Проклятая ведьма! или Пока смерть не разлучит нас (СИ)

Боль его отрезвила, или мне так показалось. Он выпустил мои губы, но тут же приник к шее, кусая ее и жаля поцелуями. Добрался до моей эрогенной зоны, чтоб его… бесы драли! Его пальцы грубо ворвались в мое пульсирующее от желания лоно.
— А-а-ахх! — перед глазами заплясали звезды. От боли… Это было слишком сильно и неприятно.
Я до крови прокусила нижнюю губу и, что было мочи, ударила магу по лицу. И разозлила. Мать моя ведьма… Похоже, с ним принцип Тани «возбудим, но не дадим!» не прокатит! Его взгляд, до этого обезумевший и горевший от похоти, налился яростью.
— Плохая шлюха! — прорычал он, больно толкнув пальцы в меня и прикусив кожу на шее.
— Ай-й-й!
Я зажмурилась и вцепилась ногтями в его грудь, царапая ее острыми ногтями.
— Ну же, детка, — притворным ласковым голосом произнес он, проигнорировав боль. — выполни свою работу, раздвинь ножки. Тебе понравится, обещаю.
Этого было достаточно, чтобы моя магия очнулась. Ах ты, козломаг проклятый! Да чтоб тебе… Да чтоб тебя… Да чтоб ты проклят был!
— Пошел ты… к травматологу! — бросив любимую фразочку Таньки, я зарядила ему с колена по яйцам и треснула по голове оглушающим заклинанием.
Лицо мага перекосило от боли. Он закряхтел, согнулся пополам, прижав руки к причинному месту, и стал шипеть что-то нечленораздельное и, по-моему, все нецензурное. Или может, проклинал меня? Мне даже жаль его стало. На секунду! Но стоило вспомнить, как он залез мне в трусы и назвал шлюхой, совесть мгновенно уснула. Мало я ему отвесила! Я, может, и люблю мужские ласки и секс, но не в борделях и тем более не с принуждением! Садомазо не по мне! Да и моя душа предпочитает тех мужчин, которых я цепляю сама. Без пыльцы и прочего.
Пора уносить ноги! Поправив задранную юбку и, на последок кинув в окаянного легким проклятием(каким, понятия не имела, магия выбирала), я сбежала. Бордель покинула так быстро, словно за мной гналась Дикая охота. Таньку и фамильяров нашла за старым разваленным зданием, расположенным через дорогу от «Сиси». К ним меня привела созданная мною золотая бабочка.
— Слава Богу! — поблагодарив своего бога, с облегчением выдохнула подруга, а я согнулась и оперлась руками на колени, чтобы отдышаться. — Он ничего тебе не сделал?
Ну-у, как сказать..
— Не. Только поцеловал, да сисичку помял. — слукавила я и, все еще тяжело дыша, выпрямилась.
Губы до сих пор покалывало, а на языке ощущался вкус мага, его тьмы и крови. В моей крови, раскаленной и буйной, бурлила магия. Промеж ног было неприлично влажно и немного больно. На шее, не удивлюсь, если остались отметины от зубов и засосы. Хотелось скорее снять с себя всю одежду и окунуться в ванную, чтобы смыть с себя нежеланные поцелуи и касания. Жаль с души я это смыть не могла.
«Я чувствую, что этот козломаг с тобой сделал!». — вмешался в поток моих мыслей Мурз, и я посмотрела на него. — «Скажи, что ты его прокляла! Или это сделаю я! И не только прокляну! Кастрирую к бесам!».
В душе тут же стало тепло. Все, о чем переживала, затмила нежность, такая чистая и светлая, как белая магия. Широко улыбнувшись, я кинулась к коту и сграбастала его в охапку, чтобы прижать к груди. Мой хоро-о-оший! Люби-и-имый! Папочка мой!
Кот недовольно зашипел на подобное проявление любви и оцарапал меня. Неблагодарный!
— Давайте нежничать будете потом? — вмешалась Таня. — Надо ноги уносить, пока проклятийник нас не нашел.
«Надо, надо». — согласился Пузя. — «Желательно из города. А лучше на другой конец континента».
 Глава 3. Надо валить… и я даже знаю, кого 
До хижины, в которой мы жили довольно долгий промежуток времени, добрались незамеченными. В ином случае, у нас были бы проблемы с патрулем. Сейчас от нас сильно пахло магией, ведь Мурз был не в состоянии прикрыть двух ведьм. Стычка с проклятийником отняла у него очень много сил, и чары, которыми мой кот с 12 лет прикрывал меня, были слабы.
