Фея Драконьего Сердца (СИ)

— Это шо еще за новостя такая, мышь волосатая? — ужаснулась фея, когда няня принесла старый шар, наматывая на него волосы. — Я шо? С ним так и буду ходить?
— Не вертитесь! — возмутилась мисс Миракл, старательно придумывая прическу.
— Благородные леди не говорят «мышь волосатая»! — заметил Венциан, глядя на скуксившуюся красавицу, которая пыталась спасти руками свои волосы.
— Как скажете! Ай, да жупень кажилистый! Да шож так дергать! Ну да, чай волосы не казеные! — возмущалась фея, когда нянюшка перекидывала пряди так, чтобы скрыть шар.
— И «жупень кажилистый» леди тоже не говорят! — выдохнул Венциан, теряя терпение. — Постарайтесь не употреблять такие выражения!
— А че вам мышь волосатая сделала-а-а! — взвизгнула будущая леди, когда нянюшка в последний раз продрала гребнем красивые, густые волосы. — Как же теперича ругаться? Или леди всегда всем довольны? А как же! А че рожи у них кислые?
Венциан задумался на секунду, пока няня заканчивала прическу.
— О, нет, благородные леди тоже ругаются! — заметил Венциан, решив, что ничего другого не остается. — Только у них есть одно очень страшное ругательство! Только я не буду вам его говорить, а то запомните!
— И какое-такое ругательство? — оживилась фея, скосив глаза на огромные валик прически, сооруженный няней.
— Сейчас нянюшка уйдет, и я вам его скажу, — усмехнулся Венциан, скользнув взглядом по двум красивым полушариям, затянутым в тугой корсет.
Стоило нянюшке уйти, как он очутился рядом с красавицей. Осторожно убрав каштановый завиток волос, отливающий золотом, он склонился и прошептал в розовое, недавно отмытое ушко.
— Благородные леди говорят «Ах!». Чуть что, так сразу «Ах!», — заметил он, рассматривая красивую шею, которая обнажилась благодаря высокой прическе. Такой шее могла бы позавидовать любая графиня.
— Тю! — шмыгнул нос, а сопля вытерлась о розовое платье. — Тоже мне! Удивили! Я-то думала, чёй-то позабористей! Что — то вроде… суспесь рыхлая!
— «Ах!» — это сокращение от… — склонился к уху Венциан, невольно залюбовавшись красивой шеей.
— О! — округлились красивые глаза. — Будем знать!
Венциан улыбнулся, понимая, что говорит то, что сам только что придумал. Но разве очаровательные ушки не созданы для того, чтобы в них врали?
— Итак, как вам ваша прическа? — спросил Венциан, глядя на то, как красавица сопит.
— Это же просто ах какой-то! — произнесла она, вызывая у молодого графа вздох облегчения. — Я ах как проголодалась! Когда, ах, жрать будем?
  
Глава пятая. Как ругаются благородные дамы
 
— Фу, как вам не стыдно так ругаться! — покачал головой граф, в надежде, что высшее общество не узнает ничего про волосатую мышь.
— Погодьте! Значится, благородные мамзели ругаются на каждом шагу? — удивленно воскликнула фея, видимо, что-то припоминая.
Довольная фея предвкушала свой аристократический дебют.
— Ну почти! — выдохнул Венциан. — А теперь еще раз войдите и остановитесь у стола. Представьте, что вокруг вас много-много людей…
— Для чего я тут у стола топтаться буду, ах? Все сожрут до меня, ах! — спросила фея, ковыляя к двери. — Тут ах как быстрее надобно! Чтобы усе эти ахи не сожрали!
Венциан чувствовал, что нащупал незримую нить, за которую стоит потянуть.
— Смотрите, — махнул он рукой. — В высшем обществе все просто! Вы подходите к столу и смотрите, чтобы вам не плюнули в суп! — воодушевился граф, показывая, как должна вести себя примерная леди. — Потом какой-то …
— Сын моржовый! — подсказывала фея.
— Сын моржовый, именно! — улыбнулся граф, поражаясь, откуда в такой очаровательной голове скопилось столько ругательств. — Попытается украсть ваш стул! Так принято!
— О! — округлились глаза феи, которая не подозревала, что в благородном обществе принято воровать стулья.
— Идите сюда! Ну-ка, пробуем! — усмехнулся Венциан, снова глядя на золотистый локон, который выпал из прически и дразнил своей красотой.
— Так, идем сюды, смотрим, не харканул ли нам никто в супень? — заметила фея, стоя возле стола.
 
