Выйти замуж за Лешего (СИ)

Лицо Оксаны залило румянцем смущения, но она быстро справилась с нахлынувшими эмоциями:
— Ах, извини. Я не поняла, что ты просто хотел переспать со мной, когда завалился пьяный в интернат. Наверное Зина Завада была в тот день не доступна.
Тарас злобно зыркнул на неё:
— Пошли. Обед в сельсовете уже закончился. Подадим заявление.
— Пошли, — легко согласилась Оксана. — Только пакет оставим в интернате и паспорт мой захватим. За тридцать минут подадим заявление? У меня работа в два начинается.
— За тридцать минут обернёмся, — пообещал Тарас. — Мне тоже на работу к двум.
Оставить пакет и взять паспорт заняло пять минут. Выйдя на улицу из интерната, Оксана деловито осведомилась:
— А твой паспорт?
— Мой — в машине возле четырёхэтажки. Заберём по дороге.
Они вместе направились к четырехэтажному дому, во дворе которого Огарев подошёл к чёрному Лэнд Крузеру.
— Это твоя машина?! — ахнула Оксана.
— Моя, — открывая переднюю пассажирскую дверь и забирая из бардачка паспорт, кивнул Леший. — Нравится?
— Очень, — призналась Веригодская, вспомнив, как заценила Лэнд Крузер ещё несколько месяцев назад, когда шла на День рождения к Валере Потасову.
— И мне нравится. Хорошая машинка. Я её новой из автосалона три года назад брал. За всё время, что езжу — никаких нареканий, — в голосе Огарева чувствовалась нежность.
— Ты, значит, богатый мужчина, — подколола Лешего Оксана. — Такая машина дорого стоит.
— Я давно на машину деньги откладывал. До этого у меня был старый Опель, так я замучился чинить его, да и по лесу Опель ездить не любил. Новую машину поехал покупать с отцом. Хотел бэушную с небольшим пробегом, а отец уговорил на новую Тойоту, денег добавил, чтобы хватило без кредита Тойоту взять, — Тарас усмехнулся. — Сказал, что с такой машиной все девчата местные моими будут. Очень уж отец мечтает меня семейным человеком увидеть.
— Судя по тому, что за три года ты не женился, Тойота не помогла, — снова уколола Лешего Оксана.
Тарас хмуро глянул на Веригодскую:
— Так я вроде как женюсь. Или ты всё таки шутку со мной шутишь?
— Нет, всё правильно: женишься, — поспешила заверить его Оксана.
— Тогда пошли. Времени в обрез, — поторопил её Леший.
Они сходили в сельсовет, где улыбчивая женщина приняла у них заявление на регистрацию брака пятнадцатого июня.
Обратный путь от сельсовета до интерната прошли молча. Возле интерната Тарас остановился и закурил.
— Понятное дело, что у тебя на меня какие-то свои, наполеоновские планы, — наконец сказал он. — Только не могу понять какие. Просвети-ка!
Оксана решила, что лучше сразу выложить Огареву суть её плана, поэтому глубоко вдохнула и рассказала во всех красках историю своего распределения в Княжицы, потом перешла к открывшейся на следующий год вакансии учителя химии в местной школе, подробно остановилась на визите в РОНО и в конце упомянула об интригах Щуровой.
— И Людмила Петровна позвонила полчаса назад, чтобы предупредить, что никто мне жильё не сдаст. Представляешь? — закончила Оксана рассказ.
— Теперь понятно, — кивнул Леший.
— Ты же не против меня выручить? — уточнила Оксана.
— Помогу, — заверил её Огарев и хмыкнул. — Молодец, конечно, ты, Пташка. Ловко нашу Щурову обыграла. Мне мать рассказывала, что Людмила Петровна держала место учителя химии для племянницы.
— Пусть эта племянница годик в интернате посидит. Я уеду через год, а она станет на моё место, потому что быть нянькой я только на год подписывалась. Это не моя специализация!
— Стоп-стоп! Второй раз не надо объяснять. Я с первого всё понял, — остановил её Огарев. — Лучше скажи: ко мне сейчас переедешь или после свадьбы?
— Сейчас, — твёрдо заявила Оксана, — чтобы у Щуровой иллюзий не было. Пусть признает своё поражение.
— Тогда заеду к тебе в субботу после обеда, часа в два. Собери вещи, и я перевезу тебя в квартиру.
— Хорошо, — кивнула Веригодская.
— Поцелуешь на прощание? — нагло ухмыльнулся Огарев.
— С такими вопросами после свадьбы подходи, — проворчала Оксана.
 