Поспешных решений по поводу переезда никто принимать не стал. Нужно было сначала все хорошенько обдумать, а потом выбрать еще какой-нибудь тихий городок, где почти нет магов и прочих сильных колдунов, способных прочувствовать в нас ведьм.
 
Мы поэтому-то и переселились в эту глушь, где, по словам Таньки, блядей больше, чем людей. Последних вообще не было, но подруга, 20 лет прожившая в мире смертных и по несчастному стечению обстоятельств «переселившаяся» в Израз, не могла отвыкнуть от старых привычек и использования слов, которых не было в нашем словаре. Но мне это нравилось. Как завернет, так завернет иной раз! Ух!
Она у меня ведьма такая… Боевая. Без этого бы не сбежала от своего папаши, решившего отдать дочь-ведьму в жены волку в качестве инкубатора для рождения породистых шавок, не адаптировалась бы к моему миру, не схлестнулась бы со мной в той шумной таверне. Так кстати, и началась наша дружба — с первой попойки и последующей драки.
До рассвета мы с помощью карты и магии костей искали тихое поселение, где смогли бы залечь на дно. Каждый из нас знал, что маг, честь и… достоинство которого я изувечила и покалечила, не оставит никого из нашей пятерки в покое. Но не это была основная причина. Он не идиот, наверняка понял, чье зверье пыталось его обнести, и кто его одурманил. Да и чью книгу он прикарманил.
— Надо валить! — в который раз заявила Бяка, разместившаяся в глубокой миске с холодной водой так, словно принимала ванну.
— И я даже знаю, кого, мрр. — растягивая слова и мурча, произнес Мурз, лежавший в своем любимом кресле, на старой потертой подушке.
Хижинка была маленькой, с одной комнаткой. В ней, собственно, мы и разместились, чтобы продумать план действий. Сейчас помощники могли говорить нормально, не боясь, что их голоса услышат посторонние.
— Тебе лишь бы кого-нибудь прикончить. — усмехнулась я.
Мурз лишь открыл один глаз, чтобы недовольно на меня посмотреть, и вновь закрыл его. Пушистый хвост кота закружил в воздухе. Мой Мурз настоящий злыдень! Как моя мама — добрейшая душой ведьма жизни, могла связаться с таким черным-черным исчадием ада?
«В тихом омуте черти водятся». — изрек Мурз и закрыл к себе доступ.
Ах ты..
— Давайте рванем к морю! — присоединилась к разговору Таня. — Или в горы! Всегда мечтала быть подальше от цивилизации.
— Нет! — отрезал Пузя, хрустевший сухарями, оставшимися от хлеба. — Там негде навести суету!
— И выпить? — с ухмылкой дополнила я.
— И выпить!
Танька закатила глаза и выпустила из рук магические кости, которые не очень хорошо отзывались на ее магию и отправляли нас туда, где было совсем небезопасно. Настала моя очередь попробовать. Я, встав со стула и опершись руками на стол, взглянула на карту Израза. Глаза пробежались по всей территории материка, напоминавшего пятиконечную звезду, каждый конец которой принадлежал одной из сторон.
Маги и колдуны заселяли север — Искальту, ведьмы и все остальные черные существа были сосланы на юг и занимали два конца звезды — Майран и Абут, на востоке расположились светлые — Сорос, а на западе было королевство морских созданий — Цурин. Наш континент, отделенный от земель смертных, был убежищем для каждого сверхъестественного создания. Здесь мы прятались от людей, но друг от друга не могли. Я тяжело вздохнула.
— Ладно. Последняя попытка, и едем туда, куда укажет магия.
На этом и порешали. Все уже устали, и перед отправкой нам нужно было хоть немного отдохнуть. На меня кости откликнулись сразу и указали на место, где безопаснее всего — на небольшой закрытый от чужаков остров Авалон, о котором я слышала от мамы. Она была родом оттуда, но когда тот конец достался магам, всем ведьмам пришлось покинуть остров.
— Итак, у меня две новости. Хорошая — я нашла самое безопасное место, где можно укрыться от моей тетки, твоего папаши, того некроманта, ну и теперь проклятийника.
— А плохая? — насторожилась Танька.
— Он принадлежит магам.
 Глава 4. Переезд страшнее пожара