Только (не) с тобой (СИ)

— Я знаю, как всё это распутать, — посмотрела Стасу в глаза, сейчас он единственный человек, кому я могу довериться. — Серый работает на моего отчима, а мой отчим работает с кем-то ещё, покрупнее, с кем-то из окружения Андрея или Короля! Мне бы только немного прийти в себя, и я смогу поговорить с отчимом, выяснить всё!
— Варь, ты себя слышишь вообще?! — вдруг зло спросил он и принялся расхаживать по комнате. — Лазарь страшный человек и одна ты против него не пойдёшь, ясно?! Ты сейчас отлёживаешься, вечером ужин, а я займусь твоим отчимом! Ты не зря мне всё рассказала, может, ваше сделка с ним и сыграла ключевую роль во всех развернувшихся событиях, Лазарь ведь давно на Короля зуб точит, к власти стремится! А тебе во всём этом отведена своя роль, — Стас замер напротив постели, нервно постукивая концом ботинка по полу.
— Нет, этого не может быть! — встревоженно сказала я и собиралась подняться, но боль в ребре заставила меня замереть. — Не мог он знать о наших отношениях с Андреем, да и о их совместной работе с Королём!
— Ох, Варюш, ты многого о своём отчиме не знаешь! — покачал он в досаде головой. — Значит так, ты сейчас успокойся, — он вытащил из внутреннего кармана пиджака шприц и подошёл. — Тебя накачали обезболивающим, тебе противопоказано волноваться, вообще! Я сейчас вколю тебе снотворное и ты спокойно поспишь, не переживая, отдохнёшь, придёшь в себя!
— Стас, не надо! — покачала головой со страхом и села. — Мне нужно многое обдумать сейчас.
— Тебе сейчас нужно отдохнуть! — категорически сказал он и снял колпачок с иглы. — И не упрямься, Варь, тебе нужны силы, особенно после полученных травм!
— Ладно, — пожала плечами и нехотя протянула руку, но зажмурилась, терпеть не могу уколы, с самого детства.
— Вот и умничка, — открыла глаза, когда Стас уже убрал шприц. — А теперь ложись и отдыхай. Доверь всё мне, я попытаюсь разобраться
Дальше я уже не слушала, мысли стали путаться, и я отдалась в объятия Морфея, тем более сил на всё уже не было, никаких. Я устала бороться со сном.
***
— Ничтожная девчонка! — последовал ещё один удар и девочка упала на пол, почувствовав во рту металлический привкус крови. Женщина была очень зла, её раздражало всё! Она подошла к девчонке и сильно схватила её за длинные волосы, наклонившись к уху. — Ты никто, и не имеешь никаких прав, ясно? Запомни, паршивка, раз и навсегда — твоя жизнь принадлежит мне!
— Мам, я… — последовал ещё один удар и девочка закашлялась, приложив руку к горящей щеке.
— Никогда больше не называй меня мамой! — угрожающе прошептала женщина, по щекам у девочки потекли слёзы, ей было очень больно, но не физически, а морально. — Такой слабой, такой жалкой, такой убогой, дочери у меня никогда не будет! Вставай и приведи себя в порядок! И если скажешь отцу хоть слово, я тебя уничтожу! Я смогу превратить твою жизнь в Ад, стоит тебе сделать лишь один неверный шаг!
Девочка вытерла слёзы, глубоко вздохнула, пряча свою боль в глубине души. Куда же подевалась её любимая и любящая мама, которая даже помыслить не могла о том, чтобы причинить своему ребёнку боль?! Что такого произошло, из-за чего мать её возненавидела? А это точно, потому что во всех действиях, движениях, поступках, во всём сквозила ярость, ненависть, как будто она — Варя — виновата во всём! Но откуда этот холод? Эта злость? Что же она сделала не так? Чем заслужила такое к себе отношение? Ведь, ещё совсем недавно всё было хорошо! Варя поднялась и ни сказав не слова, пошла к двери из своей собственной комнаты, сейчас она просто не могла находиться в одной комнате с этой родной, но в то же время далёкой женщиной, которая теперь имеет лишь статус «мать»! Та, кто её родила, отказалась от неё! И больше никогда ничего не будет как прежде!..
***
Ребро прострелило болью! Опять этот сон, опять эти воспоминания, опять эта боль! Да она притупилась, но иногда напоминает о себе, порой в самые неподходящие моменты жизни, в самый сложный период, как напоминание, как острая игла, которую воткнули в сердце и каждый раз вгоняют всё глубже и глубже, прокручивают, ломают и оставляют там, глубоко внутри, осколки! Очень остро, очень больно!
