причем довольно мощное — парень ожидал чего угодно, но только не того, что я прорвусь в лоб.
Всё это богатство, на которое у Игнатьева ушло немало сил, ударило туда, где я был миг назад, сам же я оказался перед слегка растерявшимся парнем. Однако несмотря на растерянность, он всё же не забыл про защитную стойку — и тут же попытался заблокировать прямо таки напрашивающийся выпад в горло кинжалом.
Вот только выпада не последовало. Сделав ложное движение, я крутанулся и обошёл парня, оказавшись за его спиной. Мощная подсечка, и коротышка шлёпнулся в остатки наколдованной им до этого грязи, в которую я едва не провалился в начале.
— Осторожнее надо быть, лепрекон, — покачал я головой, разорвав между нами дистанцию. — Экий ты неуклюжий... Лезешь драться, хотя сам на ногах не держишься. Может, каши мало кушал?
Молодой дворянин зарычал и поднялся на ноги. Демоны и боги, они тут все такие? Как под копирку — чуть что у сопляков начинает течь крыша и они теряют над собой контроль. Урон, видите ли, их чести... Ваша тупость — вот урон вашей чести. Ну, хоть чародеи постарше сражались более разумно — тот же покойный Мастер тому живой свидетель.
Водяные и воздушные лезвия полетели в меня одно за другим, но я небрежно отражал все эти атаки мечом. План противника опять был, как ему казалось, весьма коварен, но как по мне — предельно очевиден. Специально вкладывая побольше воды в свои лезвия на основе этой стихии, он намеревался повысить концентрацию влаги вокруг — что бы потом одним мощным, площадным ударом накрыть противника, то бишь меня.
Действует, будто по учебнику. Строгие шаблоны, намертво вбитые паттерны — он отлично их заучил и как для Ученика действительно был хорош. В целом, я не был противником таких шаблонов — хорошая школа боевой магии тем и хороша, что заставив намертво вызубрить подобные основы, позволяет позже на их основе разрабатывать свои собственные тактики и уловки. Вот только против меня, да такими методами...
Я намеренно не двигался с места, стоя и отражая эти атаки. Пусть потешится, думая что всё идет по плану — иначе будет неинтересно. Но как только я почувствовал вокруг себя напряжение магических потоков, я тут же сорвался, уходя вперёд и в бок. Рванувшие туда, где я был мгновение назад грязевые змеи бессильно столкнулись друг с другом, я же отвесил небрежную оплеуху не успевшему среагировать Антошке — тяжелое и манозатратное заклинание заставляло парня сконцентрироваться на себе полностью, не оставляя времени на реакцию. Так спешил расквитаться за подсечку, что даже защиту не выставил... Впрочем, этим он невольно сберёг себе силы — от меня бы всё равно не помогло.
Он уже затратил около половины своего резерва, а ведь бой шёл только около минуты. М-да... Нет, ну так-то у нашего Лаврентия шансов против этого лепрекона и вправду никаких не было. И если говорить на чистоту — ещё пара-тройка лет да побольше опыта, и из него выйдет очень даже приличный боевой маг. Только тренироваться ему надо с соперниками, использующих нешаблонные пути, да в битвах с монстрами и прочим — рискуя жизнью, учишься быстро. Тому, что можно было освоить в безопасности на тренировочных площадках, он уже был обучен.
— Дерись как положено! — заорал Игнатьев, взвившись с земли после моей оплеухи. — Хватит скакать как крыса!
— Как скажешь, господин лепрекон, — пожал я плечами.
Воздушное лезвие парня было сметено моей молнией, и ему резко пришлось уходить в защиту. Следующая молния, вместо того, что бы врезаться в каменную преграду, следуя моей воле обогнула её и больно ужалила паренька по заднице. Я специально её ослабил до безобидного уровня — куда больше силы ушло на контроль движения заклятия. Честно говоря, вложи я столько маны в саму атаку, бой бы закончился — наспех выставленный каменный барьер бы не спас засранца.