Отлично получилось (ЛП)

— Дерзость. Мне это нравится.
— Но эта работа… — он притянул меня ближе, и его губы нашли мои. Джексон крепче прижал меня к себе, пока не стало трудно понять, где кончался он и начиналась я, и мне все равно казалось, что он недостаточно близко. Я излила все свою тоску — не осознавая до конца, о чем именно тоскую — в поцелуй, растягивая его. Скользя языком по губам Джексона, я проводила пальцами по его волосам, наслаждаясь его теплом и тем, как его запах вторгался в мое сознание, заставляя меня чувствовать каждый дюйм его тела. Джексон прерывисто вздохнул, когда мы, наконец, оторвались друг от друга.
— Я бы хотел, чтобы эта работа длилась вечно.
Глава 31
Джексон и я только что завершили очередной набег на магазин товаров для дома. Надеюсь, это был наш последний поход туда, потому что за прошедшие дни я сходила в этот магазин, наверное, тысячу раз за разными мелочами и больше никогда не хотела возвращаться в него снова.
Джексон нес купленную нами дверь, а я была увешана множеством пакетов, и мы смеялись над песней, услышанной в машине по радио — и тут я заметила свою маму, сидящую на ступеньках крыльца. Дерьмо.
— Мама. Что ты здесь делаешь?
— Я? Что я здесь делаю? — она встала, уперев руки в бока. — Что ты здесь делаешь, Иви Линн?
Попалась.
Джексон прошел мимо нее и поставил дверь на крыльцо. Я думала, что он зайдет внутрь и оставит нас разбираться наедине, но он спустился обратно по ступенькам крыльца и положил руку мне на спину — маленький успокаивающий жест, который как бы говорил: «Я здесь, если понадоблюсь». Кажется, мое стремление не нуждаться ни в ком и никогда было проклято.
— Я ремонтировала дом, чтобы Дикси могла продать его по более высокой цене, — сказала я. — Как ты узнала, что я здесь? Она тебе сказала? Вы опять разговариваете? — внутри меня вспыхнула надежда, нашептывая, что, возможно, все к лучшему. Может быть, наша расколовшаяся семья снова будет вместе.
Мама фыркнула.
— Я не разговаривала с Дикси почти десять лет, и ты это знаешь, Иви. И ты знаешь почему. Но, судя по всему, ты говорила с ней.
Чувство вины погасило надежду, но я напомнила себе, что я не сделала ничего плохого. А может и сделала. Трудно было понять, где провести черту в этой ситуации.
— Я не разговаривала с ней несколько лет, пока не увидела, что дом выставлен на продажу. Тогда я позвонила ей с предложением привести его в порядок перед продажей. Этот дом — единственное место, которое когда-либо казалось мне домом, и я… — комок подступил к горлу. — Даже не знаю. Я просто хотела таким образом с ним попрощаться.
— Несколько лет? Значит, вы все-таки периодически поддерживаете связь.
Конечно, из всего, что я сказала, только на это мама обратила внимание.
— Она была мне как тетя, — сказала я, хотя во многих отношениях Дикси была больше похожа на мать, чем моя биологическая мама. Возможно, такие мысли можно было посчитать предательством, но они возникали у меня уже не в первый раз. — Дикси была моей единственной семьей, в которой я была уверена и знала, что она всегда будет в моей жизни.
Но даже это в будущем оказалось неправдой.
— А что насчет него? С ним ты тоже дружишь?
Не нужно было уточнять, о ком она говорит.
— Ретт был одним из немногих, кто действительно вел себя как отчим, хотя официально никогда им не был. В первый семестр обучения в колледже они иногда навещали меня, привозя продукты, или приглашали на ужин. Иногда Дикси звонила просто поболтать. Она слушала, как я рассказываю ей о своей жизни, и мне это было нужно. Ты была слишком занята, чтобы поговорить, и…
— Ох. Так это моя вина, что ты действовала за моей спиной?
— Ты хоть помнишь, почему злишься на нее? За что? За то, что она посмела влюбиться в одного из твоих бывших? Дикси чувствовала себя ужасно и много раз извинялась за это. Я видела, что ее это очень беспокоило.
— Если бы она действительно переживала, то никогда бы так со мной не поступила. Я до сих пор не могу поверить, что она только и ждала, пока мы расстанемся, чтобы сразу же ухватиться за него. Она была… — голос мамы дрогнул, и на глаза навернулись слезы. Я видела, как она плакала из-за многих парней, но никогда не видела, чтобы она плакала из-за Дикси. Тем временем я пролила много слез из-за нее. — Дикси была всем, что у меня было, и она предала меня, — она шмыгнула носом. — Нет, не так. Вы обе были всем, что у меня было, и вы обе предали меня.
 