 
Крепко зажмурилась и провела рукой по щеке, стирая горькие слёзы, которые не переставали катится!
Ну почему? Почему она стала такой?! За, что она так со мной?! Как будто я виновата перед ней, только вот в чём? Что могла сделать обычная, простая, во всех отношениях шестнадцатилетняя девочка? Да у меня был сложный переходный возраст, но за это же не начинают ненавидеть! Тем более женщина, которая вынашивала тебя девять месяцев и рожала! Это же бред! Да и ладно просто ненавидеть, но не так же люто, не с таким же остервенением, удовольствием, я не знаю прямо! Да и после смерти отца ничего не поменялось, правда отчим (хоть за что-то ему можно спасибо сказать, хоть и с натяжкой, но можно) немного сдерживал мать от нападок на меня, но ему это не всегда удавалось, когда мы оставались в доме одни, контролировать её было не кому.
Ног теперь всё! Теперь я могу дать ей отпор, теперь я могу с ней бороться! Раз уж я ей не дочь, то и она мне не мать! От этой мысли в груди больно кольнуло, но я отогнала от себя сожаление! В моей жизни было много хорошего в прошлом и эти воспоминания останутся со мной навсегда, а всё плохое я забуду и больше не буду позволять плохим снам забираться в моё сознание! Сейчас я могу и должна создавать другие положительные воспоминания и одно уже есть — это встреча с Андреем, а с ним мне уже ничего не страшно в этой жизни!
Присела на постель, как можно осторожнее и откинула плед в сторону. На мне был всё тот же топ, только теперь вокруг талии чуть ниже груди была очень тугая повязка из эластичного бинта. Вместо джинс мои белые, короткие шорты. Осторожно поднялась и подошла к шкафу, чтобы кое-что проверить, открыла дверцы и увидела на полках свои вещи. Покачала головой и взяла с полки полотенце, бельё, свитер и утеплённые брюки, меня жутко начало морозить, как только скинула плед. Волосы мои были заплетены в слабую косу, но я прямо ощущала, какими они были грязными, пыльными, стоило провести по ним руками. Не знаю, можно ли мне сейчас сходить в душ, но мне на это плевать, мне нужна горячая вода, прямо сейчас. В моей временной комнате была отдельная ванна, зашла внутрь и наткнулась на своё отражение в зеркале и чуть не выронила из рук вещи. На лице были неглубокие царапины, а точнее на щеке, подбородке и у нижней губы, но самое страшное это бровь, правая, которую закрывала тонкая полоска бинта, обёрнутая вокруг головы, поверх волос. Узла не было, а простая липка, находилась она сбоку, и я легко её отцепила, размотала, также сняла бинты с запястий промыла небольшие царапины в раковине. Выкинула бинты, покрытые запёкшеюся кровью, распустила волосы, отмотала эластичный бинт, осторожно, медленно, дрожащими руками, но отмотала, скрутила и положила на пол. Бок болел, не слишком сильно — это было скорее неприятно, не смертельно, но обидно! Почему всё досталось мне, а Стас остался целым! Нууу японский ж сад! Что ж это за чёрная полоса-то, а?! Кошмар! И если верить парню со склада — это только начало!
Горячая вода привела меня в тонус, согрела, расслабила, избавила от боли. Рёбра периодически напоминали о себе, но теперь это было не так больно. Дааа, сейчас бы ещё горячего карамельного чая, домашнюю булочку и жизнь будет радовать.
Завернулась в тёплое полотенце и тут возникла одна проблема, к горлу подступила тошнота и мне потребовалось несколько минут, чтобы прийти, восстановить дыхание и справится с тошнотой, что было сложно, голова закружилась, пришлось зажмуриться, чтобы потолок перестал меняться местами с полом. Села на пол, зажмурившись, мокрые волосы закрыли лицо, я обхватила коленки руками и прижала их к груди, глубоко вдыхая тёплый воздух. Спустя несколько минут мне стало лучше, голова ещё немного кружилась, но я заставила себя подняться с пола и открыть глаза, потом выпила немного холодной воды из-под крана. Обтёрлась и оделась, когда тошнота отступила, а головокружение прекратилось, высушила волосы феном, который нашла тут же и со спокойной теперь уже душой вышла в комнату, предварительно замотав рёбра бинтом. Легла на постель, закрыла глаза, только приготовилась снова погрузиться в сон, но этому не суждено было свершиться, дверь распахнулась, стукнувшись о стену, отчего я поморщилась. Села на постель и только потом открыла глаза. Я ожидала увидеть кого угодно, да, но точно не Виолетту! Почему? Да потому что ей здесь делать в принципе было нечего!