— И тут какой-нибудь ах пытается украсть ваш стул! — схватился за стул граф, потянув его на себя. — И в этот момент вы должны присесть на него. Чтобы воровать стул стало сложнее! О, у вас получается!
— Правда? — удивилась фея. — Не знала про ледей такого! А они жопой стул пасут!
— Именно, — кивнул граф, заправляя стул вместе с феей за стол. Он даже присел рядом. — А теперь смотрите сюда!
— Здесь стоко всего? — удивилась фея, глядя на разложенные приборы и салфетки с гербом Аддерли.
— Нужно взять салфетку и постелить ее себе на колени! Так делают все леди! — послышался голос графа, который тут же расправил салфетку. — В нее воруют еду со стола! Только не складывают, а что упало! Древняя традиция!
— А мужики почему ее в шиворот заправляют? — удивилась фея.
— Мужчины не любят воровать еду со стола и доверяют это дело женщинам, — вздохнул Венциан. — Только смотрите, когда туда что-то упадет, просите слугу унести. И вам постелят новую. Понятно? Правда, по дороге это могу съесть, но ничего не поделаешь…
«Если бы меня сейчас кто-нибудь слышал!», — ужасался сам себе Венциан, глядя на то, как тоненькая ручка хватается за ложку.
— Маленькая вилка для салата! А большая для горячих блюд! Чтобы руки не обжечь! — продолжал граф, пока фея кивала. — Большая ложка для супа, маленькая чайная. Короче, начинаешь есть с вот этих ближних приборов, а потом переходишь к дальним. Итак! Давай пробовать! Я говорю блюдо, вы хватаете приборы.
Перед феей стояла пустая деревянная тарелка.
— Суп! — произнес граф, видя, как фея замешкалась, а потом к его облегчению схватила большую ложку. — Салат! Нет… Нет… Да!
Через полчаса фея ловко хватала приборы, почти не задумываясь.
— Победа, — прошептал Венциан, устало падая на стул. — А теперь можете приступать.
Жиденький суп выигрывал за счет душистых приправ. Он вздохнул и принялся за еду, как вдруг по другую сторону от свежего букета услышал страшные звуки. Эти звуки вряд ли могло издавать милое и хрупкое создание. Казалось, что за букетом роз поселилось кровожадное чудовище, решившее совместить два приятный процесса. Поесть и продолжить род одновременно.
— Не надо стонать! — произнес Венциан, выглядывая из-за букета. Он уже пожалел, что притащил эти розы. — А то слуги подумают, что это вкусно и уйдут к другим хозяевам, где платят больше!
— Ну енто понятно! — послышался голос. Венциан встал, глядя как с жадностью пустеет деревянная тарелка. Он смотрел на свою, а потом на то, как последняя капля из перевернутой тарелки исчезает на красивых губах феи.
— Вы как себя чувствуете? — усмехнулся Венциан, присаживаясь на край стола, что уже было верхом неприличия.
— Ниче? А как надобно? — удивилась фея, ставя тарелку на стол.
Венциан на секунду вышел из столовой, идя в кабинет отца. Открыв магический замок, он достал из шкафчика странный порошок и спрятал его в рукаве. Все происходящее казалось ему странным сном. — Вот, ешьте, — послышался голос Венциана. — Только не все!
Он протянул свою тарелку, пряча полупустой флакон обратно в рукав.
— Знаете, — заметил он, трогая розы. — В высшем обществе принято травить друг друга. Просто ради приличия. Пришел в гости, тебя не отравили, значит, тебя не было в гостях! Но обычно яд добавляют чуть-чуть… Чтобы было время распрощаться, сесть в карету и помереть по дороге! Поэтому хитрые гости едят не все, что на тарелке.
— Вы что такое говорите? — ужаснулась мисс Миракл, показавшаяся в дверях.
— Няня, уйти, я прошу тебя! — отмахнулся граф, выставляя на стол флакон. Дверь обиженно захлопнулась.
— И как есть теперича? — ужаснулась фея, глядя на обычное рвотное, которое так и не распечатали.
— Медленно и не до конца! — заметил граф, поигрывая флакончиком. — Так что сразу предупреждаю. Суп отравлен. Но он очень вкусный!