Она смахнула слезы и прошла мимо меня.
— Мама, подожди. Давай все обсудим. Ты должна зайти внутрь и посмотреть, как мы преобразили дом. Дикси сохранила все свои альбомы с вырезками, в которых есть наши совместные фотографии на протяжении многих лет. Очень здорово пересматривать их и вспоминать хорошие события из нашей жизни.
Мама покачала головой.
— Мне не следовало ехать через этот район. Обычно я объезжаю его, но сегодня… — она вздохнула и снова покачала головой. — Потом я увидела твою машину, и это разбило мне сердце. Я понимаю, что у нас с тобой не всегда были хорошие отношения, но я никогда не думала, что ты ударишь меня в спину вот так. Так же, как и она.
Ее слова были правдой, и боль затопила моё сердце. Я хотела объяснить маме, что это совсем другая ситуация, но она умчалась прочь, предпочитая оставить последнее слово за собой.
Джексона положил руки мне на плечи, массажными движениями пытаясь снять напряжение.
— Она остынет.
— Нет. Она будет помнить об этом до конца моей жизни, упрекая меня всякий раз, когда у нее закончатся аргументы в споре.
Но самым удручающим было то, что даже если мама будет игнорировать меня, пока ей не понадобится съехать из дома ее нынешнего бойфренда, я все равно помогу ей.
Возможно, мы были обречены повторять одни и те же действия снова и снова, ничему не учась и не получая желаемого друг от друга. И от жизни.
Я хотела разорвать этот порочный круг. Не знаю, будут ли у меня когда-нибудь доверительные отношения с матерью. Скорее всего, этот корабль уже отплыл. Я просто надеюсь, что это не полный бред — верить, что не все мои отношения должны быть дерьмовыми только потому, что 90 процентов из них были таковыми.
Но эта чертова статистика не выходила у меня из головы. Я снова задалась вопросом, возникнет ли разлад с Саванной, если у нас с Джексоном ничего не получится. Мне не хотелось проезжать мимо ее дома и жалеть, что я все испортила, но была слишком упряма, чтобы попытаться всё исправить.
Джексон сжал мое плечо.
— Детка?
— Я в порядке. — Я сделала глубокий вдох. — В целом нормально. Думаю, часть меня всегда знала, что она каким-то образом узнает и обидится. Я знала, что рискую, и все равно пошла на это.
Я положила свою руку на руку Джексона. «Пожалуйста, будь другим, пожалуйста, будь другим, пожалуйста, будь другим…»
Глава 32
Сегодня мы ночевали в доме в последний раз, поэтому всё, что мы делали, имело горьковато-сладкий оттенок. Не говоря уже о том, что сегодня я размякла больше, чем обычно. Я чуть не заплакала, пока сидела в читальном уголке и, глядя на окрестности, воображала, как часами отдыхаю и читаю, впитывая солнечный свет.
Еще меня очень растрогали старинные дверные ручки, которые Джексон нашел в магазине подержанных вещей. Он заменил ими «хорошие и практичные» дверные ручки, бурча и качая головой. Но я уверена, что он по достоинству оценил этот последний штрих, хотя вряд ли когда-либо признается в этом.
 
Джексон позаимствовал у Саванны проектор и подключил Netflix, сделав нашу последнюю ночь в доме максимально комфортной и расслабленной. Впрочем, я планировала последнюю ночь в нашем доме посветить сексуальным развлечениям. Без сомнения, Саванна не одобрила бы такое времяпрепровождение, во-первых, потому что была подписана на Amazon Prime (прим. Amazon Prime — это программа платной подписки от Amazon, дающая пользователям доступ к дополнительным услугам, в которые входит потоковая музыка и видео), а во-вторых, потому что отличалась излишней «правильностью».