— Ладно. Подожду, — ничуть не расстроился Тарас. — И ещё одно: Лешим меня не называй.
— Почему? — удивилась Веригодская. — Тебя все так зовут.
— Всем можно, а тебе нельзя, — через плечо, уходя, бросил Тарас.
Оксана не стала спорить: ссориться с Огаревым было не в её интересах.
— Спасибо! — крикнула она.
Огарев остановился и обернулся:
— Пока не за что. Могу ведь и передумать на тебе жениться. Будь паинькой, Пташка!
— Противный Леший! — возмутилась Оксана и прикрыла рот рукой.
— Я всё слышал, Оксана Владимировна! — рассмеялся Огарев.
Веригодская сердито топнула ножкой, а затем скрылась в интернате.
  
Глава 14
 
Переезд
Все оставшиеся до субботы дни Оксану мучили сомнения в правильности той авантюры, которую она затеяла под влиянием эмоций.
— Может следует засунуть свои амбиции куда-подальше и доработать до конца распределения в интернате воспитателем? Вдруг Леший не понял, что я ему предлагаю фиктивный брак? Как в субботу ему сказать, что я передумала? — такие вопросы одолевали Оксану днём и ночью.
Идея получить жильё на следующий учебный год, а значит и позицию учителя химиии в Княжицкой школе через брак с Огаревым с каждым днём казалась Веригодской всё менее и менее привлекательной. В пятницу утром Оксана встала с постели с твёрдым решением пойти к Щуровой и согласиться на нагрузку воспитателя интерната.
Проводив своих воспитанников в школу, Оксана с тяжёлым сердцем отправилась на поклон к директору, чтобы признать своё поражение.
— Что, Оксаночка Владимировна, ты пришла с повинной головой ко мне? — злорадно улыбнулась Щурова, когда Веригодская вошла в ее кабинет. — Кишка тонка оказалась со мной тягаться?
Слова директора снова подняли в душе Оксаны бурю противоречивых эмоций, среди которых доминировало желание оставить за собой последнее слово. Именно это желание пересилило все остальные.
— Нет, Людмила Петровна, я пришла поставить Вас в известность, что проблем с жильём, которыми Вы меня пугали, не существует, потому что я выхожу замуж и буду жить в квартире супруга! — выпалила Веригодская.
— И кто у нас счастливый супруг? — иронично поинтересовалась Щурова.
— Огарев Тарас! — ослепительно улыбнулась Оксана.
Лицо Щуровой вытянулось от изумления. Несколько минут она приходила в себя, прежде чем натянуто улыбнуться и сквозь зубы произнести:
— Ну, что тут скажешь…Огарев — мужчина положительный во всех отношениях. Он мой бывший ученик. Я Тараса хорошо знаю: если что-то решил, то до конца пойдёт. Прими мои поздравления.
— Спасибо, — кивнула Веригодская, мысленно проклиная себя за вечное желание оставлять за собой право последнего слова.
— Я сейчас не готова обсуждать твою нагрузку на следующий учебный год. Мне нужно посоветоваться с завучем. Ты же, наверняка, хочешь себе факультатив, а может даже два, — быстро говорила Людмила Петровна, что выдавало её растерянность.
— Просто ставка учителя химии меня вполне устроит, — заверила Щурову Оксана.
Людмила Петровна оценивающе посмотрела на Веригодскую, потом в окно, а затем снова на Оксану:
— Когда у тебя свадьба?
— Пятнадцатого июня, — уже чувствуя подвох в самом вопросе, ответила Оксана.
Теперь Щурова хитро улыбалась. Веригодская напряглась: было понятно, что директор что-то придумала.
— В любом случае сейчас я занята, — решительным тоном уверенного руководителя объявила Людмила Петровна. — Давай сделаем так: когда я буду готова, то приглашу тебя к себе в кабинет для обсуждения нагрузки. Это будет ближе к концу мая, а может даже в начале июня.
Веригодская кивнула. Она поняла, что Щурова не верит в анонсированную Оксаной свадьбу.
— Хорошего Вам дня, Людмила Петровна, — пожелала Оксана директору, покидая кабинет.
— И тебе, Оксаночка Владимировна! Сегодня зайду после работы в магазин, чтобы поздравить Раису Максимовну с обретением такой замечательной невестки. Ты же с мамой Тараса уже знакома? А с отцом? Семён, наверное, счастлив, что сын женится!